Адмирал Великого океана (СИ) - Оченков Иван Валерьевич

— Нет ничего проще, ваше величество. Прибудьте завтра на мой флагман, и я лично представлю вам участников тех событий.

— Это будет прекрасно! И все же, что вы скажете насчет Мексики?

— Что же касается прочего, то боюсь, вы склонны преувеличивать мои скромные возможности. Не говоря уж о том, что такие решения может принимать только мой августейший брат. И вообще, если вам угодно знать мое мнение, то ваша затея может обернуться крупным провалом. Есть немалая вероятность того, что значительная часть мексиканцев не примет европейского монарха, неважно, будет это Наполеонид… или Габсбург. И если они начнут сопротивляться… Герилья, то есть партизанская война — крайне нецивилизованная и коварная штука, до крайности усложнит снабжение и переброску войск. Города вы еще сможете удерживать, но не более.

— Напоминаете о зиме 1812?

— Не только… была еще и Испания…

— В этом есть доля истины, но мы не можем просто отдать Америку дельцам из Вашингтона.

— С этим не поспоришь. Вопрос лишь в средствах противодействия росту их влияния в регионе. Да, сейчас настает удобный момент. Соединенные Штаты неумолимо скатываются в конфликт между капиталистическим Севером и рабовладельческим Югом. Но эта война не может продлиться слишком долго. Если вы уверены, что успеете — вперед! Если нет, то остерегитесь.

— Вот как? А кто, позвольте спросить, в упомянутом противостоянии вызывает у вас большую симпатию, Север или Юг?

— Ни те, ни другие. Но победит Север.

— И почему?

— Потому что Бог на стороне больших батальонов. А Северян банально больше. Они богаче, у них больше ресурсов, заводов, а значит и оружия.

— А если вмешаются великие державы?

— Не смешите меня, сир! Ни вы, ни Виктория никогда не сможете позволить себе встать на сторону рабовладельцев. В противном случае европейские либералы вас просто съедят.

— Но английской промышленности необходим хлопок!

— И есть масса мест, где его можно выращивать.

— Вы об Индии?

— Нет. О Египте.

— Погодите, но ведь… черт возьми! А ведь это возможно!

— Поживем — увидим…

— О чем вы с императором так долго беседовали? — поинтересовалась великая княгиня после моего возвращения.

— Обо всем сразу и ни о чем конкретно. Наполеон пожелал увлечь меня в свои авантюры, не обещая ничего взамен. Я в ответ также отделывался общими фразами. В общем, можно констатировать, что, не добившись, в сущности, ничего, мы оба уверены, что обманули другого.

— Вот как? Что ж, довольно оригинально… а почему он называет тебя «братом»? Хочет поссорить с государем?

— Да кто же его знает. Этот хитроумный коротышка ничего не делает просто так.

[1] Королевство Галиция и Лодомерия — коронная земля на востоке Габсбургской монархии, образованная после первого раздела Речи Посполитой в 1772 г. Занимало территорию нынешних Ивано-Франковской, Львовской и Тернопольской областей Украины, а также Подкарпатского и Малопольского воеводств Польши.

Глава 10

Переговоры, сменявшиеся торжественными обедами и манифестациями, а затем новые попытки императора соблазнить меня на участие в его авантюрах занимали чертовски много времени. При том, что у меня хватало и своих дел. Главным из которых на сегодняшний момент было принять несколько заказанных на французских верфях кораблей.

К слову сказать, первоначально, по крайней мере, часть из них должна была быть построена в Великобритании, но раздосадованные обидным поражением и активными действиями наших каперов парламентарии дружно выступили против любого военного сотрудничества между нашими странами, а когда одумались, стало поздно. Все контракты были разделены между французскими и американскими корабелами.

Если не считать частных заказов, всего французы должны были построить два больших корабля: 40-пушеный винтовой фрегат «Светлана» и предназначенную для императорской семьи колесную яхту «Штандарт». А также канонерскую лодку совершенно нового типа под названием «Морж». Заказ получился настолько значительным, что некоторые окопавшиеся за Ла-Маншем борзописцы даже назвали его скрытой контрибуцией.

