Эрика Леонард Джеймс - Пятьдесят оттенков свободы (любительский перевод)

- Я не могу… вот в чем проблема. Ты заставляешь меня сомневаться в моих решениях… снова и снова.

- Почему ты просто не можешь доверять мне?

- Доверять тебе?

Я буквально чувствовала его непонимание.

- Конечно, я доверяю тебе, малыш, – ответил он удивленно, словно я была сумасшедшей.

Мое сердце сжалось от умиления.

- Это другим я не доверяю. Это просто… – он замолчал, и его руки сильнее притянули меня еще раз, будто цепляясь изо всех сил. Я практически не могла дышать, так крепко он прижимал меня к себе. – Если бы что-то случилось с тобой… – едва слышно прошептал он.

- Но это не так, – сумела я произнести в ответ.

- Но так могло быть. Я умер тысячью смертей сегодня, думая о том, что могло произойти с тобой. Я был так зол, Ана. Зол на тебя. Зол на себя. Зол на каждого. Я не могу вспомнить, когда вообще был настолько разъярен… за исключением… – он снова замолчал.

Оу?

- За исключением? – повторила я.

- Однажды. В твоих прежних апартаментах. Когда Лорен была там.

Ох. Тогда.Я не хотела думать об этом сейчас.

- Ты был таким холодным этим утром, – пробормотала я. Мой голос надломился на последнем слове, когда я вспомнила то отвратительное чувство – быть отвергнутой – когда мы были в душе.

- Холодный?

Его руки поднялись к моей шее, ослабляя хватку, и я сделала глубокий вдох. Он отклонил мою голову назад.

- Я никогда не хотел причинить тебе боль, – произнес он; его глаза были широко раскрыты и полны тревоги. – Этим утром… – он остановился, кажется, не находя нужных слов или боясь произнести их вслух.

- Ты волновался, что причинишь мне боль? – закончила я его предложение, не веря, что он причинил бы мне вред, но также и испытав облегчение. Небольшая часть меня боялась, что это случилось потому, что он больше не хотел меня.

- Да. Я не доверял сам себе, – тихо ответил он, и я услышала в его голосе стыд.

- Кристиан, я знаю, ты никогда бы не причинил мне вреда. Не физически, по крайней мере, – я обхватила его лицо своими ладонями.

- Правда? – спросил он, наполненным скептицизмом голосом.

- Да. Я знаю, что ты имел в виду, когда говорил, что был опустошен, ожидая угроз. Знаю, ты не собираешься выбивать из меня дерьмо.

- Я хотел.

- Нет, не хотел. Ты лишь думал, что ты хотел.

- Не знаю, правда ли это, – пробормотал он.

- Подумай об этом, – призвала его я, снова прижимаясь к нему и уткнувшись в его грудь. – О том, как ты чувствовал себя, когда я ушла. Ты говорил мне достаточно часто, что это сделало с тобой. Как изменило тебя. Я знаю, от чего ты отказался ради меня.

Он замер, и я знала, что он обрабатывал полученную информацию. Я обняла его крепче, мои руки прижимались к его спине, ощущая упругие натренированные мышцы под футболкой. Он постепенно расслаблялся в моих руках, и я физически чувствовала, как напряжение постепенно покидает его. Это было тем, что его волновало? Что он причинит мне боль? Почему у меня было больше веры в него, чем у него самого в себя? Я не понимала. Обычно, он был сильным, очень контролирующим, но без этого он был потерянным. Ох, Фифти, Фифти, Фифти…прости меня. Он поцеловал мои волосы, и я подняла лицо ему навстречу: его губы нашли мои, ища, беря, давая, умоляя – о чем, я не знала. Я лишь хотела чувствовать его губы на своих, и со всей страстью ответила на его поцелуй. Я застонала.

- Ты так веришь в меня, – прошептал он, оторвавшись от меня.

- Да, – тихо прошептала я.

Тыльной стороной ладони, а затем и кончиками пальцев, он ласково погладил мое лицо, пристально глядя мне в глаза. Его гнев прошел. Мой Фифти вернулся назад, где бы он там ни был. Это было замечательно – видеть его таким. Я робко посмотрела на него и ухмыльнулась.

- Кроме того, – прошептала я, – у тебя нет моего разрешения.

Его рот приоткрылся, радость и шок одновременно читались на его лице, и он вновь притянул меня к себе, крепко обнимая.

- Ты права. У меня нет разрешения, – рассмеялся он. Мы стояли посреди гостиной, обнимая друг друга.

- Идем в кровать, – прошептал он, спустя Бог знает сколько времени.

О Господи…

- Кристиан, нам нужно поговорить.

- Позже, – тихо настаивал он.

- Кристиан, пожалуйста. Поговори со мной.

Он вздохнул.

- О чем?

- Ты знаешь. Ты держишь меня в неведении.

- Я хочу защитить тебя.

- Я не ребенок.

- Я полностью осознаю, что вы не ребенок, миссис Грей, – он прошелся руками по моему телу и сжал попку. – Особенно, прямо сейчас, – он толкнулся своими бедрами навстречу мне, и я почувствовала его эрекцию.

- Кристиан! – рявкнула я. – Поговори со мной.

Он вздохнул вновь, теперь с раздражением.

- Что ты хочешь узнать? – его голос изменился, и он отпустил меня. Я упрямилась… но я не имела в виду, чтобы он отпускал меня. Взяв меня за руку, он наклонился, чтобы поднять мое письмо, валявшееся на полу.

- Много всего, – пробормотала я, позволяя ему подвести меня к серому дивану.

- Сядь, – приказал он.

Некоторые вещи никогда не меняются,– подумала я, сделав то, что он велел. Кристиан сел рядом со мной, наклоняясь вперед и пряча лицо в своих руках.

О, нет. Это было так тяжело для него?

Затем он сел прямо, обе его руки взметнулись к волосам; он повернулся ко мне, смиряясь со своей судьбой.

- Спроси меня, – просто сказал он.