Смертельная битва: Истребление (ЛП) - Прейслер Джером

Большой зал Шао Кана располагался в самой верхней башне цитадели. Подобно какому-нибудь извращённому охотнику за дичью, он приложил все усилия, чтобы окружить себя жуткими напоминаниями о своих прошлых победах. На изогнутых стенах зала горели факелы в канделябрах из человеческих черепов. Трон, с которого он злобно наблюдал за своими куртизанками, был отлит из доспехов тех, кого он убил собственноручно. Обивка трона, а также знамена и занавеси, свисавшие с потолка, были сшиты из содранных с них шкур.

Сидя на троне, Шао Кан перегнулся через подлокотник и бросил в стеклянный резервуар рядом с собой длинного сегментированного червя из Внешнего мира, а затем стал ждать, пока его разорвёт на части пара крабов, которые в неистовом порыве бросились к нему. Хотя ему нравилось наблюдать за тем, как они нападают на червя в том месте, которое он называл своей боевой ямой, настоящее удовольствие наступало, когда они начинали драться за свою ещё живую добычу и яростно отрывали друг от друга куски. Вскоре резервуар наполнился раздавленными внутренностями, оторванными конечностями, разорванными и изуродованными глазными яблоками и другими органами чувств...

– Для тебя это всего лишь игра? – раздался голос за спиной Кана, заставив его вздрогнуть и отвернуться от своих ненасытных маленьких питомцев.

Высокая фигура в плаще скользнула к трону, её тень тянулась до скрытых под потолком балок, а чёрные глаза сверкали, словно осколки полированного оникса, на лице, скрытом под капюшоном. Хотя в зале не было ни малейшего дуновения ветерка, языки пламени плясали и мерцали в креплениях для черепов, когда он бесшумно проходил мимо них.

– Отец, где ты был? – спросил Кан. Его губы искривились в улыбке. – Портал открыт. Земля под угрозой. Это великолепно.

Яркие глаза отца под складками капюшона оставались непроницаемыми.

– Скажи, ты заставил Рейдена молить о пощаде, прежде чем убил его?

– Рейден нас не интересует, – ответил Кан, и его улыбка стала чуть шире. – Пока что...

Не успел Кан договорить, как из-под плаща высунулась мощная рука и схватила его за нагрудник, приподняв над троном.

– Ты оставил его в живых?

Кан тщётно пытался освободиться, но железная хватка лишь крепче сжимала его доспехи.

– Отец... лорд Шиннок... его невозможно было остановить...

– Мне не нужны оправдания! – взревел Шиннок и швырнул Кана через весь зал с такой лёгкостью, словно тот был тряпичной куклой.

Кан врезался в стену и, судорожно хватая ртом воздух, рухнул на пол.

– Мы нарушили священные правила, чтобы открыть портал! – прошипел Шиннок. – Если Старшие Боги узнают о нашем замысле, мы оба поплатимся за это.

– Я не понимаю, – Кан с трудом поднялся с пола, его лицо всё ещё было искажено от боли. – Почему ты боишься Старших Богов?

– Пока не прошёл шестой день, мы не можем рисковать, имея дело с Рейденом и его смертными. Не стоит недооценивать силу человеческого духа. Ты это понимаешь?

Кан медленно кивнул.

– Я не подведу тебя, отец. У меня есть другой план на Рейдена и его чемпионов. План, который приведёт их прямиком к гибели.

Шиннок наблюдал за ним, стоя рядом с троном.

Ещё мгновение он стоял там, глядя на сына, а затем растворился в зыбких тенях, из которых появился.

Кан подождал, пока не убедился, что отец ушёл, и снова повернулся к боевой яме. Его внимание привлекли доносившиеся изнутри влажные хлюпающие звуки – они разительно отличались от привычного щёлканья и скрежета челюстей его голодных питомцев.

Глаза Кана расширились.

Оба краба лежали на дне резервуара вверх брюхом, явно мёртвые. Червь, который должен был стать их обедом, капал слизью на их неподвижные панцири.

Через несколько мгновений, когда его кислотные выделения размягчили их экзоскелеты до состояния жидкой, полупереваренной кашицы, червь поглотил их целиком, втянув в зияющее отверстие в своей голове.

В зале снова воцарилась тишина.

