Худший парень в мире (ЛП) - Смит Холли Джун

— А что, если это утренний зуд? — я поглаживаю большим пальцем ее колено, пока она рассказывает мне о правилах, которые, знаю, что собираюсь с удовольствием нарушать.

— Утро предназначено для сна.

— Черт возьми, какая жалость. Обожаю утренний секс.

— Во-вторых, никаких ночевок. В-третьих, ты никому не должен об этом рассказывать. Это только между нами.

— Тогда лучше отменить то объявление на всю страницу, которое я поместил в газете, — за это я получаю игривый пинок в живот, но хватаю ее за ступню и начинаю ее массировать.

— Это эксклюзивно? — спрашиваю я, внезапно начиная нервничать из-за ее ответа.

— Не будь смешным. Мы можем встречаться с другими людьми.

У меня сжимается сердце. Я думал, что весь смысл в том, чтобы облегчить жизнь нам обоим, пока мы так заняты. Я рад, что все остается как есть, но, по правде говоря, я уже давно не хочу спать ни с кем другим, и мне начинает претить мысль о том, что кто-то еще может приблизиться к ней хотя бы на дюйм. Как всего за неделю мы перешли от «друзей с привилегиями» к тому, чтобы я захотел чего-то эксклюзивного?

— Ты бы не стала ревновать? — меня тошнит от одной мысли об этом.

— Я не ревную, — пренебрежительно смеется она. — Ты волен делать все, что захочешь, и с кем захочешь, но я не хочу об этом слышать. Просто будь осторожен.

— Всегда.

— Тебе стоит знать, что у меня внутриматочная спираль, и я регулярно сдаю анализы. Мои последние результаты были чистыми.

— У меня тоже. Ну, имею в виду анализы, а не спираль, но презервативы для меня не обсуждаются.

— Хорошо.

— Хорошо.

Она вылезает из моей кровати, и, пока смотрю, как она натягивает на себя одежду, я борюсь с желанием попросить ее остаться. Она была непреклонна в том, что мы не будем ночевать вместе. В зеркале моей спальни она поправляет все на себе, подтягивает завязки своей толстовки, чтобы они были на одинаковом уровне, затем проводит пальцами по волосам. Хочу сказать ей, что она может оставить здесь расческу, запасную одежду, и все, что захочет. Освобожу для нее ящик. Это так не похоже на меня – чувствовать нужду, но я знаю, что не смогу долго обходиться без того, чтобы она снова не оказалась здесь.

— Когда будем видеться?

— А нам нужно расписание? — стонет она. — Оно лишит нас всего веселья.

— Думаю, что, возможно, нужно, просто чтобы нам было ясно, чего ожидать друг от друга. Я не хочу, чтобы ты разозлилась, если заявишься сюда в поисках секса, а меня не будет дома, — даже представить себе не могу, как бы я разозлился, если бы узнал, что она приходила, а я упустил ее. — Когда тебе удобно?

— Подожди, пока достану свой ежедневник, — издевается она. Стоя у нее за спиной, я снова запускаю руку под ее толстовку – моя новая любимая игра. Я щипаю ее за нежную кожу, и она взвизгивает.

— По вторникам и воскресеньям я не могу, — нужно сразу же внести ясность.

— Почему?

Дерьмо.

— Эм, регулярные встречи.

— Все в порядке, мне на самом деле все равно, и я все равно боксирую в эти вечера, — бьюсь об заклад, ей не все равно, уверен, она жаждет ответов, но я не готов их дать. — Пятницы отменяются из-за пятничных ужинов, — продолжает она.

— Лучшие вечера в месяце.

— Правда?

— Да, я могу увидеть своих любимых людей. Было бы еще лучше, если бы я потом отвозил тебя домой, — целую ее в шею, высовывая язык, чтобы попробовать на вкус.

Она тихо стонет, затем разворачивается и отталкивает меня.

— Отлично. Иногда по пятницам, но я серьезно. Никто не должен знать об этом, так что обещай, что будешь держать свои руки при себе, когда мы будем в кругу друзей.

Я скрещиваю пальцы за спиной.

— Обещаю. Как насчет понедельника?

— Фу, никто не занимается сексом в понедельник.

