Антология исторических приключений-5. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Лыжина Светлана

Всю обратную дорогу до избушки, которую молодой человек преодолел быстро и без остановок, он упорно молчал, так же как и Катюша. Каждый злился друг на друга. Она на его эгоизм, а он на ее холодность. Спустя полтора часа Иван занес девушку в свое жилище. К этому времени Катюша уже побелела от негодования. Ведь теперешняя дорога до избушки показала, что Иван вполне легко донес ее на своем плече так далеко и даже ни на минуту не остановился, чтобы отдохнуть. А ведь шел он с гораздо большей скоростью, чем она сама по лесу. И шел довольно проворно и легко. Едва молодой человек опустил ее на скамью, она в негодовании процедила:

– Вы что же лгали, что не можете донести меня до деревни? Хотя это не составило бы Вам особого труда?

Она отчетливо видела, что лишь небольшая испарина выступила на его лбу, после этого длительного перехода с ней на плече. Даже дыхание его было ровным.

– Думайте что хотите, Катерина Васильевна, – буркнул Иван в ответ, стягивая свой тулуп.

– Вот я и думаю, что Вы специально сделали так, чтобы я осталась зимовать у Вас!

Иван проигнорировал ее выпад и лишь как-то, странно, посмотрев на нее, произнес:

– Вы вся в грязи Катерина Васильевна, я затоплю баню.

Он стремительно вышел из избушки, и уже через миг Катюша услышала, как он закрывает дверь на ключ, который чуть ранее достал с печи. Только когда он вышел, Катя начала, наконец, думать связно. Девушка начала напряженно размышлять, что она сделала не так и, отчего он так быстро нагнал ее. Катя пришла к следующим выводам. Во-первых, ее следы были очень хорошо видны. А во-вторых, видимо Иван был действительно отменным охотником, и мог искусно выслеживать добычу.

Катюша вдыхала запах, запаренного свежего веника, чувствуя ритмичные похлопывания мокрой листвы по своей обнаженной разгоряченной спине. Девушка все еще была раздражена. Почти час она сидела, запертая в избушке, пока Иван возился с баней. Факт того, что он связал ее руки, и притащил обратно в свою избушку, а затем запер, словно какую-то скотину, вызывал в Кате такой протест, что когда молодой человек воротился в избу, она зло смерила его взором и прошипела сквозь зубы:

– Вы просто дикарь! Ясно Вам?!

– А Вы глупая неблагодарная девчонка! Сколько я сделал для Вас! Да не окажись я в том березняке по осени, Вас бы убили! И где Ваша благодарность? Думаете только о себе!

В ответ Катя испепелила его злым взглядом и отвернулась. Он, молча, неучтиво схватил ее за локоть и потащил на улицу. Когда они вошли в маленькую баньку, Катюша с негодованием оттолкнула его руку и начала нервно сбрасывать с себя одежду.

И теперь Иван стоял рядом, обнаженный, заполняя своими широкими плечами и мощной фигурой почти все маленькое пространство парилки. Неожиданно он прекратил бить ее березовым веником, и девушка почувствовала, как его широкая ладонь опустилась на ее ягодицы и начала их ласкать. Катя вмиг открыла глаза и хмуро посмотрела на стоящего рядом молодого человека. Заметив ее недовольство, Иван убрал руку и вновь принялся орудовать веником по потной спине девушки.

– Довольно сердиться, котенок, – вдруг ласково проворковал он, склоняясь к ее ушку. Катюша отметила, что видимо от ее прелестей его молчаливый гнев исчез и теперь он пытался вновь примириться с ней. – К тому же тебе вредны все эти волнения. Ребеночку от этого тоже не хорошо…

– Что? – опешила Катюша, вмиг распахнув глаза и, обратив на него лицо, ошарашенно посмотрела на него.

– Неужели ты еще не поняла, что тяжела? – произнес Иван проникновенно, обжигая ее страстным взором.

– Это невозможно, – ответила Катюша, едва не задохнувшись от осознания его слов.