Впрочем, мне на их шипение наплевать. Несмотря на то, что во время последней войны наш флот пополнился немалым количеством трофеев, новые корабли ему все еще нужны. При том, что возможности отечественной промышленности, мягко говоря, не безграничны. Ну и, что греха таить, качеством ее продукция тоже не блещет.

Машины и котлы выстроенных Путиловым канонерок выдержали испытания войной только потому, что те не отдалялись от родных берегов, где у нас была возможность для ремонта. Про проделавшие большую часть своих рейдов под парусами корветы и говорить нечего. В общем, волей неволей пришлось прибегнуть к помощи заграницы. Ведь как ни крути, импортные КМУ пока что куда мощнее и надежнее наших.

Первым великокняжеского смотра был удостоен строившийся непосредственно в Гавре «Морж». Небольшой, около 500 тонн водоизмещения, но ладный кораблик с парусной оснасткой барка и подъемным винтом. Мощность двухцилиндровой паровой машины 450 индикаторных сил. Вооружение: две 60-фунтовые пушки на поворотных станках и четыре 30-фунтовки на бортовых.

Командиром канонерки был назначен недавно вернувшийся с Дальнего Востока участник обороны Петропавловска капитан-лейтенант Александр Кроун. Наблюдающим за строительством — корабельный инженер прапорщик Хринсаф Прохоров.

— Здорово, орлы! — поприветствовал я выстроенный на шканцах экипаж.

— Здрав жлам ваш императорскому высочеству! — дружно гаркнули в ответ все восемь десятков моряков.

Наскоро обойдя корабль, не исключая матросских кубриков, камбуза и машинного отделения, я в целом остался доволен. Вооружение содержалось в образцовом порядке, нижние чины выглядели сытыми и довольными, претензий вышестоящему начальству, то есть мне, не заявляли. Стало быть, получали все положенное от казны в полном объеме и в срок. Хотя…

— А что, братцы, ананасы вам сегодня уже давали? — поинтересовался я напоследок, вспомнив известную в моем времени шутку.

— Так точно, ваше императорское высочество! — дружно отрапортовали моряки, отчего их отцы-командиры едва не грохнулись в обморок.

— А пирожные с карамельным кремом?

— Так точно!

— Молодцы! — кивнул я, после чего выразительно посмотрел на красного как вареный рак Кроуна. — Всем нижним чинам от меня по лишней чарке! А то, что же это, ананасы да без водки… варварство!

— Будет исполнено, — с трудом выдавил из себя офицер.

— Будете заходить в порты Южной Америки, непременно закупи для команд тропических фруктов. Чтобы хоть знали, о чем речь.

— Непременно-с.

— Теперь к делу. Доложи результаты испытаний!

— Полный ход, достигнутый на двенадцатичасовых испытаниях 10,2 узла. Средний — 9,2. Под парусами при попутном ветре около восьми. Расчетная дальность плавания под парами тысячу сто миль, — доложил приободрившийся Кроун.

— Какие-нибудь претензии к качеству постройки?

— Никак нет, ваше императорское высочество! Окончательно судить, конечно, можно будет только после плавания, но уже сейчас можно сказать, что судно более чем удовлетворительно. Вот только…

— Что? Да не мнись как барышня перед дамским доктором, говори, как есть.

— Вызывает некоторое опасение высокое расположение орудий, — тщательно подбирая слова, начал Кроун. — Судите сами, одни только 60-фунтовки без станков весят 620 пудов. А ведь есть еще 30-фунтовые, к ним в придачу запасной и настоящий винты, оба якоря, которые в походе следует брать на палубу. Плюс ростры с запасным рангоутом, тяжелый шпиль, железные шлюпбалки и, наконец, сами шлюпки.

— Шлюпки?

— Точно так-с, — принялся объяснять капитан-лейтенант. — «Десятка», чтобы не мешалась, опрокидывается на станок бакового орудия, вельбот, «четверку» и «двойку» также следует поднимать на верхнюю палубу и устанавливать на кильблоках по бортам, иначе есть риск повреждения от волн или даже утери…