Неслучайное совпадение (ЛП) - Рэй Рокси

Судя по тому, что я слышу, Пол не упускает возможность, которую я ему устроила. Может, я сама слишком упиваюсь собственным успехом, но не могу отделаться от ощущения, что мы с ВанМарками сражаемся вместе чертовски хорошо для группы, которая никогда не тренировалась вместе. Мы ведь не Тадг, который спаррингует со своими сотрудниками, чтобы убедиться, что они действуют как единое целое. Хотя теперь я не могу не думать, что, возможно, нам стоило бы так сделать. Опять это вечное «задним умом все крепки».

У меня в рукаве осталось не так много фокусов, по крайней мере тех, которые сработают в такой тесноте, но я всё равно роюсь в пакете. У меня осталось две бутылки, так что это мой жёсткий предел, как бы изобретательно я ни пыталась мыслить.

Что я могу сделать, чтобы помочь отсюда, с такой высоты?

Мои руки натыкаются на несколько самых мелких предметов, осевших на самом дне пакета, и я вытаскиваю хлопья чили, кайенский перец и острый соус. Ах да, это лежало не под раковиной, а стояло на столешнице после того, как готовила Пенелопа. Я просто сгребла их к своим припасам на случай, если пригодятся.

Что ж, пора проверить, стоили ли они своего веса.

Я хватаю ещё и немного сахара, решив, что он может помочь смеси прилипнуть, и смешиваю всё в очередной бутылке, которую опустошаю только наполовину. Смесь должна раздражать, может, даже временно ослепить, но, в отличие от всех моих остальных изобретений, не думаю, что она полезна на дальнем расстоянии.

Дерьмо.

Хотя я не блестящий военный стратег, мне и не нужно им быть, чтобы понять: придётся либо полностью менять тактику, либо вступать в ближний бой. Как бы мне ни хотелось просто спрыгнуть вниз и выбить из Лютера всё дерьмо, я также знаю, что это должно быть последним вариантом. Отчаянным броском на удачу. Потому что, оказавшись внизу, я вряд ли получу шанс снова подняться наверх.

Господи, никогда ещё мне так не хотелось иметь хоть какие-нибудь боевые способности магических существ. Чего бы я только не отдала за скорость, ускоренное исцеление или силу волков-перевёртышей. И да, для своего роста я довольно сильная, но до чудовищ, дерущихся подо мной, мне далеко.

Значит, мне придётся использовать мозги, и мои мозги говорят мне засунуть бутылку под рубашку на случай, если я смогу использовать её позже, и поискать что-нибудь ещё, что пригодится, пока я под потолком. Не совсем материал для экшен-триллеров, но чем дольше я могу оставаться вне опасности, тем дольше могу помогать.

Может, ещё немного этой скользкой дорожки? Не хочу превращать весь пол в смертельную ловушку, но, когда я в последний раз проверяла, Крис и Джексон всё ещё пытались взять верх над ассасином, с которым разбирались, так что если я смогу освободить их от него, бой с Лютером станет четыре на одного, а не два на одного, как сейчас.

Технически четыре с половиной на одного.

Я наполняю последнюю бутылку, а потом прыгаю обратно на ближайшую балку. На этот раз, однако, я не могу просто остаться там, где приземляюсь, потому что Крис и ассасин дерутся в нескольких метрах от меня. Как я это вижу, я могу ползти, что займёт намного больше времени, или могу подняться и рискнуть пробежать по балкам.

Это не самые узкие балки, на которых мне доводилось бывать, уж точно куда шире гимнастического бревна, так что решаю, что риск оправдан.

Поднимаюсь на ноги и развожу руки для равновесия. Это не сложнее, чем поймать центр тяжести на скейтборде, и не впервые я благодарна себе за то, что никогда не бросила это хобби.

Я несколько раз пошатываюсь, пока бегу, скорее лихорадочно трусцой несусь к второму бою, но ни разу не заваливаюсь в сторону, и большего я просить не могу. Оказавшись в нужном месте, я плюхаюсь вниз и сопротивляюсь желанию поцеловать твёрдую балку под собой, чтобы не закрывать глаза и не упустить следующую возможность помочь.

