Антология исторических приключений-5. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Лыжина Светлана

— Лиза привычна к таким нарядам, а мне все равно не по себе. Они ей идут очень.

— Ну, вы сравнили. На вас такое платье куда красивее сидит, чем на сестрице бы вашей смотрелось.

— Тише ты, Анюта, а как она вновь услышит? — испуганно воскликнула Даша. — Только ведь она тут кричала, что такое платье мне непозволительно носить. А теперь услышит твои речи, вообще разозлится.

— Как же ее не спросили, что носить, — недовольно поморщилась Аня, осторожно поправляя локоны Даши. — Она это из зависти. У нее-то спина широченная, а грудь, хоть и полная, дак вся по бокам и размазана. Хоть какое платье надень, все не так, как у вас.

— Аня, прошу! — взмолилась Даша, показывая знаком, чтобы горничная замолчала.

— Позвольте я поправлю, локон выпал, — вымолвила Аня и проворно подтянула золотую прядь волос в нужную сторону. Аня была на полголовы выше Даши, и оттого ей было вполне удобно поправлять волосы девушки стоя. Делая свое дело, она тихо заметила на ухо хозяйке. — А я все же скажу. Тонкая кость-то у вас, спинка ладная да узкая, потому и грудки ваши, полные и высокие, так чудесно смотрятся. Вашей сестрице никогда такой ладной фигуры не иметь.

— Аня, да хватит уже, — вздохнула Даша. Но та так же тихо добавила:

— И неудивительно, что даже сам братец, будь он неладен, на вас засматривается.

— А про него вовсе не говори мне, и так вся измучилась.

— Что же измучились-то, барышня? — мрачно произнесла Аня. — Вы ему открыто скажите, что не намерены терпеть все его домогательства. Вы-то имеете право. Это нас он за людей не считает, а вы-то можете. Сколько ж можно терпеть его притеснения?! И вообще, не понимаю, что он к вам привязался, окаянный? Ведь все девки дворовые по нему сохнут. Как вечером ни пойду на двор, только и обсуждают, какие у него глазищи да выправка отменная. Любую бы крепостную выбрал, да и блудил с ней. Чего у вас-то кровь пьет, не пойму. Так и скажите ему, чтобы более не смел позорить вас, вот. Все, барышня, убрала, — добавила горничная, Даша медленно отошла от Ани и приблизилась к окну.

— Говорила я, — прошептала она, не оборачиваясь, смотря на сильный дождь, что барабанил по стеклу. — Позавчера на ярмарке…

— И что же он?

— Сказал… — Даша замялась, и на ее глазах опять выступили слезы. Аня, подойдя к ней, увидела это и воскликнула:

— Да вы опять, что ли, плакать надумали? Ох, теперь я поняла, что из-за него, окаянного, вы уже который день не в себе! Что он вам наговорил-то на этой ярмарке?

— Ох, Анюта, — пролепетала горестно девушка сквозь пелену слез, продолжая неотрывно смотреть на сильный дождь, который хлестал за окном. И тихо добавила после долгой паузы: — Что нравлюсь ему как невеста.

— Вот ирод! А я что говорила вам! — выпалила Анюта. И тут за окном полетели сильные большие градины. — Говорила вам, барышня, что не как на сестру он на вас смотрит.

— Думала, не может быть того, а оказывается, вон как все страшно. Анюта, смотри, град!

— И правда, да такой большой. А еще туча идет черная, сморите.

— Да, и впрямь туча.

— И что же вы намерены делать, барышня? — глухо и тихо спросила Аня, стоящая рядом с Дашей. Девушки во все глаза удивленно смотрели на непривычный для зимы град.

— Не знаю, Анюта. Только одно могу сказать, никогда не позволю ему ничего, понимаешь, не позволю! Не буду я грех такой на душу брать, как та девица, про которую ты сказывала, что она за родного брата тайно замуж вышла.

— Ох и нелегко вам супротив его желаний идти будет, — шепотом заметила Аня. — Он ведь наверняка настроен решительно и просто так не отступится от вас. У него на лице это написано, когда он смотрит на вас. Так смотрит, что аж страшно.

