"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Шаман Иван

— Это тебе кажется, — мрачно сказал Федя. — И вообще, Илья, ты совсем затворником стал. Деловой, блин, глава Рода. Как с друзьями встретиться — так времени у него нет, а как в сомнительные авантюры ввязываться с покупкой какой-то хрени — так пожалуйста, времени полно.

— Федь, я же говорил, что у меня проблемы, которые могут задеть тех, кто рядом, — вздохнул я. — И твой пучеглаз по сравнению с ними — плюнуть и растереть. И они либо решатся в течение года, либо решусь я, с концами. Не хотелось бы, чтобы ты под замес попал.

Федя понял мои слова, исходя из тех данных, что имел, и возмутился:

— Да какой замес может устроить этот придурок Владик? У него если не понос, так золотуха. Опять какие-то проблемы с Даром, аж мамаша приезжала и увезла на обследование.

— Откуда знаешь? — удивился я.

— Я в отличие от тебя, с одноклассниками контактов не рвал.

— В данном случае скорее порвали они, — напомнил я.

— Ах да, — смутился Федя, припомнив, когда и как это случилось. — Двое из нашего класса в училище сейчас, вот с одним сегодня поболтали. Он говорит, что уже не первый раз у этого придурка проблема с силой, причем на ровном месте. Ходят слухи, что ему хотят предложить либо пройти тестирование на силу заново, либо вообще забрать документы.

От последнего Владик наверняка не откажется: у него будет уважительная причина забить на учебу. А дед на него тоже забьет и сделает ставку уже на правнуков. Он же не знает, что я с Олега блок уже снял, а с дяди Володи сниму в ближайшее время.

— Его даже на внутренние соревнования по магии не заявили, — продолжил Федя.

— Зато меня хотят на городские засунуть, — не подумав, ляпнул я.

— Да ты что? — удивился друг. — Там делать до семи-восьми кругов нечего. Совсем, видно, у алхимиков с сильными магами дела плохи.

Глава 17

Утром Песец первым делом потащил меня смотреть сидр, емкости с которым, с его точки зрения, уже пора было закрывать крышками с гидрозатвором. Емкости мы закрыли, но перед этим симбионт каждую емкость обнюхал, используя мой нос. Не знаю уж, что он там нанюхал, но по одним дрожжам сказал, что брать больше не будем. Правда, потом подумал и добавил, что посмотрим по результату. На этом необходимость находиться рядом с будущим сидром закончилась, и я отправился на разминку, которую уже тоже было пора модифицировать: я прям чувствовал, где недожимаю, и пытался экспериментально добавить нужные элементы.

После душа я наконец добрался до прохоровских штанов и осмотрел их свежим взглядом почти выспавшегося человека. Но даже такой осмотр дефектов не выявил, поэтому отфиналил и сложил в специально подготовленную коробку, где уже находились перчатки и бонусом очень красивый пояс из кожи клювоголовой змеи. Кожи этой накопилось много, а легализовать пока не получалось. Еще у меня остались обрезки от бархатницы, причем часть была довольно крупными кусками, нужно будет придумать, что с ними делать.

Пока завтракал, прикинул, что вполне хватит на пару рюкзаков, по типу того, что у Даши, но эти покруче выйдут, особенно если пустить вставочки из змеиной кожи — очень уж она декоративно выглядит. Но пока приторможу — займусь этим только после изучения модуля кожевничества второго уровня. Там наверняка найдется что-то интересное.

Быстро просмотрел сайты с модулями и контейнерами, но глаз ни за что не зацепился, хотя пустых мест в моей «коллекции монет» хватало. Как сказал Олег, раскопки завершили еще не все, а те, кто уже завершил, еще изучают добычу, так что поток товара будет идти еще долго и расстраиваться рано.

По дороге в академию меня нагнал смутно знакомый парень.

— Привет. Ты как?

— Привет. Нормально, — немного удивленно ответил я. — А что такое?

— Да ты тогда у Дарины выглядел как будто умереть с секунды на секунду собираешься. А эта клуша только стояла и визжала.

— Так ты был среди тех, кто мне на помощь тогда пришел? — сообразил я. — Извини, никого не запомнил.

— Еще бы. Видок у тебя тот еще был. — Он помолчал, а потом перешел к предмету своего интереса: — Слухи ходят, что Дарина какой-то целительский ритуал проводила. На увеличение Силы.

— Официально подобных ритуалов нет, — навел я тумана.

— Так это официально, — хмыкнул он. — Нет, я понимаю, что ты первому встречному ничего не выложишь. Даме, поди, пообещал молчать?

— Ты же понимаешь, что я тебе не отвечу на такой вопрос в любом случае? — изобразил я смущение.

— Понимаю, — согласился он. — Но то, что у тебя после действий Дарины круги Силы выросли, подтвердить можешь?

— Справку с новым уровнем я сдал в деканат, — намекнул я. — Но учти: мне после этого было так плохо, что знающего целителя пришлось вызывать на следующий день.

— То есть методика экспериментальная? — вычленил для себя главное парень. — Все риски, так сказать, на пациенте?

Мы уже дошли до академии, но остановились недалеко от входа, чтобы завершить разговор на улице, не делая его тему доступной для посторонних.

— Именно. Зелье регенерации ни фига не помогает, потому что повреждения — не физические.

— Я готов рискнуть. Боль настоящего алхимика не пугает. — Он засучил рукав на левой руке и показал уродливый бугристый шрам, который целительскими практиками удалось только немного пригладить. — После этого готов любую боль вытерпеть. Участие в эксперименте бесплатное?

— Если ты готов заплатить, Дарина откажется вряд ли.

— Понял. Спасибо.

Он похлопал меня по плечу и потерял интерес и ко мне, и к моему здоровью. Зато рванул к целительской, надеясь застать там Дарину, из чего я сделал вывод, что она из поселка ушла куда раньше. Наверное, желающие усилиться нашлись и вчера…

На занятия я пошел с чувством глубокого удовлетворения. Не зря же говорят: сделал гадость — сердцу радость. А в данном случае гадость была особе, которая в отношении меня планировала вариант куда хуже, чем я в отношении ее. Можно сказать, моя месть была почти безобидна. Единственное, чем рискует Дарина, — своим хорошим настроением, но оно у нее и без того после фатальной неудачи должно быть не особо.

Зато Фурсова прямо-таки лучилась от счастья. От Бизунова она не отходила, но в мою сторону бросала такие взгляды, полные довольства, как будто я ей вчера раз десять признался в любви. И получил отказ во взаимности, разумеется.

Взгляды Фурсовой пережить было можно

Но не любопытство и сочувствие по поводу ситуации со Шмаковыми. В перерывах между занятиями меня настолько задолбали с вопросами про дуэль, что я подумывал, не прогулять ли остаток этого дня: за сутки ситуация перейдет в разряд устаревших и заменится чем-нибудь куда более интересным, чем стычка второсортного рода с родом, положение которого вообще было где-то на нижних строчках негласного рейтинга.

Останавливало от побега только, то, что последней парой были практические занятия по алхимии. Ну и то, что Шмаков сегодня на занятиях не появился. Вряд ли он устыдился своего вчерашнего поведения и сидит дома, угрызаемый совестью. Причина его отсутствия наверняка была в чем-то другом.

Я стоически вытерпел до последнего занятия. Преподавательницу мы ждали в коридоре, хотя дверь и не была закрыта — подозреваю, хотели проверить, как мы усвоили правила пользования, и отправить на пересдачу, если вдруг кто сунется внутрь. Среди нас таких идиотов не нашлось, поэтому мы столпились около двери. Про мою дуэль разговоры уже прекратились, но не про то, что Шмаковым за это должно хорошо прилететь. Внезапно Темников, который залез в телефон, бросил:

— Ого. Князь объявил о вакансии на алхимические поставки.

— А Шмаков?

— А Шмаков, похоже, все. Вчерашней подставной дуэлью наверняка перебрал все доступные лимиты.

— Посмотрим, что будет дальше. У него княгиня в защитницах, — скептически бросила прислушивающаяся к нашему разговору Уфимцева. — Вряд ли из-за Ильи его турнут с такого теплого места. Может, просто помаринуют и вернут.