Антология исторических приключений-5. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Лыжина Светлана

Комната старшего брата Сергея тоже казалась необитаемой. Спустя несколько минут на глаза девушки навернулись слезы, так как ее воспоминания воскресили моменты из прошлого, когда она еще девочкой взбиралась на стоящий около комода диванчик и с интересом следила за тем, как брат брился или выбирал галстуки для выхода. А она задавала ему глупые вопросы относительно его туалета и вдыхала приятный запах его духов. Радужные воспоминания в ее сознании сменились страшными картинами того прохладного утра, когда Сережу застрелили, и она отчетливо вспомнила тот миг, когда он упал навзничь во дворе проклятой тюрьмы.

Смахивая набежавшие слезы, девушка последовала дальше и вошла в спальню родителей. Здесь также все было накрыто темными чехлами, и Машенька замерла посреди комнаты. В сумерках на нее с портрета взирал, как оживший, отец. Она приблизилась к изображению Кирилла Петровича и, подняв лицо, долго смотрела на любимые черты, сердце билось глухо, словно колокол, который протяжно, медленно звонит по умершим. Невольно взор девушки переместился в сторону и упал на портрет матери. Анна Андреевна была изображена очень молодой, лет двадцати пяти, в напудренном высоком парике и дорогих украшениях. Светлое, парадное платье из парчи, с глубоким вырезом, богато и искусно расшитая шаль на тонких руках, подчеркивали достоинства и изящество ее фигуры. Машенька долго вглядывалась в прекрасные темно-голубые глаза матери, и душа девушки беззвучно рыдала, а по щекам ее тихо лились слезы горя и раскаяния. Она знала, что прошлого уже не вернуть. Но как же ей хотелось в эту минуту хотя бы на миг увидеть дивные, родные и любимые лица. Как же ей хотелось, чтобы теперь ее несчастные родители был живы, и сейчас принимали бы ее внизу, в гостиной. А она, Машенька, еще такая молоденькая, приезжала бы на лето к ним в гости, в эту усадьбу, с милым мужем и маленькими детками. Все вместе они проводили бы тихие семейные вечера в теплой гостиной или в благоухающем саду, в радости и душевной теплоте.

Но ничего этого не могло случиться оттого, что судьба не была милостива к ее родным и к ней самой. И она сама, Маша, последняя оставшаяся в живых после трагичных жутких событий двухгодовалой давности, в эту пору со своим сыном влачила нищенское тягостное существование, без имени, без денег и без должного уважения, которое полагалось ей по рождению.

Через некоторое время девушка как будто опомнилась и, чуть отойдя от портретов родителей, оглянулась вокруг. У нее возникла шальная мысль взять из родительской спальни некую вещь, как память о них. Ведь после того стремительного ареста у нее совсем ничего не осталось от родителей. Машенька знала, что имущество их семьи было арестовано и удержано в государственную казну. Она услышала об этом два дня назад, едва табор остановился на постой в Москве, через одного из городовых, которому щедро заплатила за сведения, представившись дальней родственницей Озеровых. И теперь, словно завороженная, Маша медленно приблизилась к секретеру и окинула взором его полки. Здесь стояли некие книги, в углу лежали бумага и чернильница с перьями. Девушка отворила первый ящик, и ее взгляд упал на простую бархатную шкатулку. Она открыла ее и нашла там два медальона. Быстро раскрыв их, Машенька увидела миниатюрные портреты родителей в светлых одеждах. Судя по молодым красивым лицам и фате за спиной Анны Андреевны, это были венчальные портреты. Машенька закрыла медальоны, которые были в половину ее ладошки и убрала их в карман. Она не считала себя воровкой, нет. Ведь она взяла только медальоны, потому что они принадлежали ее семье и были единственным наследством, которое осталось ей от родителей, не считая старинного камня, подаренного ей Анной Андреевной.

Чувствуя, что более не в силах находиться в доме из-за душивших слез и воспоминаний, девушка стремительно покинула спальню и спустилась по черной лестнице вниз, выйдя на улицу. Она решила пройти так же по заброшенной тропинке к калитке, но вдруг услышала странные голоса и смех со стороны парадного входа в дом. Она замерла и прислушалась. Действительно, до ее слуха доносились едва различимые голоса и детский смех. Девушка стремительно пошла на звук, прячась за кустарником, и уже вскоре подобралась к краю большой лужайки перед домом, которая была ярко освещена факелами, — на ней находились люди. Маша тихо приблизилась и спряталась за раскидистым дубом, росшим неподалеку.

