Мужья и жены - Потапова Татьяна

Она подумала и добавила:

— А ребенка рожай. Может быть, теперь ты по-другому будешь его воспринимать. Станешь одновременно и дедушкой, и отцом. Успокоишься и найдешь в этом смысл жизни.

— Да ты не поняла ничего. Зачем я тут распылялся? — обиженно протянул Леха. — Могу официально: я предлагаю тебе руку и сердце. Согласна? Пу не молчи же!

— И ты усыновишь моих детей?

— Зачем? — удивился Леха. — Они же не безродные, у них есть отец. Насколько я в курсе, он с ними нянчится. Вот и не надо лишать человека такого удовольствия. Оставишь их с ним, а Иришку замуж выдадим. И наконец поживем для себя.

— Круто. — Maшa поразилась той легкости, с какой Леха распорядился ее детьми. — Я не планирую с ними расставаться.

— Вечно ты все усложняешь’ Что за манера! — Он даже стукнул со всей силой по столу, и к ним тут же заторопилась официантка. — Будешь брать детей на каникулы, я не против. Организуем домашний детский сад — твои, мои, Иришкины, надо подсуетиться и еще кого-нибудь подыскать в эту компанию для веселья. Ты станешь воспитателем, я — заведующим, а твой муженек — усатым нянем. Подсознательно я об этом и мечтал. Да, еще жену мою пристроим — не знаю кем, она не умеет ничего, разве что горшки выносить. А Иришка будет вести занятия по иностранному языку. Чего не сделаешь ради детей!

— Симпатичная картинка получилась, чем не семейный кооператив. — Машу развеселила Лешкина злость.

— Я понял: ты издеваешься надо мной. Здорово, да? Мужик размяк, обнажился до трусов, почему бы не посмеяться! — Он сунул деньги официантке. — Когда мозги прочистятся — позвони. Пока.

Он вышел из кофейни, не дожидаясь Маши.

«Вот и вся любовь», — подумала она, посидела пару минут для приличия и последовала за бывшим мужем. Его «БМВ» на прежнем месте уже не было.

Маша устроилась в своей «четверке», настроила радио на «Серебряный дождь». Темпераментно пела Бритни Спирс. Любимая певица ее дочери.

Какой ласковой она росла, не доставляя никому особых хлопот. Когда они разводились с Лешей, Маша сказала Иришке:

— Тебе придется пожить у бабушки с дедушкой.

— Не хочу, — ответила дочь.

— Это временно, — успокоила Маша.

Мысль, что они лишили Иру семьи, всегда вызывала у Маши чувство вины. Конечно, они виделись и говорили по телефону. Но их отношения очень быстро превратились в отношения людей, которым нечего сказать друг другу. Оценки, одежда, здоровье… «Спасибо, мама, хорошо». «Нормально». «А ты сама во всем слушаешься бабушку?» «Хватит меня учить — я взрослая». И через эту броню было уже не пробиться. Что бы она сейчас ни сказала дочери — та воспримет любые слова как брюзжанье постороннего человека, которого можно выслушать из вежливости, но не придавать его мнению какого-нибудь значения. Иришке хочется сбежать от авторитарной бабушки и создать свой собственный мир, где ее будут любить и считаться с ней. Она не понимает, как все иллюзорно. И вдвое старший муж — не гарантия того, что он никуда не денется.

Глава двадцать вторая

Когда такси подъезжало к дому, где Марина прожила целый год, она, глядя в зеркало заднего обзора, поправила прическу и проверила, не потекла ли тушь. Чисто автоматически. Марина знала, что у нее все в порядке. И никто не ждал ее в квартире. Но когда она смотрелась в зеркало, то словно подпитывалась чувством уверенности в собственных силах и своей неотразимости.

Ее удивило, что водитель такси никак на нее не отреагировал. Как будто вез пластмассовую куклу, с которой бессмысленно начинать разговор. Марина любила поболтать по дороге. Тем более что водитель был молодым, симпатичным и хороню одетым. Обычно в подобных ситуациях ей пытались назначить свидание. Это не значило, что Марина тут же соглашалась, но ей нравилось, когда ею восхищались, и отсутствие подобного чувства со стороны мужчин рождало в ней неуверенность и желание отыскать в себе какие-нибудь дефекты. Их не было, она знала точно, если не считать маленькую горбинку на носу, которую запросто можно выдавать за пикантную черточку, которая не портит ее, а украшает. Правда, в детстве эта горбинка доставила Марине немало переживаний. Она категорически отказывалась фотографироваться в профиль. А повзрослев, всерьез думала о пластической операции. И если бы не отсутствие денег — рискнула.

Теперь ей было смешно. Она стала мудрой в этой борьбе за выживание. И поняла, что к пластическим хирургам тянет тогда, когда женщина испытывает дефицит любви. А совсем не в связи со своими недостатками.

Марина расплатилась с водителем, который сосредоточенно взял деньги и по-деловому сказал: «До свидания». Обратно ее повезет Слава. Он подъедет ровно через три часа, так что надо успеть собрать вещи. Впрочем, не так уж много их накопилось. К тому же Марина многим уже не собиралась пользоваться. Зачем ей, к примеру, всякое старье — свитера, туфли, пособия типа «Как соблазнить мужчину», которые она покупала в неимоверных количествах и тщательно штудировала. На обратном пути она остановится около какого-нибудь мусорного бака и свалит все это барахло туда.

Марина зашла в квартиру и бросила в центр гостиной заранее приготовленные сумки и пакеты. Она всегда знала, что это жилье временное, и никаких сожалений по поводу отъезда у нее не возникало. Квитанции на оплату света, телефона и прочих коммунальных услуг, которые Марина забрала из почтового ящика, она положила на столик в коридоре. Маленький сюрприз Виктору. Пусть вспомнит, что за удовольствия надо платить. Хотя это такая мелочь! Старый идиот! Он ещe пожалеет.

И все-таки вещи напоминают о нем. И о ее несбывшемся плане жизни с ним. Удивительно, но и в постели ей было с ним хорошо. Может быть, Виктор не обладал большой мужской силой (годы не те, с усмешкой подумала Марина), но он знал все ее слабые места, был необыкновенно ласков и всегда старался, чтобы в первую очередь доставить удовольствие ей. Андрей ее тоже не раздражал. Не чего-то ему не хватало. Наверное, умения раствориться в другом человеке, чувствовать его как себя. А ведь у них с Виктором совсем небольшая разница в возрасте.

«Ну хватит! — оборвала себя Марина. — Сколько можно! Пошел бы он…»

Она открыла шкаф и вывалила на стоящий рядом диван все свое имущество.

У нее даже норковой шубы нет. Коричневое кожаное пальто, которое бессменно служило ей больше пяти лет. пора бы выбросить, настолько надоело. Но, подумав, Марина все-таки затолкала его в сумку. Разглядывая в доме Андрея гардеробную, забитую одеждой, она обнаружила аж две норковые шубы бывшей жены: одну длинную светлую, а вторую короткую темную. Почему каким-то счастливчикам достается все на халяву, а ей, созданной для роскоши, приходится крутиться и изворачиваться, чтобы получить хотя бы минимум? Как несправедливо устроена жизнь. Марина покопалась в белье и засунула почти все обратно в шкаф. Может, Виктор обнаружит и выберет из этого старья что-нибудь па память. Она хихикнула, представив, как он кладет в бардачок машины ее трусики или бюстгальтер. Побрызгать, что ли. духами? Перебьется. Жаль тратить драгоценную жидкость. В шкаф полетели и кофточки, которые она давно не носила. Зачем, действительно, таскаться с сумками по мусорным бакам, если все можно оставить здесь. Марина долго размышляла, собирать ли свечи, расставленные ею по всей квартире. Они были красивые, дорогие, и она всегда зажигала их, когда приходил Виктор. Из-за них, заметила она, потемнел, закоптился потолок. Ио какое ей до этого дело? Главное, этот свет делал их отношения романтическими. Ей казалось в те минуты, что все происходит на каком-то далеком острове, в другой стране, много-много лет назад, когда на земле еще жили в большом количестве хрупкие принцессы и сильные воины-завоеватели. Все-таки кое-какие свечи она возьмет.

Сборы заняли больше времени, чем Марина предполагала. В дверь позвонили. Значит, приехал Слава, чтобы отвезти ее с вещами в новый для Марины дом. Она поспешила открыть дверь. На пороге стоял Андрей.