После того как мы упали (СИ) - Любимая Мила

— Ой, — раздраженно вздохнула Милана. — Ты себя в зеркало видела? Надень очки и посмотри получше, Вика.

— У тебя яд сегодня закончится, Мил?

— Совсем забыла, что тебе нервничать сейчас нельзя.

И нет, она не настолько заботливая. Слышали бы вы каким тоном она это сказала. Будто прямо сейчас экзорцистов вызовет.

— Слушай, прости… хотела, но боялась. Я и родителям ничего не говорила.

— У меня только один вопрос, Степанова.

— Какой?

— Почему ты не сделала аборт? Надеюсь, ты не скажешь, что поняла это только на третьем месяце.

— Я решила оставить ребеночка.

Боже, когда это шоу уже закончится? Дети цветы жизни и все такое, но я хочу уже покинуть свой шпионский пост.

— Меня от тебя тошнит…

Послышался звук, который не спутаешь ни с каким другим. Вику явно затошнило, и она залетела в кабинку рядом с моей, громко хлопнув дверью.

— И зачем тебе это счастье? — продолжала поучать подругу Милана.

Хотя не скажу, что я с ней не согласна.

Какой ребенок в двадцать лет?

Ничего не имею против детей (хотя скорее я раньше тридцати пяти на это не подпишусь добровольно), но надо как-то по уму. Получить образование, построить карьеру, купить квартиру и машину, дерево посадить, в конце концов… попробовать воспитать кота… ибо я с черепашкой еле справляюсь, а тут целый человеческий детеныш.

— Он узнает о том, что я ношу под сердцем его малыша и женится на мне. Мы будем вместе, — ответила Степанова минут через пять хриплым голосом.

Слышите звуки?

Это я вспомнила всю нецензурную лексику в своем словарном запасе. Вызывайте Малахова, тащите попкорн.

— Ты дура, Вика?

Вопрос риторический, конечно…

— Я фигею! — вскрикнула Милана. — Ты вроде умная, но… Вася, я снеслася, блин!

— Мила, хватит на меня давить. Я уже все давно решила.

— Ты идешь на красный диплом! Чем ты только думаешь?!

Из серии: алло, это дурка?

Турецкие сериалы нервно курят в сторонке.

— Я его люблю с первого курса. Ты не переубедишь меня, Мил.

Кажется, меня спас звонок. У нас по расписанию судебная медицина, а Антон Миронович крайне жесткий препод. Так что однокурсницы, хотят того или нет, но возьмут курс на аудиторию.

— Ок, — Милана хлопнула в ладоши. — Кто хоть счастливый отец?

— Ян, — дурацким сладким голосом ответила Вика. — Ян Сотников.

— Дерьмо!

Финита ля комедия… концерт окончен!

Нас все хотят

Разделить,

Нам вечно что-то

мешает.

Но я без тебя дальше

Уже не буду плыть,

Пусть каждый наш

Враг пеплом растает.

/Аврора/

Все это время я думала о том, что ко мне вернется мой Ян, а сейчас я не могу выкинуть из головы разговор Вики и Миланы.

Она беременна от него!

Боже, я реально как в сериал угодила. Турецко-мексиканский, с бразильским колоритом и в декорациях родного Санкт-Петербурга.

Ребенок — это не шутки.

Мозгами я понимаю, что не могу ни ревновать Яна, ни тем более осуждать.

Прекрасно знаю, что пока мы не были вместе, он жил полноценной жизнью. По крайней мере, пытался. Нам обоим было так дерьмово, что мы оба делов наделали. Я с Марком, а вот он с Викой.

Но неужели люди ничего не слышали про безопасный секс? Есть такие штучки, презервативы называются.

Если кто-то ждет, что я разжалоблюсь и отдам МОЕГО Яна Степановой лишь потому, что у нее не хватило мозгов подумать о том, что когда в тебя суют член, не мешает предохраняться, то этого не будет. Не собираюсь заниматься благотворительностью. Это мой мужчина. Я выбрала быть с ним. Я решила дать ему шанс… и даже если найдется еще сотня беременных от него, то я не буду принимать решение одна.

Конечно, при этом я очень боялась. Вдруг Ян решит играть в благородного рыцаря и правда женится на Вике? Сколько таких случаев по залету? Бесчисленное множество.

Честное слово, моя голова скоро просто взорвется!

