"Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сапожников Борис Владимирович

А тут и Новый год нагрянул, поэтому они решили покамест обустроиться здесь, благо вблизи перекресток многих важных дорог. Петр все это время зря не терял, прочесал окрестности и нашел в оставленных домах множество полезных для жизни ништяков, в том числе и рабочий снегоход. И судя по тому, сколько навалило под Новый год снега, передвигаться им придется исключительно на новом транспортном средстве. Попутно им удалось выяснить, что севернее находится несколько живых поселков. Зимой обнаружить их оказалось проще. Дымы из труб заметно издалека. Да и следы от лыж и снегоходов не спрячешь. Так что передвигаться приходилось предельно осторожно. Из дома Петр выходил кругами, затем проходил по замёрзшему озеру, чтобы не оставлять там следов. Временами использовал снегоступы, а не лыжи.

Два маленьких анклава в десяти километрах восточней находились под контролем Ордена. Это Петр выяснил, осторожно подкатив к поселкам на охотничьих лыжах, подбитых мехом, на таких несложно тропить по заснеженному лесу. Увидев на околице патрули из знакомых морд в "сером" и унизительное состояние жителей, он все сразу понял и ушел на "базу". Около очередного перекрестка его засекли какие-то резкие парни, до перестрелки дело не дошло. Больно не походили они на отморозков. Им удалось спокойно поговорить. Парни выглядели тертыми калачами и назвались Владимирскими. Потихоньку разговорились, выяснили отношения. Чужаки пригласили Петра и Анну жить в их поселок, что находился в ста километрах юго-западней. Мосевский подумал, да и согласился, жить отшельниками им уже порядком надоело. С новыми знакомцами сошлись быстро, как говорится, люди находились "на одной волне".

В меру оптимисты, в меру циники, с багажом некоего жизненного опыта, но еще не сломленные до конца суровыми реалиями новой жизни. Скорее сами готовы были поломать кого угодно. Потому они и не сидели на месте, активно изучая “Мир выживших”. От Владимирских Мосевский узнал примерную карту известных компании в этой местности человеческих анклавов. Места, обозначенные как форпосты Ордена, отмел сразу. Руслан там жить бы не стал, не тот человек.

В свою очередь, Петр рассказал о внушительной общине в Капле, и об оригинальном устройстве местной ячейки общества, созданной пришедшими с Севера людьми, чем несказанно удивил приезжих разведчиков. Еще больше их заинтересовали известия о жизни в Беларуси. Сергей Прокопьев, глава здешнего поселения, практично решил, что в этих местах от Ордена житья точно не будет и стоит податься на запад. Весной рабовладельцы продолжат тянуть везде свои щупальца и захватывать власть во всем регионе.

Противопоставить же ударному кулаку “серых” им нечего. Как и невозможно быстро объединить выживших, что ютились по деревням. Общество давно разобщено, и даже произошедшая катастрофа и видимая опасность не заставила тех объединиться. Мосевский в ответ заметил, что в их местах просто нет яркой и харизматичной личности, а также группы крепких людей, что станут костяком для остальных. Он рассказал им об Атамане, здорово заинтересовав Владимирских. Они даже подумывали смотаться позже в Каплю, навести мосты. Весной может уже стать некогда. Все, не сговариваясь, считали, что сразу после паводка Орден продолжит экспансию.

Глава 4. Морозным днем

Михаил Бойко открыл глаза, сладко потянулся под одеялом и глянул на часы. Ого, уже полдевятого! В окнах стало намного светлее, нарождался новый день. Зимой они привыкли вставать немного позже. Все равно темно, да и дел по сравнению с летом и осенью гораздо меньше. Зимняя, немного сонная жизнь, так испокон веков жили русские крестьяне. Летом вкалывали от зари до зари, а зимой и с печи слезали с неохотой. Вот и сейчас пора вставать.

- «Ох, холодно-то как!»

Похоже, что Петька опять проспал свою очередь подтопить котел.