– У тебя уже второй месяц нет обычного женского недомогания, – объяснил Иван и его рука начала ласково гладить ее попку. Катя же в ответ, замотала отрицательно головой, боясь даже поверить в его ужасные слова. Видя ошарашенное выражение, написанное на ее личике, молодой человек улыбнулся ей и ласково произнес. – Вот видишь, я же говорил, что тебе лучше остаться со мной, Катюша. Теперь тебя вряд ли кто-то замуж возьмет, кроме меня, на сносях то, – заметил он, намереваясь внушить наивной девушке, осознание того, что теперь она была привязана к нему их малышом, чтобы у нее даже не возникало мыслей о том, что она может оставить его. – А если без меня все же решишься жить, так намаешься с ребеночком, да и люди точно осудят, – добавил он жестко, смотря в ее испуганные напряженные прелестные озера глаз, которые казалось, испепеляли его своим ярким светом. Он видел, что девушка поражена до глубины души, и теперь видимо совсем не понимает, что ей делать. Но он был этому рад, ибо теперь она точно нуждалась в нем. Чуть помолчав, он успокаивающе сказал. – Ты не бойся, все будет хорошо. Я все устрою. Немного дострою избу, куплю все нужное для ребенка, а когда придет время рожать, приведу повитуху.

Чем дольше молодой человек говорил, тем более мрачнела Катюша. В испуганном воображении девушки вмиг нарисовалась страшная картина того, как она с малыми детьми живет в этом жутком месте. И вынуждена, словно проклятая заботиться о них день и ночь. Нет, не такого будущего она желала себе. Она рождена для того, чтобы блистать в салонах и на балах, иметь нянек и гувернанток, которые будут заниматься детьми и конечно у нее должна быть прислуга. Она ведь не простая крестьянка, чтобы прозябать в этом забытом всеми месте и влачить нищенскую жизнь, словно простая дворовая девка.

– И что же прикажете мне находиться подле Вас всю оставшуюся жизнь?! – выпалила девушка прямо в его взволнованное лицо. Она резко сбросила сильную руку Ивана, которая гладила ее ягодицы и проворно села на скамье. Иван нахмурился и напряженно произнес:

– Я понимаю, ты чувствуешь себя неопределенно, ибо мы не женаты. Но обещаю, как только будет возможность, мы обязательно поженимся.

– И так и будем обитать в лесу? – с издевкой произнесла она. Иван серьезно смотрел в ее сверкающие недовольством глаза и лишь молчал. – Нет уж, благодарствую! – нервно добавила Катюша, совершенно не горя желанием, выходить замуж за этого дикого человека. Да Иван вызывал в ней некоторое сожаление и симпатию, но этого было недостаточно для того, чтобы связать свою жизнь с ним и похоронить себя в этом убогом жилище. И этот разговор она совсем не хотела продолжать. В следующий миг девушка проворно попыталась спуститься с верхней скамьи, и Иван подал ей руку. Быстро прошествовав в мойку, Катюша прикрыла за собой дверь парилки, думая, что Иван как обычно, еще немного попарится. Но услышала, что молодой человек вышел сразу же за ней и выпалил за ее спиной:

– Ну не могу я сейчас выбраться в Петербург. Пойми!

– А я не могу жить здесь! Тем более с ребенком! – возмутилась Катя, нервно проверяя ручкой воду в большой бочке, чтобы она была теплая. Девушку уже захватила эта странная игра, и она решила до конца понять, во что он хочет превратить ее жизнь. Она была до крайности раздражена его словами и напряженные мысли проносились в ее головке: Неужели он не понимает, что она не для него, ибо она совершенного другого поля ягода. Она дворянка! А он простой мужик. Или он думает, что ради него она готова оставить свои блестящие мечты о достойном будущем?

– Хорошо, Катюша. Дай мне немного времени. Месяц, два, – сказал он глухо. – Ты должна подождать пока я все улажу. До лета я съезжу в Петербург, у меня есть там знакомые и, наверное, мы сможем перебраться в столицу. Но пока мы должны пожить здесь.

Катюша начала быстро намыливать свои длинные волосы, стараясь не замечать, что молодой человек стоит за ее спиной в напряженной позе и его мужественное лицо до крайности взволнованно, а его темно-зеленые глаза полны грусти. Ибо в этот момент, она думала о своем невыносимом положении, в котором оказалась теперь. Да она прекрасно осознавала, что без мужа, беременная, она будет окончательно опозорена. Если потерю девственности еще можно было как-то скрыть, то уж выступающий живот и скорое рождение малыша окончательно разрушало всю ее дальнейшую жизнь. Девушке хотелось заплакать, ибо она поняла, что этот невозможный мужчина видимо специально сделал все, чтобы она осталась подле него и теперь нуждалась в его помощи. И видимо теперь, она должна была примириться со своей участью. Но ее разум не хотел с этим смиряться. Вдруг нервные думы Катюши пронзила мысль о том, что если бы Иван имел благородное происхождение, и был хоть бедным, но все же дворянином, то возможно она смогла бы смириться с будущим, которое он предрекал ей вместе с ним. Но только при условии, что они бы покинули это глухое место.