Кан смотрел в резервуар, не веря своим глазам.

Могло ли то, чему он только что стал свидетелем, иметь какой-то смысл, которого он не понимал? Какое-то зловещее значение, связанное с предостережениями отца? Он яростно замотал головой, отрицая эту мысль. Конечно, это был странный поворот событий, случайность. Но он не верил в предзнаменования. С чего бы ему воспринимать это как какой-то знак?

И всё же ничего подобного раньше не случалось, никогда...

Спустя очень долгое время он оторвал взгляд от боевой ямы и вышел из большого зала, направившись к лестнице, ведущей в его командный центр.

Несколькими уровнями ниже правящий совет Кана собрался за длинным столом в командном центре – круглом зале, стены которого были выложены грубой мозаикой с изображением сцен сражений и кровопролития. Повсюду стояли по стойке смирно стражники в бионических доспехах, держа наготове посохи и плазменные копья. Их взгляды были прикованы к центру зала, они были готовы выполнить любой приказ своего начальства.

– Мои отряды уже унесли жизни тысяч невинных душ на Земле, – хвастался генерал в маске, сидевший во главе стола, указывая на древнюю карту Земли.

– Я бы унёс жизни миллионов, – огрызнулся Мотаро.

Шива бросила на кентавра презрительный взгляд.

– К этому моменту ты бы уже сидел в клетке и выставлялся на всеобщее обозрение в зоопарке.

– Если только эта клетка могла бы уберечь меня от тебя, я был бы рад, – ответил Мотаро.

Не в силах сдерживать гнев, Шива бросилась на него и схватила за шею всеми четырьмя руками.

– Не понимаю, почему Кан терпит вас, двух жалких ублюдков, но я посоветую ему прикончить вас как можно скорее, – сказала королева Синдел, с отвращением наблюдая за ними.

Не обращая внимания на её слова, они продолжали бороться, издавая рычание и ворчание. Через несколько минут, когда они всё ещё были в схватке, в зал вошёл Кан.

– Прекратить! – рявкнул он, и его гневный тон, наконец, привлёк их внимание. Когда они успокоились, он подошёл к столу и повернулся к генералу. –  Докладывай.

– Двое лучших воинов Земли уже схвачены, – с нескрываемой гордостью ответил генерал. – Кабал и Страйкер.

– Ты заставил их молить о пощаде, прежде чем уничтожить?

Генерал слегка съёжился под его горящим взглядом.

– Ну? – спросил Кан.

Уверенность генерала моментально улетучилась.

– Но, господин, я думал, что если оставлю их в живых, то мы сможем…

Черты лица Кана внезапно исказились от ярости, его глаза вспыхнули нечеловеческим огнём.

– Мне не нужны оправдания! – взревел он и схватил без предупреждения со стола свой боевой молот и ударил им генерала в живот. Тот согнулся пополам, пролетел через весь зал, ударился о стену и безжизненно сполз на пол.

Остальные за столом смотрели на него, ошеломлённые его вспышкой ярости.

– Похоже, мне действительно нужен новый генерал истребления, – сказал он. Его голос стал тише и спокойнее, но они все чувствовали его скрытую ярость, грозящую вырваться наружу, словно гейзер пара сквозь тонкий слой почвы.

Мотаро и Шива обменялись неуверенными взглядами. Несмотря на сомнительные преимущества лидерства, перед ними лежала груда изуродованных тел, наглядно демонстрирующая, чем это может обернуться.

– Вы можете умереть на службе или от моей руки. Выбор за вами, – сказал Кан.

Злобного взгляда Кана было достаточно, чтобы Мотаро передумал.

– Кентавры славятся своим охотничьим мастерством, – нерешительно произнёс он. – Как ваш генерал, я выслежу каждого до единого и никого не пощажу.

– Мотаро нельзя доверять, – сказала Шива. Мотаро сделал шаг вперёд, и она не хотела, чтобы её преданность выглядела слабой на его фоне. – Я давно зарекомендовала себя как личная защитница королевы Синдел. Я выполню любой ваш приказ.

– Разве не под пристальным присмотром Шивы королева покончила с собой? – с сарказмом спросил Мотаро.

Кан перевёл взгляд с одного на другого, поглаживая бороду и явно наслаждаясь их конфликтом. Наконец он сказал: