Неистовые. Меж трёх огней (СИ) - Перова Алиса

«Посмотрим», – набираю и отправляю сразу, чтобы больше не думать и не мучиться.

Куда посмотрим? Как поймём?.. Я не знаю, но мой ответ достоин вопроса.

Я наблюдаю, как «Мерседес» с пробуксовкой срывается с места и быстро теряется из вида. Разозлился? Скорее всего. Мне грустно, и всё же я не жалею, что ответила именно так, и о моей слабости, как всегда, знаю только я. Я забыла поесть и долго не могу уснуть. Думаю, что уже и не получится, когда телефон снова сигналит входящим сообщением:

«Сонечка, ты дашь нам шанс?»

И я засыпаю с улыбкой, так и не успев обдумать ответ.

Глава 55 Стефания

Всё-таки Сонечка.

Вот хоть убей, но я не вижу её рядом с Геной. Не подходит она ему! Такая надменная и хитрая… сразу видно, что стерва. Неужели дело только в её арбузах? А, ну наверняка она ещё и в постели огонь. Интересно, а как влияет вес грудей на температуру пламени? Судя по моим наблюдениям, как ядерное топливо. Хотя в моём понимании такое вымя (ещё больше, чем у нашей Сашки!) даже неприлично демонстрировать. Но у мужчин иные критерии для отбора.

Это как в анекдоте, когда два мужика потеряли жён в супермаркете и решили объединить усилия для поиска. «– Ваша как выглядит?» – спрашивает один другого.

– Моя – такая высокая пышногрудая блондинка в коротком красном платье. А Ваша?

– Э-э… а давайте лучше Вашу искать!»

Вот вам и мужская логика в действии. Мы руководствуемся чувствами, а они, мужчины, – инстинктами.

«И Генка тоже», – с грустью думаю я, провожая взглядом исчезающего за поворотом «Мурзика».

– Август, иди в жопу! – рявкает за спиной Сашка. – Все штаны мне изгваздал, зараза!

Сашка сегодня сильно не в духе. Сперва я думала, что это из-за Гора. Давно он не заезжал к нам, а сегодня нагрянул с подарками. Айке привёз систему видеонаблюдения для кофейни, Сашке – платиновый браслет с дорожкой немаленьких таких изумрудов (невероятная красота!), а мне досталась нарядная коробочка конфет. Я, кстати, обрадовалась, потому что вообще не ждала подарков, зато Сашка разозлилась: «Купить меня решил?!» Но от браслета она всё равно не отказалась, пояснив мне, что это Гор ещё старый должок отдаёт. Даже страшно подумать, за какие грехи он так расплачивается.

Впрочем, причиной Сашкиной злости стал вовсе не Гор – это она из-за своего бывшего такая бешеная. Опять раскопала на Вадика компромат. И ведь сама же говорила, что всё – не нужен, отпустило и отболело давно. Но снова и снова, как мазохистка, продолжает подглядывать за его личной жизнью. Я и Вадика понимаю – он же не монах, в конце концов! Три года уж прошло, как они развелись.

Сколько же может прожить любовь без подпитки? Если посмотреть на Наташку, то очень долго. Никому такого не желаю, а тем более своей сестре. Не знаю, как там себя чувствует Вадик, но Сашкино сердечко по сей день так и не склеилось. Зато взлетела карьера. А ещё наша Алекс фанатично полюбила танцы – научилась так классно двигать задом… и совсем двинулась мозгом. Иногда она бывает просто невыносимой!

– Стеш, ты ещё долго будешь на воротах висеть? – недовольно ворчит Сашка. – Или думаешь, он вернётся?

Подействовало, как холодный душ. Кровь прилила к лицу, а я развернулась к сестре.

– К-кто?

Ой, халтура! Сама себе не верю. И Сашка, конечно, тоже.

– Хрен в пальто! Я, по-твоему, совсем слепая и глухая? Что там у вас за парижские тайны?

Я поискала глазами Наташу, но, к своему облегчению, ни её, ни Кирилла во дворе не обнаружила и снова перевела взгляд на Сашку.

– Т-ты ведь сама знаешь, к-какой у меня интерес. Я п-подумала, что Гена мог бы п-показать Феликсу моё портфолио.

– Правда, что ль? – Сашка издала издевательский смешок. – А напомни-ка мне, кто у нас Феликс.

– Но ты ведь не г-глухая, – не удержалась я от ехидства, – и наверняка не один раз о нём слышала.

