Неслучайное совпадение (ЛП) - Рэй Рокси

Это просто так эгоистично.

Я более чем готов признать, что все три великие семьи были невероятно неправы, продолжая наказание их семьи так, словно в этом нет ничего особенного. Будто это просто само собой разумеется. И я был бы более чем рад выплатить им компенсацию и всё исправить. Но это не способ. И теперь из-за решений, которые они приняли, их нужно остановить.

Но как?

— Ты прав, прав. Полагаю, я немного потеряла нить, — Арлин делает глубокий вдох, чтобы собраться, и выпрямляет осанку. У меня складывается впечатление, что она готовится к своему финальному поклону в этом спектакле. — Ты, бич! Перережь их всех, включая эту свою драгоценную человечишку. Но её обязательно оставь напоследок.

Воздух потрескивает от напряжения, и я не знаю, что мной овладевает, но мне нужно что-то сказать, поэтому, прежде чем я успеваю всё обдумать, из моего рта вырывается крик.

— Подождите!

Все трое старших взрослых усмехаются, но это срабатывает, потому что Арлин поднимает руку, и её дочь перестаёт открывать клетку Лютера.

— Бесполезно молить о жизни, — говорит она, и я вижу, как она наслаждается своей властью. — Милосердия здесь не будет. И не думай, что сможешь тянуть время, пока кто-то из вашей маленькой службы безопасности не придёт вас искать. Моя дочь проделала тщательную работу, ещё до того, как мы активировали Лютера, так что на каждом сотруднике вашего персонала есть трекер. Либо физический, либо встроенный в телефон.

Если бы она не была настолько очевидно порочной женщиной, радостно празднующей нашу близкую смерть, я бы решил, что это мило, как она гордится своим ребёнком.

— Это было гениально, правда. Простая программа-призрак, которую они получили, перейдя по ссылке в письме, отправленном ею для записи в рождественский список выпечки. Вот и всё. Шанс получить свежее печенье и макароны¹²⁴, в итоге стал падением всей вашей стаи.

— Никто не любит кокосовую стружку настолько сильно, — возражаю я.

— Макароны, не макаруны, — быстро возражает Александрия, и это, возможно, самое пылкое, что я когда-либо от неё слышал. — Между ними есть разни… Неважно.

Если бы Черри была рядом, она, без сомнения, отлично провела бы время, слушая подробную лекцию о двух десертах, которые звучат одинаково, но её нет, поэтому я перевожу внимание на Арлин и Винченцо.

— У вас всё ещё есть время это отменить, — говорю, решив не отвечать на замечания Арлин о трэкерах. Я думал, наша кибербезопасность слишком хороша, чтобы допустить нечто подобное, но очевидно, я ошибался. И эта ошибка, скорее всего, будет стоить мне и моей семье жизни. — Если вы заключили пакт с какой-то сущностью за пределами нашего мира и отдали ей своего волка в обмен на всё это, эта сущность не обрадуется, если вы попытаетесь найти обходной путь. Есть вещи, с которыми просто не стоит связываться. Но мы можем найти экспертов, людей с опытом в таких делах, и попытаться вытащить вас из этого, прежде чем что-нибудь пойдёт не так.

— Прежде чем что-нибудь пойдёт не так? — торжествующе выкрикивает она. — Ты говоришь так, будто мы ещё не победили. Игра окончена, и, хотя вы оказали достойное сопротивление, всё уже решено.

— Довольно этой высокопарной болтовни! — рявкает дед, выходя вперёд. — Если вы продолжите произносить монологи, я от старости помру раньше, чем мы хоть что-нибудь сделаем! Александрия, выпусти зверя и покончим с этим!

— Но Nonno¹²⁵, а вдруг они правы? Стоит ли нам так обманывать daemonium¹²⁶? Что, если никому не нужно умирать?

— Ты с ума сошла, дитя? Открывай клетку!

Она вздрагивает и спешит подчиниться, и Лютер делает два тяжёлых шага наружу, затем замирает.

— Чего ты ждёшь? Убей их! Убей их всех, чтобы стая Паррасида снова возвысилась к нашей славе! Semper⁠…

Он так и не успевает договорить, внезапно отшатывается назад и хватается за горло, задыхаясь. Мы все ошеломлённо смотрим, как он падает на пол. Пена пузырится у него на губах, пока он скребёт горло когтями.

