Вампир-мститель (ЛП) - Харпер Хелен

— Кто это, чёрт возьми, такой? — спрашивает Бэнкрофт.

— Он политик, — говорю я ему. — Открыто настроен против вампиров.

— Он не так уж и против вампиров, если считает, что устраивать казни на открытом воздухе — это хорошо, — Майкл хмурится. — Он практически утверждает, что Медичи заслуживает восхищения.

— Медичи совсем спятил, — говорит один из людей Лорда Стюарта. — Другого объяснения нет.

Раздаётся одобрительный ропот. Я качаю головой.

— Вы все идиоты. Это было спланировано, всё до единой детали было спланировано, — я указываю на камеру. — Посмотрите, где Хейл.

— В здании парламента? — Бэнкрофт насмешливо пожимает плечами. — Ты сама сказала, что он политик. Если ты ещё не поняла, то именно там они и находятся.

Я раздражённо смотрю на него.

— В четыре часа утра? Кто из политиков настолько предан своей работе, что торчит в офисе посреди чёртовой ночи? Он знал, что это произойдёт. Держу пари, он работает на Медичи. Всё это — часть более масштабного плана, — я показываю на них всех. — Это план по дискредитации вас.

— Убийство его собственных вампиров не дискредитирует нас.

— Нет, дискредитирует, — говорю я. — Медичи действует, когда другие бездействуют, когда вы бездействуете. Вы действительно думаете, что это совпадение, что те трое, которых он убил, вероятно, были самыми уродливыми новобранцами из всех, что у него имелись? Он хочет, чтобы мир думал, будто он поступил правильно. Таре Уилкс, кем бы она ни была, вероятно, заплатили. Медичи предстал в образе героя.

— Ну, тебе ли не знать о манипулировании общественным мнением, — усмехается Бэнкрофт.

— Я не хочу обзаводиться фан-клубом, — огрызаюсь я в ответ. — Всё, что делал Медичи, было направлено на то, чтобы привлечь как можно больше внимания. Он не сумасшедший. Он точно знает, что делает.

— Так что дальше? — спрашивает Майкл. — Каков его следующий шаг?

— Я не знаю.

— Ты ничего не знаешь. Ты просто взбалмошная маленькая девчонка, которая…

— Довольно, — тон Майкла не терпит возражений. — Я думаю, будет лучше, если мы обсудим это наедине, — он жестом указывает на трёх других глав Семей. Я знаю, почему он это делает: ему будет легче контролировать их, когда они будут вместе вчетвером. Но это всё равно раздражает.

Все начинают выходить друг за другом. Я дожидаюсь конца, а затем иду за ними. Майкл отводит меня в сторону у самой двери.

— Извини. Они люди старой закалки. Им не нравится, что новоиспечённый вампир, ставший изгоем, говорит им о том, с чем они уже должны были разобраться сами.

— Я понимаю, — мне это не нравится, но я понимаю.

Он вздыхает.

— Спасибо, — его глаза изучают моё лицо. — Я был бы очень рад, если бы ты осталась, — тихо произносит он. — Несмотря на появление Медичи, нам есть о чём поговорить, — судя по выражению его лица, многое осталось недосказанным. Я протягиваю руку и нежно провожу пальцами по его щеке, прежде чем выглянуть на улицу.

— Скоро рассвет, — тихо отвечаю я. — Дома меня ждут люди. И Кимчи тоже нужно покормить.

На его челюсти подёргивается мускул.

— А дом — это где?

Я пристально смотрю на него. Мне очень хочется рассказать ему, но я всё ещё не уверена, что Икс сделает, если я выдам своё местоположение. Медичи пугает, но Икс…

Лицо Майкла становится непроницаемым.

— Ты признаёшься мне в любви перед комнатой, полной вампиров, но не говоришь, где живёшь?

— Это сложно.

Его лицо искажается.

— Готов поспорить, — он поворачивается, чтобы вернуться в комнату.

— Майкл…

Он останавливается, но не оглядывается на меня.

— Я верю тебе, когда ты говоришь, что любишь меня, Бо. Я должен верить. Но я не могу так жить. Тебе нужно принять решение — либо ты будешь со мной до конца, либо нет. Всё остальное просто не сработает.

Я прикусываю губу, ругаясь про себя, когда он исчезает и закрывает за собой дверь. Почему никогда ничего не может быть просто?

Глава 16. Многозадачность

Я едва успеваю переступить порог, как О'Ши вскакивает с дивана и начинает что-то болтать.

— Ты видела, что сделал Медичи? Это показывают во всех новостях!

Я устало вздыхаю.

— Я видела это. Я была там

— Это был продуманный ход. Это должно быть продумано.

Я одобрительно смотрю на него. Может, он и мелкий преступник, только-только оправившийся от удушающих мук горя, но чёрт возьми, он умнее большинства этих идиотов-кровохлёбов.

— Согласна. Я не знаю, что он задумал, — говорю я, — но он закладывает основы для чего-то, — я делаю паузу. — И что бы это ни было, ничего хорошего из этого не выйдет.

— Что ты собираешься делать?

Мария появляется из-за угла.

— Она ничего не может сделать. Он — Лорд. Она — ничто.

О'Ши хмурится.

— Нет, это не так, — говорит он преданно. — Ты бы удивилась, узнав, на что способна Бо. Её не зря называют Красным Ангелом.

— Мария права, — я встречаюсь с ним взглядом. — Я не уверена, что смогу что-то сделать. Майкл достаточно ясно дал понять, что в том, что происходит с Медичи, должны разбираться другие Семьи. Я не принадлежу к этим Семьям.

— Ты просто позволишь ему публично казнить трёх вампиров, и это сойдёт ему с рук?

Я тяжело опускаюсь на стул.

— Что я могу сделать? Я не могу попасть в дом Медичи. Даже если бы я смогла встретиться с Лордом Медичи лицом к лицу, он настолько силён, что за считанные секунды сделает из меня фарш.

О'Ши качает головой.

— Ничего хорошего он не замышляет. Ты это знаешь, я это знаю, чёрт возьми, даже Кимчи это знает.

Услышав своё имя, Кимчи вскакивает с безудержным энтузиазмом. Напряжение этой ночи подействовало даже на него.

— Я не могу справиться с двумя тысячами проклятых вампиров, — рычу я.

— Нет, — голос Марии разносится по комнате. — Ты не мочь. Но деймон мочь.

О'Ши опешивает.

— Воу! Я ему не ровня.

— Я не тебя иметь в виду.

— Тогда кого?

Мария многозначительно приподнимает брови, прежде чем снова отвернуться.

— Кого она имеет в виду? — упорствует О'Ши. — Бо, у тебя есть другие друзья-деймоны, о которых я не знаю? Потому что, я думаю, мне следует сначала проверить их. Может, я Агатос только на четверть, но у меня отличный детектор лжи, и я знаю многих игроков. Если ты пряталась от меня, потому что нашла себе в напарники более сильного деймона, то тебе следует быть очень осторожной и сказать мне, кто это.

— Я пряталась от тебя, — говорю я с большей честностью, на которую, как мне казалось, была способна, — потому что это моя вина, что Коннор мёртв, а твоя жизнь разрушена, — прежде чем он успевает прервать меня, я продолжаю. — И я не могу рассказать тебе о другом деймоне, потому что если я это сделаю, он, вероятно, убьёт тебя, — я хватаю свой телефон и ухожу на кухню. Если я собираюсь это сделать, мне нужно немного уединения.

Икс отвечает не сразу. Когда он это делает, его голос звучит так же радостно, как и в прошлый раз. Я стараюсь не обращать на это внимания.

— Привет, Бо. Тебе придётся извинить меня. Я провёл довольно замечательную ночь, наблюдая, как все маленькие кровохлёбы бегают в панике.

— Я сама маленькая кровохлёбка, — выдавливаю я из себя.

— Полагаю, так и есть, — говорит он. — Но я не ставлю тебя в один ряд с остальными. Ты… особенная.

Не уверена, что мне нравится то, что Икс называет особенным.

— Я хочу поговорить с Майклом, — говорю я.

— Так поговори с ним. Тебе не нужно моё разрешение на это.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Повисает пауза.

— Ты хочешь рассказать ему обо мне.

— Я не хочу иметь от него секретов. Я даже не сказала ему, где живу, потому что очень боюсь того, что ты можешь сделать! Это смешно.

— Ты работаешь на меня, Бо. Несмотря на романтические отношения, ты покинула Семью Монсеррат, — в словах Икса есть угрожающий подтекст. — Кроме того, расскажи ему обо мне, и он никогда больше не будет тебе доверять. Он про каждый твой поступок будет задаваться вопросом, не потому ли ты это делаешь, что пляшешь под мою дудку. В любом случае, — говорит он, снова оживляясь, — думаю, я уже достаточно ясно выразился. Расскажешь кому-нибудь о моём существовании, и я убью их, — последнюю фразу он произносит без тени злобы. С таким же успехом он мог бы обсуждать погоду.