– Вот именно, что слышала, только никак не пойму, при чём тут Геныч. Или ты всерьёз думаешь, что этого дровосека подпустят к мировой знаменитости?

– Саш, ты сейчас п-придуриваешься или специально меня бесишь? Кир же п-при тебе всё рассказывал.

– Кир говорил только то, что узнал от Геныча, а этому пройдохе я не поверю даже при наличии трёх свидетелей. И почему бы тебе не передать портфолио в электронном виде через Айку?

– Во-п-первых, у меня и так всё на флешке, а во-вторых, не хочу. Айка будет п-просить Римму, Римма – Диану, а Диана, если не забудет и если в-вообще захочет, то обратится к Феликсу. А т-ты думаешь, ей надо об этом п-помнить? И к чему такая многох-ходовка, если Гена может п-передать всё Феликсу лично? И, кстати, мне не п-понятно, на чём основано твоё недоверие, чем тебе Гена успел насолить? Ты ведь нормально к-к нему относишься…

– ОтносиЛАСЬ! Пока не увидела вас сегодня. И я не вчера родилась, ясно?

– Не ясно, – пробормотала я, чувствуя, как щёки снова заливает предательский румянец. Что такого она могла увидеть?

– Да между вами муха бы не пролетела – увязла б в сиропе, – Сашка подрыгала кистью руки перед моим лицом, вероятно, изображая слипшуюся муху, и препротивным голосом передразнила Гену: – «Проси, что хочешь, Стефания! Сделаю всё, что могу и не могу!»

– Ты совсем б-больная?! – я повысила голос, одновременно чувствуя злость на сестру и непозволительную радость от того, что мне всё это не показалось. – Ты же не п-первый день его знаешь, это его п-привычная манера общаться.

– Да неужели? А я смотрю, ты даже манеры его выучила! Только я, деточка, слишком хорошо выучила тебя. Так скажи мне, что это было и, главное, когда началось? Ты-то, уж конечно, не видела со стороны свою мордаху, зато тебя отлично разглядела мисс Буфера.

– А п-при чём здесь… – я внезапно осеклась, понимая, что если продолжу пререкаться, выдам себя с головой.

Задрав нос, я попыталась пройти мимо Сашки, чтобы сбежать в дом, но она не позволила – вцепилась обеими руками в мои плечи и запричитала:

– Стеш, малыш, да начхать на эту Соню и на то, что она там подумает. Она, может, и не поняла ничего, но я-то тебя знаю, как никто. Ты влюбилась, да?

– Не-эт! – я затрясла головой. – П-правда, Саш! П-просто я благодарна Гене… он ведь спас меня…

– Поверь, моя маленькая, я тоже очень ему благодарна, но прошу тебя, только не увлекайся. Я же вижу, какой он… и как это действует на таких дурочек, как мы.

– А… ты что… т-тоже? – я округлила глаза, а Сашка фыркнула.

– Вот уж нет! Я от таких надёжно привита. Но с Вадиком я ведь тоже была наивной влюблённой дурочкой. А ты… Стеш, не обижайся, но ты ещё такой ребёнок. Нет, ты умничка – ты вообще у нас самая умная, но совсем неопытная.

– М-м… а не п-подскажешь, где набраться опыта, Саш? М-может, дома – за рукоделием?

Сашка замолкла, тяжело вздохнула и растерянно потрепала за ухом Августа, оставившего чёрные отпечатки лап на её светлых штанах.

– Но и не с таким, как Геныч, – озвучила она наконец. – Ты просто не знаешь эту породу мужчин… Вадик, Гена, Женя… они же как куры – только вырвались со двора – и уже ничьи. А я не хочу, чтобы однажды ты оказалась на моём месте. Или на месте этой Сони, когда твой мужик будет обнимать тебя, а слюной капать на другую. А поверь, так и будет, если сделаешь неправильный выбор. Стеш, ты достойна большего. Ну, хочешь, я сама придумаю, как передать этому французу твоё портфолио?

– Испанцу, – исправила я. – Может, ты уже не п-против, чтобы я выбрала Феликса?

– Ты же прекрасно знаешь, что я против, – устало ответила сестрёнка, а мне стало так её жаль. – Твой Феликс давно определился, малыш, а я очень не хочу, чтобы его выбор прошёлся по тебе убийственным катком. И очень боюсь за тебя.

– Не п-переживай, Сашок, – я обняла её и положила голову ей на плечо. – Обещаю, что не стану делать г-глупости. И с Геной я всё равно не с-стала бы… ничего бы не стала. Это же п-предательство по отношению к Наташе.