Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ангер Лиза

– Рианнон, уйди.

– Ну расскажи, каково это? Тебе больно?

– Оставь меня в покое.

– Возьми меня с собой.

– Нет. Ты оставайся. И страдай вместе с ними.

Серен сказала, что рак у мамы из-за меня. Сказала, что мой ужасный характер и поведение в школе доставляли маме сплошные огорчения: учителя говорили, что я веду себя безобразно и мне нужно время, чтобы освоиться. Потом я начала врать, воровать и поджигать вещи. Отрезать Серен волосы. Тыкать кухонными ножницами ей в ногу. Папа был единственным, кто меня понимал.

«Ты говоришь об отце как о каком-то божестве, а он никакое не божество, он – психопат. Как и ты».

На месте Серен я бы тоже меня ненавидела. Но все равно я ей позвонила.

Это было совершенно нормально – позвонить в такой день, а я, хотя в последнее время маска с меня слегка сползла, иногда все-таки стараюсь вести себя как нормальный человек.

– Алло?

– Это я.

Связь работала с задержкой, как обычно.

– Рианнон? У тебя все хорошо?

– Да. А у тебя?

Опять задержка, секунд на десять.

– Да, все в порядке. Что случилось?

– Ничего. Просто хотела тебя услышать. Ну, Тот Самый День и все такое.

– Ага, я видела в ежедневнике. Тоже собиралась тебе позвонить.

– Не ври.

– Рианнон? С тобой все в порядке?

Я кивнула, хоть она меня и не видела.

– Рианнон.

– Я в порядке, – сказала я. – Просто избыток гормонов сегодня, вот и все.

– Как там дела с ребенком?

– Ребра распирает. И в животе вечно этот мяч для пляжного волейбола. А еще сиськи болят и на животе больше спать нельзя.

– Но с ребенком все нормально?

– Да, с ребенком все нормально.

Самая длинная задержка за этот разговор. Наверное, она меня не услышала или не разобрала слов.

– Ты на какие-нибудь пренатальные курсы ходишь? Мне они очень помогли, когда я рожала Мабли.

– Да.

– Знаешь, говорят, черника очень полезна во время беременности. Я съела целую гору, когда ждала Эша.

О господи, еще одна лекция о пользе черники. Мне же так понравились первые восемь!

– Как Крейг?

Вопрос меня ошарашил, как будто она его проорала. Она знает?

– Нормально.

– Возможно, у Коди будет для него кое-какая строительная работа, когда мы переедем. Крейг в этом большой специалист, Коди был бы рад к нему обратиться. Он сейчас не рядом? Быстренько обсудить это.

– Нет, он сейчас не рядом. Когда вы переезжаете в Вермонт?

– Уже меньше недели осталось. Но на новом месте потребуется довольно много всякой переделки. Мы хотели пригласить вас обоих на Благодарение. Мы к тому моменту уже обустроимся. Коди с Крейгом смогут заниматься своими скучными мужскими делами, а мы с тобой пока немного побудем вместе. Перелет мы, конечно, оплатим.

– У меня тогда будет уже третий триместр. Не смогу прилететь.

– Конечно, – сказала она голосом на октаву выше.

Черт, подумала я. Она пыталась наладить отношения. Хотела увидеть меня, увидеть нас, она ничего не знает об аресте Крейга и предстоящем суде – ни о чем вообще не знает. Я могу гарантировать: если бы у нее появилось хоть малейшее подозрение о том, что Крейг в тюрьме, она бы без тени сомнения, с ходу догадалась бы, что он попал туда из-за меня.

Надо ей сказать. Я хочу, чтобы она знала.

Даже не думай…

– Слушай, мне пора, – заторопилась я. – Но я попрошу Крейга позвонить Коди, ладно? Думаю, это будет для него классная возможность.

– Да. Между вами все в порядке?

– Ага, все круто. Ладно, я побежала, у меня суп выкипает, извини. Созвонимся!

– Пока, Ри…

Я отключилась. Черт, вышло неубедительно. Не подготовилась. А ведь это одно из моих правил: «Всегда готовься!» – но тупая мамнезия сыграла со мной злую шутку, и я напрочь забыла про такую возможность. Серен никогда не спрашивает про Крейга, и мне даже в голову не могло прийти, что она вдруг пригласит нас к себе на Благодарение. Что это вообще такое? С чего вдруг именно сейчас?

Ну почему тебе вечно нужно подозревать что-нибудь ужасное? Почему она не может просто пригласить к себе сестру на День благодарения – попытаться склеить разбитую чашку?

– Ага, окей, Говорящий Младенец, вообще-то это был риторический вопрос.

Может, у нее на душе тоска, потому что она переезжает на другой конец страны из того места, в котором провела всю свою взрослую жизнь? Может, ей просто захотелось повидаться с сестрой?

– А может, тебе просто заняться своими внутриутробными делами и помолчать в тряпочку?

Я выключила телефон и вернула его на прикроватную тумбочку. Когда мы были помладше, Серен не жалела выражений, чтобы описать свои чувства по отношению ко мне. Я была психопаткой. Раковой опухолью. Такого индейкой и клюквенным соусом не смоешь. Да я бы и не стала эту ее индейку есть.

«Сколько горя ты всем принесла, Рианнон. Ты злобная маленькая сучка. Это тебе надо было умереть, а не маме».

Ну да, на какое-то время я немного слетела с катушек, но разве в этом моя вина? Большинство подростков в какой-то момент слетают с катушек, а ведь мало кого из них колотили по голове молотком.

Господи, даже Первую мировую войну развязал подросток. Да я вообще подарок по сравнению с тем парнем [661].

Собственная мать в последние недели перед смертью на меня практически не смотрела. «Как ты могла сделать такое родной сестре? Да ты вообще соображаешь, что творишь? Рианнон, прекрати. Прекрати читать мне рекламу похоронных агентств – у тебя что, вообще нет никаких чувств? Ты даже плакать разучилась!»

Нет, с этим миром явно что-то не так, если здесь людям вроде меня позволяется даже подумать о том, чтобы завести ребенка.

Марни не смогла сегодня со мной встретиться: они с Тимом «везут Рафа на денек за город – покормить уточек, пообедать в пабе и так далее». Ребенку два месяца от роду, но, ага, думаю, он протащится от кормления уточек. Мы с Марни уже неделю не виделись. Да все понятно: просто он велел ей держаться от меня подальше. Из Ватсапа она тоже пропала, я заметила.

А может, она вообще меня заблокировала? У-ух, сама попробовала лекарство, которое всем раздаю, – на вкус просто ГОРЕЧЬ.

Лорд Байрон оказался единственным человеком на этой планете, которому, похоже, есть дело до того, жива я или умерла. Я сидела на кухне Дома с колодцем, ела самую жирную в мире жареную картошку и старалась не обращать внимания на вонь с Нулевого Этажа, которая распространилась уже по всему дому, хоть я и привинтила плитку из оргстекла на прежнее место над дырой.

В телефоне звякнуло сообщение от Байрона.