Опасный пациент (СИ) - Шагаева Наталья

Спина ровная, осанка, ведёт плечами, словно двигается в танце. Волосы собраны наверх, и там, на шее справа, ближе к затылку, у неё тоже маленькая родинка, я уже пробовал её на вкус в ванной. Кажется, у меня фетиш на родинки. Кто бы мог подумать… Эта женщина тоже для меня открытие. Втягиваю воздух глубже. Потому что хочу прямо сейчас нагнуть её над этим столом, без прелюдий и слов, сдёрнуть с бёдер штаны и войти. Да, именно так. Но… Прикрываю глаза, пытаясь поймать адекватность. Моя женщина пока ещё не приручена, и нельзя пугать ее моими внезапными порывами.

Эва поворачивается и только сейчас замечает меня, выдёргивая из ушей беспроводные наушники. Теперь понятно, почему не напряглась в момент моего появления.

— Добрый вечер, — произношу я, проходя в комнату. — Я позволил себе составить твой образ на сегодняшний вечер, — опускаю на её кровать пару пакетов с одеждой и обувью. — Надеюсь, это не проблема?

— Не проблема. Но это какой-то особенный вечер? — интересуется она.

И нет, между нами нет прежнего напряжения, но есть какое-то видимое только мне тонкое стекло. Смотреть можно, но резких движений делать нельзя, иначе треснет. А мне хочется снести к херам и эту преграду. Хоть я и пытаюсь казаться в её глазах лучше, чем её гандон-муж, я всё равно остаюсь эгоистом и собственником. Мне надо стереть и уничтожить все границы между нами.

— Моя мать устраивает ежегодный благотворительный вечер. Мы приглашены. Ничего особенного, живая музыка, закуски, напитки. Все, кто приходит, просто делают взнос в пользу её благотворительного фонда.

— У твоей матери свой благотворительный фонд?

— Да, английская королева должна подтверждать свой статус, — шучу я, усмехаясь.

— Моё присутствие обязательно?

— Не обязательно, но я настаиваю.

— Эм… там будут твои родственники? — кусает губы, уже заранее подбирая причины для отказа. Я прямо читаю в её голове ещё десяток поводов не идти.

— Мама, пара двоюродных тёток с отпрысками и мой брат. Остальные - просто люди, которые спешат отмыть деньги под видом помощи нуждающимся, — иронизирую я.

— Мне кажется, не стоит делать наши отношения настолько публичными, — снова закрывается от меня. И стекло между нами становится толще.

— Почему?

Я догадываюсь, почему. Эва хоть и закрывается, но прочесть её триггеры несложно. Надо напомнить, что они меня раздражают?

— Ну, у нас нестандартные отношения. Я не твоя жена и не невеста, поэтому…

А вот и границы. И напоминание о том, что когда всё закончится, я должен её «потерять», как и обещал. «Потерять» даже для самого себя. До этого меня это не беспокоило, и я с лёгкостью дал слово, что отпущу. А теперь мне не хочется его держать. Мои аппетиты выросли, и мне мало этой женщины во временное пользование. Мама будет в восторге, когда узнает, что её сын наконец-то запал на женщину по-настоящему.

— Поэтому ты сбежала, когда моя мать неожиданно нас навестила? — перебиваю её, приподнимая бровь.

— И поэтому тоже, — не скрывает она.

То есть трахать её можно, а вот представлять публике, заявляя свои права - нельзя. А я так не хочу! Эта женщина рвёт все мои шаблоны к херам. И мне хочется сейчас запустить чем-нибудь в стену, чтобы продемонстрировать свой протест. Но я учусь самоконтролю с этой женщиной. Полезный, кстати, навык. Никогда не знал, что он мне настолько понадобится.

— Сопровождение женщины на светском вечере не подразумевает, что это должна быть жена или невеста, — поясняю я. — Я не настаиваю, но мне была бы очень приятна твоя компания.

Говорю, что не настаиваю, но на самом деле настаиваю. И, видимо, это читается в моём взгляде.

— А как же наша легенда о том, что я пропала? — находит ещё один аргумент.

— Уже неактуально, Эва. У Авдеева начались на работе крупные неприятности, ему сейчас не до тебя. Поверь мне, — цинично усмехаюсь.

— Да? — распахивает глаза.