Почти больно не смотреть на Пола и Пенелопу, но освободить Криса и Джексона, чтобы они могли сражаться вместе с ними, полезнее всего, что я могу сделать, поэтому заставляю себя сосредоточиться, а это никогда не было моей сильной стороной вне гиперфиксации.

Каждая секунда режет по моему терпению и вонзается иглой в сердце, но меньше чем через минуту Крису удаётся отбросить ассасина к перевёрнутому столу. Фигура в плаще резко разворачивается с серебряным мечом, явно собираясь снова пойти в атаку.

Идеально.

Я переворачиваю бутылку между ними, и на этот раз выбираю момент куда лучше. Всё выливается перед нападающим, а не наполовину ему на голову. Падение выходит не таким чистым, как с Лютером, который тяжелее своего подручного как минимум на пятьдесят кило, но всё же ставит его на колени. Крис бросается вперёд и использует скользкий пол, чтобы рвануть к ассасину.

Со стороны это могло бы выглядеть как нелепая комедийная сцена с падением, но весь юмор мигом исчезает, когда крупный альфа широко раскрывает пасть и смыкает челюсти ровно там, где была голова ассасина.

Я напрягаюсь, изо рта вырывается выдох, и я готовлюсь к настоящей кровавой бойне, но у нашего врага блестящие рефлексы, потому что в последнюю секунду он успевает дёрнуться в сторону. Зубы Криса впиваются ассасину в плечо, вместо того чтобы лопнуть его череп, как шарик.

И всё же это совсем не PG¹²¹, и крови куда больше, чем я привыкла видеть. Как бы тошнотворно это ни было, я замечаю мгновенную перемену в Лютере, будто кто-то щёлкнул в нём выключателем.

Он за секунду переходит от того, что прижимает Пола к полу, держа топор и готовясь ударить вниз, к стойке прямой как шомпол, будто его поразила молния. Сердце подскакивает у меня к горлу, когда он резко разворачивается, а потом несётся к оставшемуся ассасину, будто он грёбаная кавалерия.

Что, как я понимаю, вполне точно.

Он врезается в Криса, прямо плечом сбивая волка в ближайшую стену. К сожалению, этот приём также отправляет другого ассасина в полёт, и Лютер спешит его поймать.

Это невероятно странно: его движения и внимание к другим обозначают заботу. Даже беспокойство. Но нет ни единой капли соответствующей эмоции. Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что тот, кто им управляет, глубоко переживает за другого ассасина и либо дал приказ держать его в безопасности, либо каким-то образом наблюдает.

Даже… смотрит через Лютера?

Хотя у нас есть его усиленный артефактором протез, это не значит, что другие его части не были изменены. Что, если эти кукловоды правда шпионят за нами через эту связь?

Это вообще никуда не годится.

Но ВанМаркам надо отдать должное: они никогда не упускают открывшуюся возможность. Пока Лютер занят тем, что поднимает раненого ассасина на ноги, все четверо окружают его и бросаются в атаку.

Только происходит то же самое, что и на похоронах. Одну минуту кажется, что мы выигрываем бой, а в следующую все четверо запинаются, как Симс¹²², у которых случайно удалили список задач.

Дерьмо! Это опять та штука с альфа-голосом?

Если да, я понятия не имею, как они вообще должны с этим бороться. По правде говоря, это выглядит как ужасный трюк эволюции перевёртышей и гарантия проигрыша.

Может… Пол смог сбросить это на похоронах. Я так и не спросила подробностей, почему или как, но, может, я смогу выиграть ему достаточно времени, чтобы он сделал это снова. И, возможно, во второй раз будет даже легче?

Надежда слабая, но хотя бы надежда. Так что второй раз за одну неделю я бросаюсь с высоты вниз на Лютера ВанМарка.

В отличие от прошлого раза, когда я врезалась ему в спину и плечи, теперь я приземляюсь прямо на него сверху, его голова оказывается у меня между ног, и вовсе не в весёлом смысле. Больно так, будто меня одновременно ударили по заднице и по лобковой кости, но я заставляю себя игнорировать это и сжимаю бёдра по обе стороны его тупо огромного черепа, зацепив ступни под его подмышками, чтобы, будем надеяться, меня не сбросило.

— Скучал? — удаётся выдавить мне, рока я вытаскиваю бутылку из-под рубашки, сдёргиваю крышку и выливаю содержимое прямо на его запрокинутое лицо.