— Я могу заниматься сексом в понедельник.

— В понедельник я прихожу в себя после всего того секса, который у меня был на выходных.

Я, черт возьми, позабочусь о том, чтобы это был секс со мной.

— Хорошо, значит, пятница и суббота?

— Два вечера подряд – многовато. Послушай, раз в неделю вполне достаточно. Скажем, в пятницу или субботу, в зависимости от других наших планов. Договорились?

Я приму все, что ты мне дашь.

— Договорились. Хочешь закрепить сделку? С моим членом? — я обхватываю ладонями ее зад. Она уходит, чувствую, как она отстраняется, а мне нужно прикасаться к ней как можно больше, пока есть возможность.

— Нет. Мне нужно пойти домой и смыть с себя твою вонь, пока я не пришла в себя и не передумала, — она проскальзывает у меня под мышкой, а затем оказывается вне пределов досягаемости и направляется к двери спальни.

— Увидимся в следующую пятницу, подружка для траха, — кричу я ей вслед.

— Отвали, Клоп.

— О, и Хэтти, — я перегибаюсь через перила, когда она вприпрыжку спускается по лестнице. Она оборачивается и смотрит на меня снизу вверх. — Еще одно правило. Не влюб…

— Не говори этого! — она держит руки перед собой ладонями наружу, глаза плотно закрыты.

— Что? — смеюсь я.

— Я прочитала достаточно любовных романов, чтобы знать, что сказать «не влюбляйся» так же плохо, как трижды повторить «Кровавая Мэри» перед зеркалом.

— Это нереально.

— Мне все равно. Даже не рискуй. Просто закрой свой идиотский рот, — она надевает обувь, а я присаживаюсь на середине лестницы.

— Нам нужно поработать над твоей речью.

— Новое правило. Никаких разговоров, вопрос закрыт. Просто заставь меня кончить, а потом уходи. Вот и все.

— Мы у меня дома.

Она распахивает дверь и не оглядывается.

— Тогда, можешь посмотреть, как ухожу я.

Глава 32

Роб

Так продолжается неделями. Она поздно приходит, и мы сразу же приступаем к делу, пока она не уходит посреди ночи, или она появляется после работы, и мы трахаемся, едим, а потом снова трахаемся.

Не знаю, почему я еще давным-давно не завел себе подругу для секса. Хотя в глубине души знаю, что ни с кем другим у меня бы ничего подобного не получилось. Я встретил свою пару — Хэтти. Конечно, я люблю секс, но еще я люблю с ней разговаривать, и даже если мы проводим большую часть времени в спорах, это все равно заставляет меня чувствовать то, чего я никогда раньше не испытывал. Это заставляет меня чувствовать себя живым.

Мы нарушили правило «раз в неделю» уже через несколько дней, и со временем она остается все дольше. В такие теплые ночи, как эта, она разводит костер в саду, пока я готовлю ужин. Да, я купил такое же кострище как у Люка и Кары. Их уютные уголки в саду заставили меня захотеть что-то подобное и для себя. Когда я заканчиваю готовить ризотто, то нахожу ее, свернувшуюся калачиком в садовом кресле и смотрящую на горящий кончик палки.

— Не думал, что ты умеешь разжигать огонь, — она бросает уголек в мою сторону и показывает язык. — Осторожнее, не хочу, чтобы сегодняшний вечер закончился вызовом пожарной бригады. Мы с тобой и так потратили впустую время полиции и докторов на наши разборки, третья служба спасения стала бы унизительной.

— Не знаю, если бы появился Ренни из «Просто небольшой влюбленности», я бы не жаловалась, — смеется она.

— Кто это?

— Супер горячий книжный парень — пожарный, с подтянутым телом и пошлыми словечками.

Какого хуя? У меня подтянутое тело и я люблю пошлые слова. Больше не будем о нем говорить.

— Ты давно не упоминала о работе.

— Не о чем рассказывать, — пожимает она плечами.

— Тот парень все еще доставляет тебе неприятности?

— Лоуренс? Не-а. Он забрал мой проект, и я на несколько месяцев переведена на другую работу. Видимо, появилась возможность повышения по службе, и они хотели, чтобы я «расширила свое портфолио» или что-то в этом роде.