Антология исторических приключений-5. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Лыжина Светлана

— Не думал, сударыня, что у вас такие познания в лошадях, — проворчал Невинский, явно недовольный тем, что его совет не возымел действия на жеребца, а ее слова помогли Николаю.

Чувствуя плохо скрываемое недовольство Михаила Александровича, Маша промолчала и, опустив глаза, затеребила пальцами подол своего платья. Она проворно наклонилась к Наташе и прошептала:

— Пойдем в дом, Наташенька, я почитаю тебе…

Девочка покачала головой и, выдернув ручку из ее ладони, приблизилась к жеребцу, на котором восседал важно Николай. Не отрывая взора от сидящего верхом брата, Наташа принялась с интересом рассматривать коня. Поджав губы, Маша была вынуждена стоять рядом с девочкой, ощущая, как поглощающий взгляд Невинского прямо буравит ее спину.

В остальном день прошел вполне мирно, потому что Михаил Александрович в честь именин сына разрешил Николаю не посещать уроки. Оттого в классной комнате все три часа занятий царило спокойствие и тишина, а Маша лишь иногда задумывалась о том, где сейчас юноша со своим новым подарком.

Тем же вечером она нечаянно повстречалась в парадной с госпожой Уваровой, которая приехала с вечерним визитом к Невинскому. Машенька как раз вышла с детьми из столовой после ужина, когда в переднюю вошла Амалия. Скинув перчатки с рук, Уварова, якобы не заметив Трофима, который почтительно поклонился ей, с вызовом взглянула на Машу и, протягивая ей замшевые палевые перчатки, приказным тоном высокомерно приказала:

— Возьмите, милочка! И будьте аккуратнее, они очень дорогие!

Прищурившись, Маша бросила мимолетный взгляд на детей, которые с веселыми криками уже поднялись и приблизились к верхней площадке лестницы. Она прекрасно поняла, что Уварова вознамерилась ее унизить и указать на низкое положение, которое она занимала в доме Невинского. У Маши появилось безумное желание ответить этой бесцеремонной фрейлине с таким достоинством, чтобы она более даже не дерзала унижать ее. Машенька открыла было рот, радуясь тому, что дети не услышат ее слов, но в этот миг за ее спиной раздался холодный жесткий голос Невинского:

— Амалия, в доме есть слуги! У мадам де Блон другие обязанности.

Маша резко обернулась к нему и благодарно взглянула на Михаила Александровича, который приблизился к ним. Подобрав юбки, она поспешила вслед за детьми, стараясь даже не смотреть в сторону побледневшей от досады Уваровой, на лице которой явно читалось недовольство.

— Эти гувернантки такие пустоголовые! — услышала она вслед гадкие слова Амалии Николаевны. — Вы зря, Михаил Александрович, защищаете ее. Эта особа не заслуживает вашего внимания.

Быстро поднимаясь по лестнице, Маша почувствовала, что ей словно дали пощечину. Она прекрасно осознала, что пассия Невинского специально говорила громко, дабы она, Маша, услышала ее. Однако молодая женщина ни жестом, ни словом не выдала своей обиды и, лишь быстрее перебирая ногами, постаралась поскорее скрыться от недовольных глаз Уваровой.

Вечером, около девяти, когда бал был в самом разгаре, Маша спустилась с Наташей в залу, дабы, как и разрешил им Михаил Александрович, немного побыть на празднике. Николай уже находился здесь более часа, и молодая женщина отметила, что он довольно принимал поздравления и комплименты от многочисленных гостей по случаю своих именин.

Наташенька, одетая в прелестное белое платье, сразу же привлекла внимание приглашенных дам. Обступив девочку плотным кольцом, нарядные гостьи стали расхваливать и расточать комплименты девочке, зная, что она дочь хозяина дома. Наташа, испугавшись такого неожиданного и пристального внимания со стороны благоухающих женщин в прекрасных платьях, боязливо прижалась к Маше. Уже спустя четверть часа, видя на испуганном прелестном личике Наташи испуг, Маша холодно произнесла:

— Извините нас, дамы, мы немного посидим.

Уведя девочку в угол залы, молодая женщина, не обращая внимания на колкие замечания тех же разряженных надушенных гостий Невинского и думая лишь о спокойствии девочки, посадила Наташу на канапе и спросила, все ли с ней в порядке.