— Какого хрена?

Ещё одна струя воды бьёт сверху, попадает старику в грудь, и он кричит, пока от него поднимается дым. Все головы в комнате одновременно дёргаются в сторону воды. Мокрая Черри сидит на корточках в одном из самых высоких окон башни, держа в руках комично огромный водяной бластер.

— Личная помощница!

— Менеджер соцсетей!

— Та девка с похорон!

— Как ты здесь оказалась? — рявкает Винченцо, его лицо багровеет. — У нас стоят оповещения, если хоть один из ваших трэкеров приближается к нашему дому!

Черри дважды накачивает своё игрушечное ружьё, прежде чем снова прицелиться.

— Вот так потеха: я никогда не помню ни о своём телефоне, ни о кошельке.

ГЛАВА 22

ЧЕРРИБЕЛЛЬ

Последствия плохой сделки.

Никогда в жизни я не думала, что буду сеять хаос сверху, распыляя смесь рябины, святой воды, аконита, соли, сушёного шалфея и ещё пары вещей, но именно это я и делаю. Я стреляю в Александрию, её брата и двух оставшихся взрослых, заставляя их разбежаться.

Когда они уже по-настоящему бросаются врассыпную, я спрыгиваю с окна, группируюсь в перекат, который причиняет моему плечу куда больше боли, чем мне хотелось бы, и вскакиваю за спиной Пола. Я начинаю резать его путы острым куском металла, который засунула в бюстгальтер, когда выбралась из канализации.

— Черри! Я думал, ты мертва! Не то чтобы я не был благодарен, но как ты здесь оказалась?!

Да, тут его особо не в чем винить. Мне самой до сих пор трудно поверить, что я выжила, но, если только у меня не очень убедительная предсмертная галлюцинация, я справилась.

— Не волнуйся, я тоже так думала. Расскажу тебе всю историю, когда мы вытащим вас всех отсюда к чёртовой матери, — говорю, начиная пилить верёвки. Я сильно удивлена, что перевёртышей можно удерживать чем-то настолько простым, как толстые путы, но решаю, что в них должно быть что-то магическое, может, даже серебро или аконит, и именно это делает их слабыми. Но всё равно, пока я пилю, вся ситуация кажется до ужаса сюрреалистичной.

Если бы вода в том зале не была такой холодной, я почти уверена, что утонула бы. Но всё сложилось так, что резкий перепад температуры привёл меня в чувство до того, как это произошло, и я смогла выплыть на поверхность достаточно надолго, чтобы выкашлять лёгкие и глотнуть воздуха, прежде чем меня снова утянуло под воду.

Я правда думала, что мне конец. Лицо болело, грудь горела, и каждая часть меня была в мучительной агонии. Но когда меня наконец вынесло в старое складское помещение времён сухого закона (все эти разбитые бочки там мне на это намекнули), я поняла, что мне нужно срочно мчаться к Паррасида.

Не могу поверить, что именно латынь навела меня на мысль, но сходство было слишком сильным, чтобы оказаться совпадением. И как только я провела эту связь, мой разум легко сшил воедино всё остальное, особенно с учётом того, что я узнала во время нашей вылазки с троянским конём.

Безумие, что всего пару часов назад я была уверена: всё это — полный провал. Но теперь я знаю, что, если бы той вылазки никогда не было, я понятия не имела бы, кто такие Паррасида и какова их история, а значит, не знала бы, куда направиться после того, как пережила утопление.

— Серджио! Александрия! Сделайте что-нибудь! — крик матриарха привлекает моё внимание, но едва-едва, потому что я уже готовлюсь выстрелить из своего водяного бластера в кого-нибудь из её детей. Но, к моему удивлению, здоровенный сын будто застывает, переводя взгляд с всё ещё бьющегося в судорогах деда на мать и Лютера.

— Нападай, здоровый идиот! — орёт мистер Паррасида, его лицо каким-то образом становится ещё более багровым, чем ярчайшая магма ярости, которая, кажется, льётся у него из ушей. — Защити нас! Защити нашу семью!