Оттуда она различила высокую фигуру мужчины в дорогом, темном и просто пошитом камзоле, светлых панталонах и темных сапогах. Он стоял около женщины, что сидела на ажурной железной скамейке рядом с ним. Маша не видела лица незнакомки в светлом, изысканном кружевном платье, так как та сидела к ней боком. Однако мужественное волевое и загорелое лицо мужчины было хорошо видно. Машеньке почудилось, что она знает этого человека, его высокая подтянутая фигура была знакома ей, а лицо показалось девушке до боли родным. На секунду ей померещилось, что мужчина похож на того самого русоволосого господина, которому она гадала два часа назад на улице. Девушка опешила. Как он мог находиться здесь, в саду, с женщиной, когда она оставила его пару часов назад на пыльной улице с другом. Она не понимала этого, но ей подумалось, что теперь именно он живет здесь со своей семьей. Мужчина улыбался темноволосой женщине, склоняясь над ней, и что-то говорил. На руках она держала младенца, которого ласково покачивала. Неподалеку от семейной пары играли девочка лет пяти и темноволосый мальчуган чуть постарше. Дети весело бегали по поляне, резвясь.

Маша не в силах оторвать взгляда от этой картины семейного счастья, вспомнила о своем малыше, который остался в таборе у цыган. Она знала, что не может сейчас устроить жизнь Андрея подобным образом. От бессилия и тоски о том, что было в прошлом, Маша едва вновь не заплакала. Она не могла отвести глаз от счастливых людей и тревожно следила за ними из-за дерева. В следующий миг женщина в белом ажурном платье встала со скамьи и повернулась в ее сторону. Замерев от неожиданности, Маша напряглась. Лицо молодой женщины было знакомо ей. Прелестное, молодое, с правильными тонкими чертами лица, полными чувственными губками и миндалевидными блестящими глазами — оно заставило Машу остолбенеть. Темные густые волосы за спиной, знакомая стройная фигура молодой женщины окончательно потрясли девушку. Маша стояла, не спуская пораженного взгляда с женщины, которая подала малыша, завернутого в пеленки, высокому мужчине. И тут Маша наконец осознала, что молодая женщина имела поразительное сходство с нею. Да, множество раз Маша видела такое же отражение в зеркале, когда надевала красивые платья. Да, эта женщина была будто списана с ее облика. Опешив от поражающего сходства незнакомки с собой и не понимая, кто эти люди, Маша взволнованно задышала.

— Эй, что ты здесь делаешь?! — раздался за ее спиной гневный недовольный голос. Маша затравлено обернулась и увидела, как к ней приближается неприятный старик в темном камзоле. — Что тебе здесь надо, грязная цыганка?! Немедленно убирайся отсюда, попрошайка!

Испуганно шарахнувшись в сторону, Машенька устремилась в сторону калитки, боясь, что ее поймает этот неприятный старик. Но уже у последних кустов невольно обернулась назад и вновь взглянула на лужайку, где несколько минут назад видела изысканно одетых людей. Однако лужайка была пуста, а факелы погашены. Маша чуть приостановилась и удивленно посмотрела на безлюдную лужайку, не понимая, куда делась та дружная семья, которую она только что видела.

— Убирайся, или я позову полицию! — закричал старик, приблизившись к ней вплотную. Маша, наконец, оторвала взор от пустой лужайки и решила, что ей всего лишь померещилась картина семейной идиллии. Подхватив юбки, она устремилась прочь из сада, боясь, что старик и впрямь позовет полицию.

До самого места стоянки табора Маша шла быстрым шагом, не переводя дух. Спотыкаясь босыми ногами о выбоины на дороге, девушка никак не могла выкинуть из головы образ счастливой семьи, что гуляла в саду ее родной усадьбы. Кто были эти люди? И отчего женщина была как две капли воды схожа с ней. Девушка не могла понять, но очень хотела.