Руса. Расширяя пределы (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович

— И рассчитается рабами, захваченными у соседей?

— И ими тоже. Но нам нужнее не рабы, а те вещи, за которыми мы пришли: тростник, папирус, его высушенные корни и древесная зола. Вот добывать всё это они пленников и поставят.

— За железо?

— Не только. Тут народ часто голодает, им самим есть нечего, не то, что рабов кормить. Так что придётся нам с ними торговать зерном, горохом, оливковым маслом и солью. А может, что и мясом, которое сами будем покупать у кочевников пустыни за стальное оружие, спиртные напитки, сласти, бусы и цветные тряпки.

— На этом болоте торговать будет непросто! — протянул Маугли. — Даже я тут с трудом дорогу нахожу.

— Не волнуйся! Тут главное эту торговлю начать. А когда они к ней привыкнут, будут сами к нам приплывать. Не к Первому Порогу, конечно. Мы крепость построим в дне пути ниже по течению.

— Бах! Ба-бах! — разбудила меня стрельба. Нет, это не нападение врагов, это третий день «гуляет» вернувшийся из похода Ашот. Леонид с Маугли остались там, на Белом Ниле в крепости, которую Ашот назвал в честь отца — Михранополь. Леонид обустраивает и торгует, а Маугли занят приёмкой товара.

Служба в нашем патруле и этот поход окончательно превратили прежнего «ботаника» в принца-воина. Особенно ему понравились нарезные пистолеты калибра «одна пятидесятая».

Поэтому, когда по возвращении ему подарили нарезной карабин под пистолетный патрон, он просто взвыл от восторга. Что? Разработка и исполнение Арама Оружейника, но с моей подсказки. Припомнил я, что в книгах про «попаданцев» частенько упоминалась «винтовка, покорившая Дикий Запад»[4].

[4] Имеется в виду Винтовка Winchester Model 1873, она же «винтовка покорившая Дикий Запад». Была разработана под пистолетный патрон .44−40 Winchester, настоящий калибр — 10.8 мм.

То, что у наших оружейников получилось в итоге, вряд ли вызвало бы восторг ценителей даже в XIX веке, не говоря уже про моих современников. Гладкоствольная «переломка» с нарезным стволом-вкладышем калибра 12.5 мм оказалась тяжеловата, использовала не очень мощный патрон, который вообще «не брал» тяжелый щит гоплита, а броню гетайра — только на расстоянии не больше шестидесяти шагов, да и то — при попадании строго «в лоб».

Однако, несмотря на то, что за «винтовку патрульного» мы просили полтора десятка статеров, то есть почти годовое жалование пехотинца, очередь за ними выстроилась на месяцы вперёд. В глазах патрульных всё это компенсировалось тем, что винтовка использовала патрон, подходящий к их пистолетам. То есть, не нужно было возить два комплекта. Кроме того, она позволяла сделать до пяти прицельных выстрелов в минуту и достаточно уверенно поражать ростовую мишень на расстоянии в стадию и больше.

— Бах! Ба-бах!

Именно так, два выстрела подряд. Ашот не удержался и купил два таких карабина. А скорость, с которой он расходует патроны, способна разорить даже младшего принца. Правда, не в его случае. Премии, которую мы выписали всем членам их экспедиции, ему хватит надолго.

— Бах! Ба-бах!

Ещё один фанат огнестрела на мою голову нашёлся. Скорость, с которой он жжёт порох, ещё недавно могла бы меня ужаснуть. Однако за последние месяцы я ввёл на пороховом производстве принципы мануфактуры. «Один человек — одна операция» и «регулярный контроль качества». Все взрывоопасные и огнеопасные операции проводились специально обученными мастерицами, каждая из которых работала в изолированном помещении, так что, если что, страдала только она. А кроме того, если испытания на отобранных пробах не показывали нужного качества, в брак отправлялась вся партия. Эти суровые меры, кстати, в итоге привели не только к многократному росту производительности, но и к снижению себестоимости.

— Ба-бах!

Я с трудом подавил раздражение и задумался, а чем именно оно вызвано? Меня разбудили? Так давно уже пора вставать! Тогда в чём реальная причина? Я попытался припомнить, что мне снилось.

Ну, точно, вот же она, причина! Я широко разулыбался, припомнив свой сон. Последние дни я мучился выбором, какой именно тип опреснителя сделать основным. В первом типе мы применяли чернёные бочки из тонкого железа. Они легко нагревались и более полно использовали энергию солнца. Но на этом их достоинства заканчивались. Стоили они дорого, достаточно быстро начинали ржаветь и остывали так же быстро, как нагревались.

Керамические же были куда дешевле, их можно было делать гораздо больших размеров, они не ржавели, но… Очень уж низким получался КПД.

Вот я и терзался над тем, какой тип выбрать. А сегодня под утро мне приснилась совершенно новая конструкция. Кирпичная «цистерна» внизу и тонкий железный «уловитель» солнечной энергии сверху.

Представьте только, встаёт солнце, вода в верхнем сосуде достаточно быстро нагревается и начинает испаряться. Пары уходят и конденсируются, нагревая воду в кирпичной «цистерне». Эта конструкция стоит относительно недорого, но производит конденсат весь световой день. Однако этого мало! Как только солнце скроется за горизонтом и верхний сосуд остынет, вода начнёт испаряться уже из нижней цистерны, нагретой за день. И конденсироваться, отдавая тепло верхней[5].

Да это просто идеально! Все недостатки обоих типов опреснителя превращаются в достоинства. Больше того, тепло солнца будет использоваться дважды. Нижняя цистерна сначала примет тепло солнца, а потом отдаст, оба раза производя конденсат.

Нет, конечно, конструкцию придётся ещё «доводить», но она уже намного лучше прежних. Я довольно улыбнулся. В наших условиях вода — это жизнь! И теперь я снабжу ей Новый Хураздан в достаточном количестве, сняв очередную угрозу со своих людей.

[5] Автор немного видоизменил одну из существующих конструкций «солнечного» опреснителя, приспособив под доступные ГГ материалы.

С прошлой главы статы пополнились солнечными опреснителями морской воды разных конструкций и нарезной винтовкой под «пистолетный» патрон калибра 12.5 мм.

Глава 17

«Боги благоволят к упорным»

— Ох, не от Ахурамазды[1] ваша химия, партнёр! — прохрипел Ильдар Экбатани, когда внезапный порыв сквозняка понёс в его сторону сернистые газы. — Слишком уж воняет!

Толстяк не стал отвечать, лишь поджёг очередную порцию смеси калийной селитры с самородной серой.

— Что ж ты молчишь? — отставному шпиону, наоборот, хотелось поболтать.

— Я верю в высший промысел! — серьёзно ответил химик. — Раз мне дали умение получать селитру, а тебе — остатки груза самородной серы, привезённого Титом с Сицилии, причём именно тогда, когда из продажи исчезло необходимое нам купоросное масло[2], значит, мы просто обязаны попробовать камерный способ получения этого самого масла. Иначе получится, что мы пренебрегли даром богов, и они отвернутся от нас.

— Ну, раз это — их дар, то конечно… — протянул перс, который разговор начал не всерьёз, а просто из желания поболтать в этот душный весенний вечер. — А зачем оно нам, кстати?

— Оно много для чего нужно, — рассеянно ответил химик. — Серебро очищать, стекло от бракованных зеркал повторно запускать в производство… Для всего этого азотная кислота нужна, вот я её и получаю. Ну, и сласти производить тоже без купоросного масла никак!

— Что-о-о⁈ — возмутился Ильдар. — Я терплю эту вонь ради нескольких халков прибыли от продажи сиропа⁈