Бомбочка-Незабудка (ЛП) - Пекхам Кэролайн

Он был в отключке, его рука лежала на подушке над ним, а складка между глаз говорила о том, что его сон не был спокойным. Я смутно догадывалась, что преследует такого человека, как Черч, и жалела, что не могу услышать его мысли сейчас, чтобы утром использовать их против него.

Я отодвинула одеяла и забралась под них, тепло тела Черча излучалось на меня и заставило пьянящий вздох сорваться с моих губ. Чертов излучатель. Хоть на что-то ты годен.

Я бесстыдно положила свои ледяные ступни на его ноги, и он хрюкнул во сне, дискомфорт на его лице усилился и вызвал довольную улыбку на моих губах. Я свернулась калачиком, как кошка, крепче зажав ноги между его мускулистыми бедрами, и погрузилась в блаженное оцепенение. Туда, куда никто на этой земле не мог последовать.

АНЯ

Песня One Day Like This группы Elbow ворвалась в мое сознание, и моя грудь наполнилась солнечным светом, который, казалось, содержался в этой песне. Я всегда думала, что взлеты и падения этого ритма могут быть похожи на то, что чувствует влюбленный, музыка, казалось, стремиться к какому-то катарсическому завершению, которое гарантирует, что все в мире будет правильно.

Но мир устроен иначе. Я росла в тени и была знакома с жестокостью, которая скрывается в темноте. Я видела, как любовники отвернулись друг от друга из-за денег, видела, как сестры проливали кровь на плоть друг друга из-за мужчин, видела, как отцы отрезали своих детей от семьи во имя гордости. Но я всегда думала, что любовь, которую я разделяю с моими братьями, была другой, нерушимой. До этого момента. Потому что я просыпалась в чужой постели одна, без щита вокруг, без плана защиты. Они были стеной безопасности между мной и моими врагами, независимо от того, были они там или нет. Невидимый щит, прикосновение которого я всегда чувствовала на своей плоти, хотя никогда не просила их об этом. Но теперь моя плоть была бесплодна, и я впервые в жизни поняла, что наша любовь не была той непоколебимой силой, в которую я когда-то верила. Если это была любовь, то все песни о любви, когда-либо написанные, были ложью.

Кто-то начал трясти меня, и мои наушники слетели с головы, когда чьи—то руки сжались на моих плечах до боли. Я с рычанием посмотрела на нападавшего и увидела, что надо мной возвышается Черч с зубной щеткой, зажатой в уголке рта, и сонными глазами.

— Вставай, дорогуша. Мы чертовски опаздываем. — Несколько растрепанных белокурых локонов упали ему на глаза, отчего он выглядел еще более диким, чем прошлой ночью.

— Тогда. Перестань. Трясти. Меня. — прохрипела я, пока он тряс мое тело.

Он смеялся вокруг своей зубной щетки, продолжая чистить зубы, когда он откинулся назад и отпустил меня. Он был в одних трусах, его пресс напрягся, когда он смотрел, как я выскользнула из своего кокона, и холод в комнате нашел меня, заставив мои соски напрячься, а мое настроение еще больше упасть.

— У тебя что, нет обогревателя? — спросила я сквозь стучащие зубы, желая остаться в тепле кровати, так как холодный воздух все больше проникал под одеяло. Англия пока что была отстойной. Где крошечные чайные чашки и милые маленькие ежики в фартуках? Ах да, они были вытатуированы на теле этого засранца. На теле, которому я уделяла слишком много внимания.

— Для этого мне придется заплатить хозяину дома, чтобы он все починил, — сказал он вокруг своей зубной щетки, во рту у него скопилось столько пенистой зубной пасты, что она вот-вот могла вылиться наружу. — И я не буду ему платить, пока он не ответит на мое письмо о том, что он слишком дорогая киска. Я жду ответа со дня на день.

Застигнутая врасплох, я издала смешок, а затем нахмурилась. Черч был полным придурком. Я встала с кровати, взяв с собой iPod, и направилась в ванную, чувствуя на себе его взгляд.

— Господи, да у тебя и ноги на десятку. А вот за холодные ноги — три, дорогая. Я дал тебе бесплатный сеанс тепла на моих ногах, но в следующий раз, когда ты захочешь использовать их для разогрева своих сосулек, я буду ждать чего-то взамен.