- «Ну у кого-то уши будут сегодня гореть!» - подумалось атаману.

Но делать нечего, надо вылезать из-под теплого одеяла. Если осенью и в начале зимы вечерней загрузки топлива хватало до утра, то с наступившими в январе зверскими морозами, приходилось дополнительно топить и ночами. Михаил осторожно слез с кровати и оглянулся на спящую жену. Вчера она пришла поздно вечером, практически валилась с ног. Очень длительные случились роды, но, слава богу, все обошлось, и население поселка пополнилось здоровым и крикастым малышом. Поэтому пусть спит до обеда, нечего человека будить!

Зябко ежась, Бойко в один момент заскочил в утепленные штаны, накинул пуховую безрукавку и засунул ноги в короткие домашние валенки. Ох уж эти русские валенки! Им можно посвятить целую поэму. Простая и удобная обувь для длинных русских зим, их носили все — от простых крестьян до вельмож. Да сама Екатерина Великая не брезговала национальной русской обувью и рассекала по фешенебельным залам своих бесчисленных дворцов в простых русских валенках.

Эта немецкая принцесса была далеко не дура, и на российском престоле правила мудро и сдержанно. Выдвигая на большие посты людей неизвестных, но энергичных. Сколько блестящих полководцев, государственных мужей, покорителей и исследователей вспыхнуло яркой звездой в ту славную эпоху. Сама европейка, она с великим презрением относилась к своим родственным просвещенным венценосцам, отлично зная, что они из себя представляют. Одно из немногих времен в России, когда не было коленопреклонения перед Западом, погубившим, в конце концов, самодержавие. Ее знаменитые слова «Неважно, что скажут в Европе, пусть слушают, что говорят в Петербурге" не расходились с делом.

Отвлекшись немного на исторический дискурс, Михаил чуть не сверзился с крутой лестницы.

- «Подбить бы валенки чем-то типа резины, да есть ли у нас мастера по этому делу?»

В гостиной было намного холоднее, большое пространство зала, совмещенное с кухней, панорамные окна, все это пространство оказалось сложно протопить в морозы. Михаилу вспомнились старинные крестьянские двухэтажные избы на Пинежье. В больших комнатах второго этажа, так называемых светлицах, жили только летом. А на зиму перебирались на первый этаж, где были низкие потолки, маленькие подслеповатые окошки. Вот такая вот плата за тепло.

Скот жил тут же в доме, на большой повети, со второго этажа которых спускались большие пандусы, шириной с хорошую телегу. Все было продумано идеально и функционально, с учетом тяжелого климата.

- «Летом придется переделать окна» - подумалось ему, занимаясь в тесной бойлерной котлом.

Хорошо хоть смогли углем осенью разжиться. Глава Шклова Анатолий Тозик сдержал свое слово, и небольшой эшелон с углем был разгружен на станции Ракитная. Потом за три недели, уголь перевезли на подготовленный склад в Алфимово. Часть угля Оршанские друзья уже переработали в брикеты, и такой вид топлива использовался в частных домах. Тогда многие дома и переделали под отопление углем. Ведь после относительно теплого декабря нежданно пришли жестокие январские морозы.

Уже две недели температура держалась в районе 25-30 градусов мороза, что сильно осложняла жизнь местным жителям. И если северяне неплохо переносили привычные для них морозы, то с остальными была просто беда. Тем, у кого имелись лишь обычные печки, приходилось постоянно их топить. Для дополнительной заготовки дров выделили людей. Срочно утепляли окна и двери, хорошо, что благодаря новой системе отопления, и в школе, и в лечебнице было всегда тепло.

Наконец, по трубам пошло долгожданное тепло. Михаил прошел в гостиную, электричества не было, топливо в такую погоду приходилось экономить, поэтому он включил газовую горелку и поставил кофейник. Вскоре по комнате разливался благодатный кофейный аромат. Он присел к теплой батарее и стал смаковать чудесный южный напиток. Эх, насколько им хватит запасов? Придется скоро привыкать к исконным старинным рецептам!