Бывший - все сложно (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

Я быстро нахожу свою сухую одежду и иду с ней к реке.

Умываюсь холодной водой, будто пытаюсь смыть не только следы ночи, но и саму ночь. Пальцами причесываю волосы, собираю в хвост.

Быстро переодеваюсь в леггинсы и свою футболку.

Хочу исчезнуть. Уехать. Чтобы никто на меня не смотрел и не думал ничего такого.

Как?! Ну, как я могла? Не понимаю.

Последний мужчина, с которым бы я хотела вообще общаться, оказывается тем, с кем переспала. По пьяни. Без… черт. Мы еще и не предохранялись.

Глава 29. Сложно. С фармацевтами

Не предохранялись…

Прижимаю ладони к лицу и закрываю глаза.

– Все нормально? – ко мне спускается Таня.

– Да, – натягиваю улыбку.

– Ураган конечно… нам повезло.

Нам да. Мне нет.

На сцене уже гремит музыка, ведущая что-то весело объявляет.

– Пойдем, мы третьи выступаем.

Еще раз обдаю лицо водой.

Это может стать проблемой.

Мы с командой возле сцены, все шутят, смеются и подбадривают друг друга. Я улыбаюсь для вида. Потому что вообще не до этого всего. Внутри подташнивает. И это не похмелье, не жара и не волнение. Это стыд. Просто вселенский стыд за прошлую ночь.

Никто вроде и не шутит про нас, подумаешь, переночевала в палатке у мужика, но мне кажется, что знают все. А еще знают, что тряпка и не устояла перед тем, кто меня морально убил до этого.

Еще тщательней я избегаю его взглядом и вообще делаю вид, что Самсонова тут нет. Вообще нет.

Хотя как раз его взгляд ощущаю на себе постоянно. Нет, он не смотрит в упор, как нашкодивший пес, который ждет, что его простят, он смотрит, как лев, который и так знает, что он царь и отказать ему не могут.

Еще как могут.

Наконец наш номер. Сложно так переключиться. Все отрепетировано, сценка, песня, танец, только на этом и держусь, делая все механически. Но все равно не отпускает, что все взгляды обращены на меня и каждый сверлит дырочку с укором.

Финальный поклон. Аплодисменты. Занимаем свои места. А все смотрят дальше выступления, и опять хлопают, смеются.

Может, все же про меня уже забыли?

По сумме баллов за все эти конкурсы мы становимся вторыми. И это даже лучше, чем мы могли бы рассчитывать. Теперь точно можно просить в сад насос.

Все радуются, веселятся, фоткаются и я бы тоже с удовольствием с ними. Но настроения нет. Оно не то что на нуле, оно в минусе. И никакая победа ни на что не повлияет. Потому что через неделю о победе никто и не вспомнит, а нежеланный ребенок это навсегда.

Оставляю всех, иду к палатке, собирать свои вещи. Мне надо скорее в город. Ясно, что раньше, чем все, не уедем, но очень хочется.

Бросаю вещи в рюкзак, застегиваю его с резким щелчком, будто этим звуком хочу закрыть вчерашнюю ночь. Навсегда и забыть все скорее.

Потом молча помогаю всем собирать вещи и реквизит. Голос Самсонова постоянно где-то рядом. Шутит что-то там. Конечно, ему весело… Еще бы… Не ему теперь думать, что делать. Не ему потом растить ребенка. Не ему, блд, опять это все одному проживать. Сбежит туда, где проще, где нет проблем. Где можно придумать болезнь, а потом ей оправдываться и прикрываться.

Наконец уезжаем, я забираюсь на заднее сиденье, сажусь у окна и ставлю рядом рюкзак.

Занято.

Прислоняюсь лбом к стеклу, закрываю глаза.

Отстаньте все от меня.

Наконец выезжаем.

Господи. Как можно быть такой дурой? После всего, что пережила – еще и это.

Тошнота поднимается к горлу. Вдавливаю ногти в ладони, чтобы успокоиться. Я же еще не забеременела или уже все?

Только бы поскорее в город. В аптеку надо. Таблетки какие-нибудь купить. В аптеке обязательно должно быть что-то такое.

А мне надо это, – кладу руку на ледяной живот, – остановить.

Может, там и нет ничего, может и не будет.

Так, а если по циклу посмотреть? Лезу в интернет. Сроки, окна фертильности, длина цикла.