— Да… — услышала она тихий ответ девочки.

Невольно опешив, Машенька уставилась проникновенным ласковым взором в лицо девочки, осознавая, что это было первое слово, которое малышка произнесла за то время, что молодая женщина служила в доме Невинских. Едва сдержав нахлынувшие от счастья слезы, она ласково поцеловала девочку в мягкую щечку и, выпрямившись, встала за диванчиком, на котором сидела Наташа.

Около часа, пока Наташенька сидела, Маша с удовольствием следила за танцующими парами, которые кружились по зале, и чувствовала в душе небывалый подъем. Она вспоминала свою былую юность во дворце императрицы. То время, когда завораживающее пламя многочисленных свечей так же озаряло бальную залу, когда в танце кружились красивые блестящие дамы и кавалеры, а слуги, наряженные в белые ливреи, разносили закуски и вино среди гостей. Но через какое-то время душевный подъем вдруг улетучился, и она поняла, что многое бы отдала, чтобы никогда не появляться во дворце императрицы, дабы не познакомиться с тем самым человеком, который обрек ее семью на гибель, а ее саму на вечные муки и страдания.

Наташа, видимо, опасаясь вновь оказаться в кругу навязчивых дам, тихо сидела, совсем не горя желанием куда-либо идти, и только с интересом взирала за всем происходящим в бальной зале. Маша то и дело наклонялась к девочке и спрашивала, чего она хочет. Наташа отвечала ей односложно и пару раз просила принести ей лимонада. Каждый раз удивляясь тому, что ее воспитанница снова и снова произносит слова, радостная Маша быстро следовала к одному из накрытых столов и приносила девочке пить. После она вновь вставала за спиной Наташи, продолжая созерцать всю эту картину резвого движения и веселья.

Маша постоянно видела Николая, который слонялся среди гостей, а его то и дело останавливали своим вниманием и разговорами. Но в то же время она видела, что юноша крайне смущен и все время пытается улизнуть от желающих пообщаться с ним гостей. Как раз сейчас Николай подошел к столу с закусками, и Маша, строго посмотрев на него, отметила, что юноша заметил ее взгляд. Николай в ответ поджал губы, взял со стола бокал с лимонадом и, нарочито подняв его, тут же выпил. Маша в ответ улыбнулась юноше и облегченно вздохнула.

Невинский в этот вечер танцевал в основном с Амалией, которая была в великолепном платье из тонкого бело-розового шелка и светлом палантине. Маша отметила, что наряд Михаила Александровича в серебристо-синих тонах совершенно не сочетается с туалетом Амалии Николаевны. Но эта мысль мгновенно покинула ее голову, поскольку, рядом было много других вполне изысканно и модно одетых кавалеров и дам. В какой-то момент Маша ощутила на себе тяжелый, внимательный взор. Она не сразу поняла, кто на нее смотрит, и лишь спустя мгновение заметила, что Михаил Александрович, который разговаривал с седым генералом, стоя неподалеку от них с Наташей, напряженно и невозможно дерзко посматривал на нее. Его взгляд, немигающий и жесткий, не понравился Маше, и она сразу же занервничала, ощущая, что делает что-то не так. Молодая женщина сделала вид, что не заметила взгляда Невинского и быстро перевела глаза на ближайшую танцующую пару. Спустя некоторое время, уже находясь у камина и смеясь над шутками Амалии Николаевны, которая, как обычно, повисла на его руке, Невинский, так же внимательно смотрел на нее, Машу. Молодая женщина не понимала, отчего она то и дело привлекает внимание хозяина дома, но это было ей неприятно. В конце концов она решила, что Михаил Александрович, как и всегда, просто оценивает ее поведение и отмечает, правильно ли она следит за Николаем и Наташей.

Около десяти Невинский подошел к ним, и Маша, не заметив его присутствия, вздрогнула от его холодного голоса, который раздался почти рядом:

— Уже десять, мадам де Блон, отведите детей наверх.

— Да, конечно, Михаил Александрович, — прошептала Маша, согласно кивнув. Она окликнула Николая, который стоял неподалеку, и, взяв Наташу за руку, поспешила прочь из бальной залы, чувствуя, что слишком увлеклась своими мыслями и не заметила, что часы пробили десять. И вновь тем самым вызвала неудовольствие Невинского.