Позади них послышался шорох. Девушки невольно обернулись к двери на звук, зная, что они одни и более никого не должно быть в комнате. В этот момент раздался сильный раскат грома, и полумрачная комната осветилась заревом. Высокая неподвижная фигура Теплова в темном одеянии, с бледным лицом замерла на пороге. Яркая молния отчетливо осветила его силуэт. Красивое лицо его с горящими глазами показалась девушкам маской демона. От неожиданности, увидев Илью, и от повторного громового удара уже более сильного, который раздался за окном, девушки испуганно ахнули.

Илья прошел в комнату и тихо произнес:

— Неужели гроза?

— Да, и впрямь странно, барин, — согласилась Аня, которая первой пришла в себя. — Вместо крещенских морозов гроза как летом.

Теплов прищурился и сделал головой знак горничной уйти. Аня все поняла и, быстро извинившись, вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Не спуская завороженного взгляда с Даши, Илья словно окаменел. Его темный взор медленно, методично снизу вверх перемещался по фигурке девушки. Она стояла в напряженной прямой позе, сцепив ладошки на юбке, и смущенно то опускала, то поднимала глаза на молодого человека, не решаясь начать разговор первой.

— Ты такая красивая, — вдруг выдохнул Илья, спустя некоторое время молчания. Она вскинула на него глаза, и молодой человек, сделав два шага к ней, спросил: — Тебе нравится платье, Дарёна?

— Да, вполне, — просто ответила девушка.

Он приблизился и оказался всего в трех шагах от Даши. С этого расстояния он отчетливо видел цвет ее необычных ярких синих глаз с темными ресницами. Вырез платья был довольно низок, и Илья с наслаждением прошелся горящим взором по ее выступающей девственной груди, чуть задержавшись на манящей ложбинке.

Она же, отметив его красноречивый раздевающий взгляд, не в силах вынести этого, стремительно отвернулась от молодого человека и нервно вздохнула. Илья, видя ее смущение, приблизился к ней на минимальное расстояние и встал за ее спиной. Лаская взором тонкую шею и золотистый локон, падающий на ее плечо, он невольно поднял руку и приблизил ладонь к ее плечу. Но, не коснувшись кожи, замер, не решаясь притронуться. Он боялся вновь причинить Даше душевные страдания и увидеть в ее прелестных глазах испуг. Его напряженная рука некоторое время находилась рядом с ее плечом, но так и не решилась прикоснуться. Медленно опустив ее, Илья глухо вымолвил:

— Я принес тебе подарок на именины. — Молодой человек подал Даше коробочку из белого бархата. Несколько минут глядя на нее, девушка все не решалась взять. Он же, не в силах выносить эти затянувшиеся мгновения, нетерпеливо произнес: — Посмотри…

Невольно подняв руку, она взяла коробочку и раскрыла ее. Ее взгляд, дотоле печальный и нервный, вдруг удивленно впился в великолепный, переливающийся камень, обрамленный множеством бриллиантов. Лишь через минуту она повернула голову к молодому человеку и, подняв на него лицо, прошептала:

— Какое чудо!

— Позволь я помогу тебе, — предложил он тихо, поглощая взором синеву ее глаз.

Она медленно кивнула, опуская глаза в пол. Теплов проворно достал кулон и, быстро раскрыв его, надел украшение на тонкую шею девушки. Ловко застегнув застежку, он обошел Дашу и, встав перед ней, страстным взглядом уставился на то место на ее груди, где красовался старинный амулет. Шпинель занимала место чуть выше ложбинки и великолепно подчеркивала тонкую бледную кожу девушки.

Именно в этот миг Илья увидел, что цвет шпинели стал меняться, как будто внутри камня загорелся светло-желтый огонь, закрытый со всех сторон синими слоями. Опешив, он уставился на камень, понимая, что этого не может быть. Не может обычный камень источать такой яркий свет. Вдруг огонь внутри камня погас, и шпинель вновь приняла свой первоначальный синий оттенок. Илья побледнел, не спуская изумленного взора с драгоценности, думая, что ему все это померещилось. Он перевел взор на лицо Даши и увидел, что она открыто смотрит на него. Ее взгляд немного смягчился, стал не таким напряженным, как несколькими минутами ранее.

— Благодарю, — сказала девушка тихо.

Она так и держала в руках открытую коробочку, в которой были еще и серьги. Илья сглотнул и проникновенно добавил:

— Не держи на меня обиды, Дарёна. Позавчера в санях я наговорил тебе столько всего…