Почему, у нас вот только все наладилось… ну или почти наладилось, а тут тебе новая проблема? Несправедливо, черт возьми.

Нам с Яном постоянно что-то мешает. Нас пытаются разделить все и вся. Я, наверное, только сейчас поняла, что мы не остались вместе по совсем идиотской причине. Не говорили друг с другом искренне, обижались, делали нелепые выводы…

Как же глупо!

Теперь я полна решимости дождаться Яна и поговорить с ним. А дальше… дальше будь, что будет. Прямо сейчас решить вопрос я не могу. Значит, и трепыхаться лишний раз смысла нет.

Легко сказать…

От нервов я вместо орехового капучино выпила аж целых два стакана коктейля для тех, кому за двадцать пять. Хотя мне и всего двадцать. Похоже, часики тикают, я не молодею.

Если кому надо, записывайте рецепт: стакан воды, валерьянка, пустырник и мята. Эффект усиливает пару заварных пирожных.

Надо быть осторожнее, а то все уличные коты на запах сбегутся и нам придется менять вывеску на кофейне.

Повесив пальто на вешалку, за ближайший к витрине столик упала Маша.

Спасибо, добрая женщина, что пришла. Не передать, как я рада видеть подругу. Даже сильнее, чем всегда. Мне нужно, чтобы кто-то был рядом. Так проще.

Тем более у Маши такая драма в личной жизни, мы с Яном отдыхаем.

Хотя после новостей Степановой начинаю сомневаться.

Но мы с Яном любим друг друга и хотим быть вместе, попробовать начать все заново, а вот Дима с Машей… тот редкий случай, когда кто-то один мудак, заслуживающий того, чтобы по нему несколько раз бульдозером проехались. Туда-обратно… шмяк-шмяк-шмяк!

— А меня сегодня парень из университета на свидание пригласил, — тяжело выдохнула Маша.

Будем сплетничать про мужиков. Обожаю! Как хорошо, что уже скоро закрытие и больше клиентов нет.

Так странно… в школе у меня не было друзей. Моя главная подруга в то время — Марьяна. А меньше, чем за год я обзавелась сразу двумя подругами. Без лишних слов, лучшими. И Машу, и Ирэн я знаю не так давно, но, кажется, словно мы вместе целую жизнь.

Признаться, я думала так и про Настю. Конечно, мы начали с ней общаться заново, но атмосфера уже не та. И я ее прекрасно понимаю. Я спала с ее парнем. Еще и в красках ей рассказывала. Да, я ничего не знала, но какая разница? Она Марка любит просто безумно, приятного мало, согласитесь…

Прихватив с собой кофе и пирожные, я села за столик к Маше и пододвинула к подруге коробочку со сладеньким. Ей сейчас надо. Да и фигуре ее ничто не навредит. За такое идеальное тело любая бы душу Дьяволу продала.

— Будешь? — с улыбкой спрашиваю.

— Когда я отказывалась? — Маша впилась в пончик зубами, пачкая рот и руки пудрой. Но ей плевать. Маше всегда плевать на остальных. — Мм, черт побери, это еда богов!

Поддерживаю.

— Ты от разговора не уходи, — усмехнулась я и подалась к Маше. — Что за парень? Симпатичный? Как зовут? Сколько лет?

— Воу-воу! Полегче! — заливисто рассмеялась Савельева. — Отвечаю по порядку. Учится на четвертом курсе экономического. Игнат Саблин. Блондин, карие глаза, двадцать один год.

— Фотка есть?

Ну а что вы на меня так смотрите?

Надо ведь найти Диме-Мудаку-Сотникову достойную замену. Чтобы он себя сожрал от ревности, а не только локти искусал, понимая какое сокровище прощелкал. Дятел!

— Серьезно, Рор?

— Показывай!

Маша глаза закатила, но смартфон достала, а потом и развернула ко мне экраном.

Ну ничего такой… смазливость на грани с брутальностью, а так вообще-то внешность не главное.

— Оу, — протянула я с одобрением. — Ничего такой экземпляр, красавчик.

Маша в ответ лишь недовольно хмыкнула и на несколько мгновений ее глаза сделались такими печальными и грустными, что мне мгновенно захотелось обнять подругу.

Козел!

Я про Диму Сотникова, если что. Ничего-ничего, и на нашей улице будет праздник. Грузовик с горячими мужиками перевернется. Не подумайте, мне для подруги надо.