О боже… закрываю интернет. Как все сложно. Короче, надо просто выпить таблетки и все.

Смотрю на мелькающие деревья, а по щеке медленно течет слеза. Вытираю ее костяшками пальцев, чтобы никто не увидел.

Боже, как я ненавижу его. Хотя себя еще больше. Пять минут наслаждения ради чего? Ради нового стресса?

Ну, что, Кира, хорошо было? Пять лет этого ждала, да? Думала уже никогда и ни с кем. Вот, пожалуйста. Он бросил, обманул, растоптал, а потом вернулся и на тебе все на блюдечке.

Он козлина.

А я даже ни одного оправдания себе найти не могу.

Ну, зачем… Зачем мне эти проблемы? И снова одной это разгребать.

Автобус привозит всех к части.

Я жду, когда разгрузят проход и я смогу выйти.

– Кир, тебя подвезти? – Леша.

– Нет, я сама. У меня дела еще.

– А давай я тебя по делам свожу, – просто так предлагает Ник.

Просто так… ага.

– Вещи только занесу, – кивает на их часть.

Я не спорю, киваю, а когда он скрывается с палатками за машиной, хватаю свой рюкзак и быстро исчезаю. В аптеку и домой.

На ходу в поисковике ввожу “экстренная контрацепция”.

Выдает несколько лекарств. Девяносто пять процентов того, что может остановить зачатие.

Нажимаю в поиске на ближайшую аптеку. Там очередь. И еще куча людей за мной. Сейчас, блин, все будут знать, зачем я сюда пришла. Все поймут, что сексом занималась и не предохранялась. Ааа… Но больше всего раздражает, что это только моя проблема, оказывается. Ему как бы вставил-вынул и ок. Одного ребенка сделал, что еще другой может быть, – плевать.

Обмахиваю себя рукой, в носу еще больше щекочет от запаха лавандового антисептика. Наконец подходит моя очередь.

— Здравствуйте… — запинаюсь, взгляд автоматически скользит по витрине. — Постинор есть?

— Есть, конечно, — бодро отзывается женщина-фармацевт лет сорока, с аккуратной прической и цепким взглядом. — Одну или две?

???

– Нуу… одну.

– По инструкции их надо выпить две, одну сейчас, вторую через двенадцать часов.

– Поняла… тогда две.

– Незащищенный половой акт когда был?

Поднимаю глаза на неё. Она что, издевается?

Замираю. И со мной, кажется, замерла вся аптека, интересно узнать такие подробности.

— Я просто хочу купить таблетки, мне не нужна ваша консультация. Можно? – достаю карточку, чтобы рассчитаться.

– Конечно, конечно, — улыбается она, будто я ей дочь родная. — Просто обязана уточнить. Постинор влияет на гормональный фон, может быть задержка, тошнота, головные боли… У вас с желудком как?

— Нормально у меня с желудком. Просто продайте, пожалуйста.

– Карточку сюда прикладывайте, – кивает на терминал. – И имейте в виду — это не средство регулярной защиты.

Угу. Спасибо, капитан очевидность.

Я расплачиваюсь, прячу упаковку в рюкзак, будто это не таблетки, а оружие массового поражения.

— Всего доброго, — желает напоследок.

Подхожу к светофору. Надо было еще воды там купить, но ее расспросы эти… куплю уже в ларьке.

Машины едут мимо меня потоком, а одна… тормозит. Прям на пешеходном переходе Опускается стекло пассажирской двери.

– Садись, – приказывает.

Глава 30. Сложно. Говорить откровенно

– Иди к черту!

Приказывать он мне будет.

– Кира!

Люди начинают переходить дорогу, недовольно бурчат, что машина на заехала на пешеходный.

Пусть оштрафуют. Вот тогда я буду счастлива. Сливаюсь с потоком людей, чтобы скорее перейти дорогу.

За спиной хлопает дверца. Он же не за мной идет?

Оборачиваюсь.

Не идет. Бежит. И на ходу догоняет.

– Кира, нам надо поговорить, – придерживает за локоть.

– Мне не надо, – пытаюсь вырваться.

– Сядь в машину, я тебя просто подвезу домой.

– Сама доберусь.

Тогда резко делает шаг в мою сторону подхватывает, обнимает за ноги, отрывает от земли и несет к машине.

– Отпусти меня, – колочу по плечам. – Слышишь?