Фальшивая истинная ледяного дракона (СИ) - "Юэл"

Я хотела упасть лицом в подушки. В три подушки. Это было моё единственное условие выживания. Моя маленькая крепость, когда мир вокруг рушится.

Я повернулась к двери и позвала служанку:

— Принесите, пожалуйста… три подушки.

Девушка кивнула и исчезла. Я снова осталась одна. И только тогда почувствовала, как платье давит на грудь, корсет стягивает рёбра, а завязки на спине — как узлы, которые я сама никогда не развяжу.

Мне нужна помощь, чтобы раздеться. Надо было сначала подумать об этом. Всё здесь устроено так, чтобы ты всегда зависела. Всегда нуждалась в чужих руках.

Когда дверь открылась без стука, я вздрогнула.

Лорд Нордхольд.

— Ты уже здесь? — вырвалось у него.

Я моргнула.

А где, по его мнению, мне надо быть? На ковре у ног этих леди?

— Да, — ответила я коротко.

— Как всё прошло?

Меня чуть не сожрали. Чай был отвратительный. И одна улыбка была острее кинжала.

Но вслух я сказала:

— Я справилась. Если вы об этом.

Он коротко кивнул. Будто отметил галочку.

“Жива. Пока полезна”.

И в этот момент раздался стук. Кайрен даже не обернулся:

— Войдите.

Дверь отворилась. Вошла та самая служанка. Но…

Её руки были пусты. Ни одной подушки.

Она посмотрела на генерала так, будто сейчас признается в государственной измене. Потом перевела взгляд на меня. И почти прошептала:

— Простите, леди… но свободных подушек не осталось.

На секунду я не поняла. А потом воздух будто исчез.

— Что значит… не осталось? — голос сорвался.

Служанка опустила глаза.

— Все заняты в гостевых покоях. Дворец полон. Нам приказали…

Я не слушала. У меня внутри поднималась истерика.

Нет. Ни одной. Подушки.

Глава 25. Неожиданное решение и неудобные вопросы

Эвелина Мэрроу.

Ну вот почему я чувствую себя так, будто меня снова лишили последней опоры? Это всего лишь подушки.

Я медленно выдохнула. И услышала, как за моей спиной Кайрен произнёс ровно:

— Выйди.

Служанка исчезла мгновенно. Дверь закрылась. Я стояла посреди комнаты, сжав пальцы и судорожно соображая, что можно сделать, чтобы избежать конфуза во время сна. Не могу же я себя контролировать. Можно, конечно, не спать, но…

— Это… проблема, — закончила мысль вслух.

Кайрен посмотрел на меня так, будто оценивал поле боя. Потом спокойно сказал:

— Я понял.

И сделал шаг к кровати. Взял свою подушку и перебросил на мою сторону.

Я вспомнила наш прошлый совместный сон, когда подушек было две. По спине пробежали мурашки от вспыхнувшей в памяти фразы: «Главное — больше не используйте меня в качестве опоры для шеи». И ледяной взгляд.

— Я… я буду спать на полу, — выпалила я, самое безопасное, как мне казалось, решение.

А затем подняла подбородок, пытаясь выглядеть так, будто это решение принято спокойно и достойно, а не в панике. Всё, как учил Говард.

Вот только лорд Нордхольд не впечатлился. Посмотрел на меня, как на неразумного ребёнка.

— Я пережил два смертельных ранения, — произнёс он ровно.

Я моргнула. Что?

— Думаю, переживу и несколько ночей вашего беспокойного сна.

Я открыла рот. Закрыла. Потом снова открыла.

— Это… это не самое…

Он чуть наклонил голову, не позволяя закончить фразу.

— На этом обсуждение будет считаться завершённым.

Я вдохнула, собираясь сказать что-то ещё — колкое, язвительное, но вспомнила, кто передо мной, и промолчала.

Приняв поражение, сделала два шага в сторону гардеробной, где уже развесили все привезённые вещи, и вспомнила: платье, корсет, завязки. Я всё ещё затянута в эту конструкцию, как подарок, который забыли распаковать.

А мне нужно… нужно раздеться. Иначе я просто не усну.

Я осторожно обошла лорда Нордхольда боком, словно он был не человеком, а огненным (в его случае — ледяным) препятствием.

Приоткрыла дверь.

— Служанка? — позвала я, не удосужившись запомнить имя.

