Неистовые. Меж трёх огней (СИ) - Перова Алиса

Какой роскошный вид!

Хорошо, что Наташа меня не видит. Высокая, тонкая… отрешенная, она даже не замечает, как смотрят на неё мужчины. Двое аж рты приоткрыли, но объект их внимания, подперев пятой точкой крыло автомобиля, задумчиво смотрит вдаль. В одной руке кофе в бумажном стаканчике, в другой дымится сигарета.

Я щёлкаю камерой – отличный кадр! Заменить фон, убрать лишние предметы… только девушка и двое очарованных ею мужчин (их тоже стоит слегка облагородить) – получится очень жизнеутверждающая картина. Сегодня поработаю и подарю Наташе, ей точно понравится, а заодно будет полезно для её самооценки.

Замерев, я разглядываю снимок на экране… и вздрагиваю от резкого сигнала клаксона. Мобильник выскальзывает из моих рук, я пытаюсь его поймать, но он снова ускользает… сердце ухает, но со второй попытки мне всё же удаётся спасти беглеца и смягчить его падение на асфальт. Фу-ух!

– Куда прёшь, овца?! – раздаётся слева от меня, и я поворачиваюсь на окрик.

– П-простите, Вы мне? – спрашиваю удивлённо, но уже очевидно, что пучеглазая лысая башка, вынырнувшая из водительского окна белой машины, орёт именно на меня.

– Тебе, дура! – громко подтверждает лысый мою догадку. – Глаза разуй!

Я разула и огляделась – ну да, стою на проезжей части у автодрома, где знак ограничения скорости – десять кэмэ. Виновата, конечно, – отвлеклась немного. Но зачем же так орать? Немолодой ведь дядька. Терпеть не могу таких дураков. Но зато какая натура!..

– Улыбнитесь, п-пожалуйста, – я быстро навожу на него камеру.

И отвратительная морда позирует как раз так, как мне требуется – свирепеет ещё больше и громче. Прямо дракон, пышущий забористым фольклором. Ему бы намордник. Однако на угрозы вырвать мне ноги и разбить телефон я уже не реагирую и спешу навстречу Наташе. Теперь, благодаря звуковому эффекту, меня заметила не только она, а все присутствующие на парковке.

– Чего этот облезлый петух разоряется? – поинтересовалась Наташа и, отбросив изящным щелчком окурок, отважно продемонстрировала грубияну средний палец.

– А, не обращай внимания, – отмахнулась я и кивнула на «Жука». – П-поехали?

– Подожди, так ты сдала или нет? – Наташа вглядывается в моё лицо, пытаясь угадать настроение.

А я и сама не понимаю… вроде бы повод для радости есть, но привкус горчит.

– Сдала, – я улыбаюсь, а Наташа хмурится.

– А почему я не наблюдаю бурного восторга?

Что тут сказать? Восторг был, правда, очень недолго – ровно до того момента, как меня поздравил мой инструктор. Поздравляю, говорит, Стефания, и желаю, чтоб ты спрятала свои права от себя подальше и больше не вспоминала о них никогда. Обидно же! Можно подумать, после автошколы все сразу асами становятся. Хотя Айка вообще нигде не училась, а водит получше многих инструкторов. Наверное, это у неё в крови. И почему я так не могу?

– И-и?.. – Наташа ждёт моего ликования, но озвучивать пожелания моего инструктора я совсем не готова.

– Так ведь с т-третьего раза, – морщу нос и, нырнув на пассажирское сиденье, подгоняю: – Мы едем или к-как?

– А правами почему не размахиваешь?..

– Я знаю свои скромные п-права, – отшучиваюсь, но, решив не мучить Наташу, объясняю: – Завтра п-получу корочку, сегодня не успею – т-там очередь, а нам ещё в аэропорт надо успеть.

– А на фига нам в аэропорт? – недоумевает Наташа, но уже усаживается за руль.

– Ой, а я что, не сказала? П-прости… Сашка из Баку п-прилетает уже через два часа, а Айка не успевает её встретить, у неё очень важный п-показ. Сможем съездить?

– Да хоть в Баку сгоняем, – легко соглашается Наташка, и мы трогаемся с парковки. – Я свободна, как мышь в амбаре. Мне сейчас так хочется куда-нибудь рвануть!.. Хоть куда, лишь бы не дома и не у Стаса. Стеш, какая же я дура, что замуж вышла! Точно Генка сказал – поколечкала свою судьбу. Хотя… ай, да ладно, закрыли тему. Слушай, а если у Айки показ, то с кем малыши – с бабушкой?