Я отмахнулась от него и захлопнула дверь, положила iPod на раковину и включила Day Tripper группы The Beatles, позволив ей заполнить пространство. Я стянула футболку, задаваясь вопросом, какого хрена я вообще должна была сегодня надеть, но было слишком холодно, чтобы беспокоиться об этом, когда я сбросила трусики и шагнула в крошечный душ с красной, белой и синей плиткой на стенах — конечно же. Что за одержимость у этого парня Британией? Он, черт возьми, вырос здесь, не так ли? Может, я и прожила в Вегасе всю свою жизнь, но я же не вытатуировала на своих сиськах игровые автоматы и пародистов Элвиса?

Все средства для душа находились во флаконах, похожих на британских бульдогов, и я пробормотала себе под нос о его ужасном вкусе, прежде чем включить душ.

Я закричала, блядь, во все мои легкие, когда ледяная вода ударила меня, как пощечина по лицу.

Черч без стука вошел в комнату и прополоскал рот в раковине, бросив зубную щетку в красный держатель для автобуса. Я выругалась, повернулась к нему спиной и прикрыла сиськи руками.

— Холодно, блядь, — огрызнулась я, оглядываясь на него через плечо.

— Да, тебе нужно подергать ручку, — сказал он, сбрасывая свои боксеры и направляясь прямо в душ вместе со мной.

Я была настолько ошеломлена, что даже не пошевелилась, просто стояла, наблюдая, как его огромное тело прижимается к моему, и мой взгляд автоматически упал на его член. Он был массивным, полутвердым, с пирсингом на конце. Это был такой член, за который, как я представляла, порнозвезда могла бы получить пожизненный контракт, и я постаралась не пялиться слишком пристально, прежде чем отвести взгляд.

— Конечно, у тебя есть гребаный принц Альберт( принц Альберт — вид пирсинга), — пробормотала я, и он ухмыльнулся, не выглядя обеспокоенным холодной водой, которая стекала по его волосам и намочила его.

— Потом подергай ручку, — сказал Черч, в его голосе звучала смелость, и я нахмурилась, отталкивая его, когда потянулась к ручке на стене и покачала ее, не разрывая зрительного контакта.

Он облизнул губы, пробуя на вкус ледяные капли, стекающие по ним, и у меня возникло безумное желание сделать то же самое.

— Попробуй другую ручку, — предложил он с озорством в глазах, и я посмотрела на стену.

— Нет никакой другой… эээ, ты такая свинья, — прошипела я, когда поняла, что он имеет в виду свой член, и он зарычал от смеха. — Здесь нет горячей воды, да?

— Нет. Но я могу устроить тебе золотой душ, если хочешь, раз уж тебе так нравится, когда мое тело согревает тебя, — поддразнил он, и моя верхняя губа отклеилась.

Я схватила его шампунь и сосредоточила свое внимание на стене, пока мыла волосы, крепко сжав зубы. Но его член продолжал касаться моей задницы, и, клянусь, с каждым разом он становился все тверже и больше. Как он может быть больше? Он уже уступает бутылке шампуня.

— Каково это — принимать душ с родственником Уинстона Черчилля? Полагаю, ты будешь писать об этом в социальных сетях своим маленьким американским друзьям. Но не упоминай мое имя, да, дорогуша? Я вроде как очень важная персона.

— О, не буду. Я обязательно сохраню это в тайне в своем дневнике. — Я сделала мечтательный голос, продолжая. — Дорогой дневник, сегодня человек по имени Черч привел меня в свою захудалую квартирку, полную дрянного туристического дерьма. Он говорит как чайник из "Красавицы и чудовища" и ведет себя так, будто живет во дворце королевы, а не в крошечной однокомнатной квартирке без отопления...

— Эй, — сердито прорычал он, разворачивая меня и указывая мне в лицо. — Миссис Поттс — это оскорбление для британцев. Она говорит, как бабушка Оливера Твиста, и ни одной пизде в этой стране она не нравится. А если и нравится, то для меня это не настоящий британец, а киска, такая же, как миссис Поттс — киска.

Он выглядел таким серьезным, что на моих губах появилась удивленная улыбка. Ярость исчезла с его лица, а рука, указывающая на меня, потянулась к моему подбородку. Он начал изучать мое лицо, как будто никогда не видел его раньше, между его глазами образовалась складка. Я хотела подняться и оттолкнуть его руку от себя, но я замерзла, и не только из-за арктической воды. Он и его доминирующая аура, которая заставляла что-то расти в пустом пространстве в моей груди.