Так и вижу взгляд Говарда, узнай он об этом. Непроницаемый и непробиваемый управляющий, хоть и хранил вежливо-ледяную мину, взглядом мог посоревноваться с Кайреном.

Ответом мне была тишина. Коридор был пуст, как будто дворец вымер.

НИ-КО-ГО.

Я вернулась в комнату, чувствуя, как внутри поднимается тревога. Так бывает, когда интуиция предупреждает о неминуемой проблеме, но мозг ещё не понимает, какой.

Пройдя вглубь комнаты, совершенно глупо спросила:

— Вы… не знаете, как здесь позвать прислугу?

— После одиннадцати вечера слуги отдыхают, — сказал он спокойно. — Есть только дежурные при покоях короля и стража.

Я застыла. А вот и осознание. Каждая клеточка тела кричала, что проблема неизбежна.

Медленно подняла взгляд на генерала.

— То есть…

То есть я сейчас одна. В платье, которое я не могу снять. В спальне, где мне нужно лечь спать. На кровать, на которой не хватает подушек.

Он нахмурился.

— Что не так?

Я смотрела на него, не в силах сразу подобрать слова.

Что не так? Да всё.

Я — не в своём мире. Не в своём теле. Не в своей жизни. И рядом мужчина, который одним взглядом может заставить замолчать весь двор… но который не понимает, почему у меня дрожат пальцы.

А можно мне уже домой? Находиться возле мужчины со столь сильной энергетикой выматывает.

Генерал внимательно посмотрел на меня… и вдруг сказал коротко:

— Подойди.

Слово хоть и прозвучало спокойно, но внутри у меня оно ударило, как гром. И всё потому, что память тут же подкинула голос портнихи:

«Это платье легко снять. Дёрнуть за верёвки — и оно упадёт к ногам».

Кайрен выдохнул — чуть резче.

— Леди Нордхольд, — произнёс он холодно, — я не собираюсь ждать до утра. Я отказываюсь делить постель с вами, подушками и платьем с десятью нижними юбками!

— Их шесть, — пробормотала я, потупившись.

— Всё равно… слишком много.

И всё-таки…

Сделала шаг. Потом ещё один.

Стоило мне оказаться рядом, как он ухватил меня за талию — резко, уверенно — и развернул спиной к себе.

Я замерла. Дыхание застряло. Его присутствие было слишком близко. Я чувствовала тепло — вопреки всему. Его дыхание у самого затылка.

Секунда — и пальцы уже нашли завязки корсета. Быстро. Легко. Без лишних движений. Как будто это не женщина перед ним, а просто узел, который нужно развязать.

Ткань ослабла мгновенно. Воздух ворвался в лёгкие. И платье мягко рухнуло к ногам.

Я стояла, не двигаясь.

Ну что ж. Портнихи не соврали.

Он постоял за моей спиной ровно секунду. Потом отошёл.

И мне вдруг стало легче.

Я сорвалась в ванную так быстро, будто спасалась бегством, переоделась в ночную сорочку и вернулась, не поднимая глаз.

Кайрен уже сидел за столом, изучая документы, словно ничего не произошло.

Я легла на край постели, сжав одеяло.

В своём поместье он бы сидел допоздна в кабинете и пришёл бы, когда я усну.

А здесь ему, видимо, некуда сбежать.

Тишина была густой. И всё же вопрос жёг внутри. Глупый, ненужный… но после чаепития он не давал покоя.

— Лорд Нордхольд?

— Мм?

— А вы… богаты?

Он даже не поднял головы. Только бровь чуть изогнулась.

— Не жалуюсь.

Я закрыла лицо ладонями, прежде чем слова сорвались с губ.

— А ещё говорят… что вы страстный и ненасытный в постели. Это тоже правда?

Глава 26. Темно-синий потолок

Кайрен Нордхольд.

Потолок был тёмно-синим.

Ткань балдахина натянута ровно, без единой складки, будто сама комната пыталась сохранить порядок, даже когда внутри меня всё продолжало просчитывать хаос.

Я лежал, закинув руки за голову, и слушал тишину.

В поместье сегодня семьсот тридцать четыре человека.

Это включая прислугу, личную стражу короля и королевы, дворянские свиты, лекарей, поваров — тех, кто даже не понимает, что находится внутри потенциальной ловушки.