– Нет, у Кирилла мама до ок-ктября на даче…

– А ваша? Она же где-то недалеко от вас живёт?

Наша мама?! Это было бы смешно, если б не было так печально, ведь она даже не помнит о существовании внучек. Да она и про дочек уже забыла, у неё же то Вальдемар, то Фёдор, то ещё кто-нибудь. Больше всего наша мама любит мужчин и деньги, ну а мы – не то и не другое. Но Наташе это знать необязательно, поэтому я киваю неопределённо – пусть думает, что малышки с бабушкой Настей. Услышала бы мама такое определение, ей бы точно поплохело.

***

– Стеш, а ваша Сашка не будет против, что я у вас? – спросила вдруг Наташа, когда вдали показалось здание аэропорта.

– Конечно, нет! – поспешно заверила я.

Самой бы ещё в это поверить, ведь наша Алекс – дама очень непредсказуемая. Надо бы заранее отправить ей сообщение о том, что в нашем полку прибыло, чтобы Сашка успела справиться с восторгом от новости.

Александрину я заметила издали – вот кого никогда не потеряешь в толпе. Высокая, фигуристая красавица в роскошном брючном костюме с огненно-рыжей гривой, словно мощный магнит, притягивает взгляды окружающих её людей – мужчин, женщин, детей... да всех! Вот такая она, наша солнечная Алекс! Идёт, как королева – нос кверху, кудри по ветру, пышная грудь едва не выпрыгивает из глубокого выреза блузки.

Кто бы мог подумать, что ещё несколько лет назад эта дива была пухлым угрюмым очкариком и заучкой. Тогда Сашка дружила только со своим ноутбуком, постоянно жевала печеньки и была совершенно равнодушна к шмоткам. А сейчас такая модная дама! Следом за сестричкой по тротуарной плитке громыхают колёсами два огромных чемодана. А ведь несколько дней назад она улетала лишь с небольшой дорожной сумкой.

– Сашок, что ты т-тащишь в этих чемоданищах? – я повисла у неё на шее и расцеловала.

– Всё! – ёмко заявила она, сдавив меня в объятиях. – Всё, на что хватило моих финансовых возможностей и невозможностей. Теперь я нищая, и до осени осталось рублей сто. Ох, где ж вы мои деньги-бумеранги?!

Я рассмеялась, но, как только мы двинулись к машине, вспомнила о Наташе.

– Сань, ты сообщение п-прочла?

– Сбрендила? Какое сообщение?! Мои вымоченные в коньяке мозги уже перестали распознавать буквы.

И Сашка начала очень эмоционально рассказывать, какие замечательные люди встречали и развлекали её в Баку и насколько она проспиртована их гостеприимством.

– Саш, да п-подожди, ты видела, что я написала п-про Наташу?

– Да знаю я всё, – недовольно проворчала сестра. – Я Айке ещё перед вылетом звонила, и она рассказала, что вы превратили наш дом в ночлежку для беглых невест.

– В-вообще-то Наташа уже не невеста…

– А-а, ну это, конечно, всё меняет – теперь я спокойна. Только за каким хреном…

Но мы уже подошли к машине, поэтому про хрен Сашка не договорила.

– Привет! – с улыбкой поприветствовала её Наташа. – Классно выглядишь – такая хорошенькая! Как там Баку?

– Приветствую! – очень величественно выдала Александрина, а её мышцы, отвечающие за улыбку, даже не дрогнули. – Хорошенькой, Наташа, я была в раннем детстве, а сейчас я просто чертовски хороша!

Ох уж эта Алекс!

Тот факт, что Наталья наша гостья и является сестрой какого-то там Жени для Сашки ровным счётом ничего не значит. Хорошо, что Наташе повезло быть родственницей Кирилла, а это для нашей стервозной Александрины не пустой звук. Кир – один из немногих мужчин, сумевших заслужить её уважение, и, кажется, единственный, кто способен укротить Сашкин гонор. И надо отдать парню должное – это только его заслуга.

К счастью, Сашка больше не стала выпендриваться, сама же рассмеялась над своими словами, одарила Наташу дистанционным поцелуем и сердечно поблагодарила за то, что та пожертвовала своим временем и приехала в аэропорт. На самом деле искренностью и теплотой в словах Сашки и не пахнет, но, чтобы это понять, следует лучше знать мою сестру. К моему облегчению, доверчивая Наташа ничего не заметила и простодушно предложила располагать её временем, сколько потребуется.