Антология исторических приключений-5. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Лыжина Светлана

– А что ты своего отшельника то не попросишь? Пусть свезет тебя куда надобно, – проскрежетала старуха.

– Он не повезет.

Старуха медленно повернулась к девушке и выпрямилась на немощных ногах. Вперив в Катюшу недовольный злой взгляд, ведьма процедила:

– Ты что ж, девка хочешь, чтобы твой охальник всю избу мне разворотил, да меня пришиб?

– Вы про что бабушка? – опешила Катя тихо, невольно попятившись и не в силах выносить силу темного взгляда старухи. Ведьма начала медленно наступать на девушку и сквозь зубы выплевывать слова:

– Дак, как узнает он, что я помогла тебе, так и прибьет меня! Я то уж знаю. Бешеный нрав то у него, когда не по его выходит.

– Бабушка, поймите, одна у меня надежда на Вас! Больше пойти не к кому. Помогите!

– Нет, – отрезала старуха. – Иди откуда пришла, пока твой хахаль не наведался сюда. Не надобно мне несчастий из-за тебя.

Старуха отвернулась от девушки и опять наклонилась к печке, поворачивая поленья. Катя осталась стоять на месте, и на ее глазах заблестели слезы. Она поняла, что здесь ей искать нечего. Но идти в другие дома она опасалась. Она боялась встретить там Ивана. Опустив головку, девушка уже направилась к выходу, как ее взор упал на четки, что были в ее руке. Она вдруг остановилась и диким взором посмотрела на переливающиеся камни. Мысль ненормальная режущая сердце пронзила девушку и она, резко обернувшись к старухе, выпалила

– У меня есть четки. Они очень дорогие. Если Вы поможете мне бабушка, я отдам их Вам.

Старуха обернулась к девушке, и увидела, как по ее красивому личику уже побежали слезы. Дрожащей рукой девушка ей протягивала в ладони некие черные камни, а ее губки как-то несчастно тряслись. Маруна удивленно уставилась на драгоценные камни в руке у девушки, и приблизилась к ней вплотную. Мощная теплая энергия исходила от камней, и ведунья отчетливо ощутила ее силу. Подняв опешивший взор на девушку, старуха спросила:

– Твои камни то?

– Матушки покойной моей, – с надрывом сказала Катюша, дрожа. Как не больно ей было расставаться с четками матери, но за свободу она была готова отдать их этой старухе.

– Дай-ка четки то твои рассмотреть, как следует.

Маруна протянула руку, и девушка отдала ей четки. Старуха положила переливающиеся камни на одну сухую ладонь, а второй начала водить рукой по камням что-то шепча и всматриваясь в переливающиеся каменья. Через некоторое время колдунья подняла взор на девушку и прошептала:

– Вижу я, что камни эти имеют силу великую. И чувствую, что если не помогу тебе, то проклятье на мне будет до конца веков. Ибо мать твоя перед смертью заговорила их на оберег…

– На оберег?

– Да чтобы они оберегали тебя, – старуха посмотрела внимательно на Катю. – Вижу всего пару фраз перед смертью успела сказать мать то твоя, но своей кровью скрепила свою волю она… Оттого и камни эти древние наполнились силою… и я должна выполнить твою просьбу…

–Так Вы поможете мне бабушка? – с воодушевлением заметила девушка.

– Погоди стрекоза, – тихо заметила Маруна, обернув взор на камни, и вновь провела по ним рукой. – Еще кое-что вижу.

Уже через миг старуха вновь убрала руку с камней и, прищурившись, внимательно посмотрев на Катюшу, проскрежетала:

– А ты уверена, что хочешь уйти от него?

– От кого?

– Ну, от отшельника то твоего, который спас тебя, да насильно при себе держит?

– Да конечно! Мне в Петербург к тетушке надобно.

– Вижу что люба ты ему… – заметила старуха тихо.

– И что же? Мне нет дела до этого, – пролепетала Катя нервно. – Я не хочу больше в лесу жить!

– Вижу, что не зря появился он тогда по осени в том лесу, да спас тебя…– тихо вымолвила старуха. – Обережное заклятие матери твоей помогло тогда, и он увидел тебя… судьба он твоя…

– Судьба? – опешила Катя. – Да не может того быть!

– Не кричи, девка, – поморщилась Маруна. – Говорю, что вижу. Твоя мать, которая еще была тогда духом на земле, привела его к тебе на помощь и благословила Вас…

– Не могла моя матушка пожелать мне подобной судьбы! – выпалила нервно Катюша. – Чтобы за мужика замуж идти!