— Я поспособствовал. Не надо было поднимать твоё дело по фальсификации. На его гнилой душонке столько грехов, на которые раньше закрывали глаза. Зачем тебе подробности, Эва? Скоро начнётся «звёздопад», а потом и вовсе с него сорвут погоны и заведут уголовное дело по нескольким статьям. А там и по этапу пойдёт.

— Это ты организовал? — сглатывает Эва.

— Ну что ты, моя пантера. Я просто обратил на это внимание его руководства. Всё остальное сделал он сам.

— Ясно… спасибо, — благодарит, но всё равно нервничает.

Будто я не понимаю, что делаю, и могу совершить ошибку. Она просто хотела по-тихому потеряться, оставив мужа в неведении. А я не могу этого допустить. Мне нужно, чтобы она спокойно дышала и жила, не боясь, именно в этом городе и рядом со мной. Но главное, я не могу просто так оставить безнаказанным весь беспредел, который творил этот мент с моей женщиной. Я тогда сам спокойно дышать не смогу.

— Эва, я взрослый, далеко не тупой мужчина, уверенный в себе и своих действиях. Всё, что сейчас происходит с Авдеевым, никак тебя не коснётся. Я обещал не трогать твои дела. Я держу слово. Тебе надо только развестись через адвоката, заявление он уже подал.

— А если Авдеев будет препятствовать разводу?

— Конечно, будет. Но у него нет на это оснований. А у судимых ублюдков, как правило, не спрашивают их желания, — ухмыляюсь я.

Эва кивает, заметно расслабляясь.

— Все, причины отказать мне в компании на этот вечер закончились?

— Закончились, но я… — продолжает сопротивляться, вздыхая.

— А я хочу, чтобы ты была рядом со мной этим вечером. Расслабилась и получила удовольствие. Если хочешь, то мне необходимо твоё присутствие.

— Хорошо, — всё-таки сдаётся, прикрывая глаза.

— Я сейчас давлю на тебя, не оставляя выбора? Надеюсь, ты не так это воспринимаешь?

— Ты не давишь. Ты подкупаешь тем, что я тебе необходима. Не находишь это запрещённым приёмом? — тоже усмехается.

— Нахожу. Но в борьбе за женское внимание все средства хороши. Лёгкая манипуляция, тем более я не лгу, когда говорю, что ты мне необходима, — додавливаю её до конца.

— Ладно. Сколько у меня времени на сборы? — открывает пакеты, заглядывая внутрь.

— Полчаса достаточно?

Кивает.

— Замечательно. Жду тебя в гостиной, — разворачиваюсь и выхожу из спальни.

Сам быстро принимаю душ и переодеваюсь в чёрный костюм и белую рубашку. Мама настаивала на смокинге и бабочке, но вынужден её разочаровать, я не настолько аристократичен. Запонок и брендовых часов достаточно для подтверждения моего статуса сына «английской королевы».

Прохожу в гостиную, ставлю на стеклянный стол коробочку с украшениями для Эвы. Они завершат её образ и опять же подчеркнут мой статус. Не нужно надевать деньги на себя, чтобы все поняли, какова сумма на твоём счету. Нужно украшать свою женщину, чтобы она блистала на фоне тебя.

Пока жду Эву, созваниваюсь с Ольгой по поводу завтрашней сделки. Да, я исключил её из своей постели, но лучшего помощника мне не найти. Ольгу это не задевает. Может, и задевает, конечно, но она достаточно умна, чтобы не показывать это. Эта женщина больше любит деньги, которые я ей плачу, и свою карьеру. И прекрасно знает: если что-то выкинет, то останется на помойке. Я не умею щадить людей, которые решают, что могут диктовать мне условия. Даже если это женщины.

— Ты не дома? — между делом интересуюсь у Ольги, когда слышу шум дороги.

— Вообще-то я свободная женщина и могу делать в нерабочее время всё, что хочу, — напоминает она, что я потерял права её контролировать.

— Определённо. Просто дежурный вопрос. Хорошего вечера, — сбрасываю звонок, когда слышу стук каблуков.

Оборачиваюсь.

Эва стоит посреди гостиной, неловко разглаживая платье, которое я ей купил.

Осматриваю её, выхватывая каждую деталь. Шумно вдыхаю, ощущая, как воздух становится гуще от накатившего возбуждения. У меня шикарная женщина. Кажется, когда-то я мысленно считал её обычной. Мне хочется откусить себе язык за такие формулировки. У меня не обычная женщина. У меня богиня.