– Ох, много ты не знаешь, девка…

– И зачем мне знать? Не хочу.

– А зря… – тихо вымолвила ведьма. – Это чужая тайна не могу я открыть ее. Он сам должен.

– Да не хочу я знать ничего о нем, поймите бабушка. Надоел, да замучил он меня хуже некуда. Стращает только, да указывает, что делать. А я другой жизни хочу, поймите!

– Скажу последнее. Если уйдешь от него, то беды нахлебаешься да настрадаешься…

– Вы бабушка меня не отговаривайте. А лучше скажите, поможете ли Вы мне или нет?

Старуха долго смотрела на девушку и лишь через какое-то время тяжко выдохнула:

– Помогу, коли хочешь того.

– Да прошу Вас бабушка, – с радостью выпалила Катюша.

– А четки то матери убери, не возьму я их. Они оберег твой.

Катюша кивнула, и проворно стянув с плеча суму, убрала четки туда. Старуха отметила это и, кряхтя, направилась к печи. Подняв ковш, она зачерпнула воды и потушила огонь в печи. А затем, обернувшись к девушке, сказала:

– Ну что ж пойдем, отведу тебя тайком в дом к дочке моей. Схоронишься пока там. А на завтра велю, чтобы зятек то мой отвез тебя куда тебе надобно.

– Благодарствую милая бабушка, во век за Вас молиться буду, – пролепетала с воодушевлением девушка.

Старуха поковыляла к сундуку, и вытащила теплый платок. Надев его на плечи, старуха зажгла свечу и, взяв ее в руку, прошла на середину избы. Наклонившись, она легкостью, которая удивила Катюшу, дернула за деревянную ручку в полу. Подняв сколоченную из досок дверь, что была в земляном полу, она открыла ее, и начала спускаться в погреб, что был вырыт в избушке.

– Давай лезь за мной чего встала, – приказала Маруна девушке.

– В погреб?

– Лезь говорю девка. Погреб то этот имеет ход тайный, который ведет до дому дочери моей.

– Ничего себе. А отчего так? – не удержалась от вопроса Катюша. Все в этой избушке, начиная с собаки-волка и кончая подземным ходом, казалось ей некой сказкой.

– Дак от лихих людей сделан. Чтобы можно было спастись из деревни, когда разбойники нападают. Да выйти беспрепятственно на окраину села, а затем в лес.

– Как чудно бабушка, – пролепетала девушка, подходя к входу и спускаясь вниз по каменным ступеням.

– Так и пойдем. А то неровен час, твой охальник увидит нас в деревне. Ты ведь с ним пришла.

– Да бабушка Вы правы, – кивнула Катюша, спускаясь проворно ниже по ступеням.

– Да дверь то прикрой, – прикрикнула на нее старуха, которая уже устремилась куда-то в бок. Катюша кивнула и, вернувшись на две ступеньки вверх, ухватила деревянную дверь погреба и поспешила закрыть ее, чтобы скорее следовать за старухой. Она уже почти закрыла тяжелую дверь, как ощутила, что что-то тянет ее назад. Катюша попыталась вырваться и дернулась. В следующий миг раздался звук рвущейся ткани, и девушка оказалась свободна. Катюша, обернувшись и поправив суму на плече, поняла, что нечаянно зацепилась сумой за край необтесанных досок. Не обращая внимания на это досадное недоразумение, девушка, переместила суму в руку, захлопнула крышку погреба, и проворно устремившись вслед за старухой.

Следуя тайным ходом, Маруна приблизилась к концу туннеля и начала подниматься по ступеням. Почти два дня старуха отсиживалась у своей дочери. Крехтя Маруна вылезла из погреба и прикрыла за собой тяжелую деревянную дверь в полу. Едва она выпрямилась и обернулась, как невольно обмерла. В пяти шагах от нее во мраке ее избушки, сидя на лавке, возвышалась широкоплечая фигура мужчины. Выпрямившись и расставив в стороны ноги, согнутые в коленях, мужчина замер, словно изваяние и не шевелился, устремив лицо прямо на нее.

– Чего тебе надобно барчук? – выдохнула ведунья, скорчившись, ощущая очередной приступ у сердца. Она отошла от погреба и, поджав губы, уставилась не по-доброму на молодого человека. Она предполагала, что после исчезновения девушки он будет искать беглянку в каждом доме в селе, в том числе и у нее. Но старуха не собиралась говорить ему правду.