Беременна от наемника (ЛП) - Аманда Кин

— Мне здесь так нравится, — говорит она. — Не хочу уезжать.

— Это можно устроить, — предлагаю я. — Или будем просто возвращаться сюда каждые несколько месяцев.

— А так можно?

Я смеюсь над её непосредственностью и энтузиазмом.

— Я бы перевернул землю, солнце и луну ради тебя, маленькая голубка.

Она целует меня, не разжимая рук на моей шее.

— Если будешь продолжать в том же духе, я затащу тебя в бунгало и оседлаю.

Я стонаю, мой член мгновенно отзывается, пульсируя от этого обещания.

— Решено, — говорю я, уже неся её по воде к дому.

— Постой, не сейчас! Я хочу еще немного побыть здесь. — Она со смехом брызгает в меня.

— Ладно, еще чуть-чуть, — соглашаюсь я. — Но потом мы идем внутрь, потому что я продолжу делать тебе ребенка, малышка. Я хочу видеть тебя красиво беременной, хочу, чтобы у нас была семья. Как минимум пять или шесть детишек.

Она округляет глаза.

— Воу, притормози коней! Это слишком много. Давай сначала посмотрим, как мы справимся с одним.

Я ухмыляюсь тому, какая она аппетитная, наслаждаясь тем, как она смотрит на меня — будто под гипнозом, будто я — весь её мир. От этого чувства захватывает дух.

Я еще столько всего хочу узнать о ней и её прошлом, о том, что она любит, что её злит… всё. Я хочу её всю, и знаю, что на это уйдет время, но я в этой игре надолго.

Амелия принесла в мою жизнь свет, о нехватке которого я даже не подозревал. Здесь, в этой прекрасной и далекой части света, вдали от хаоса и опасностей нашей повседневности, я осознаю, как глубоко я в неё влип. Она не просто та, кого я должен защищать — она стала неотъемлемой частью моего мира.

Мы просто качаемся на волнах, сплетясь в объятиях, и на миг весь остальной мир исчезает. Есть только мы, океан и бесконечное небо. Это момент абсолютного покоя и идеального счастья, и я клянусь себе, что создам для нас как можно больше таких моментов. Амелия заслуживает весь мир, и я намерен подарить его ей — по одному прекрасному, безмятежному мгновению за раз.

ЭПИЛОГ

АМЕЛИЯ

6 месяцев спустя

Полдень. Солнце стоит высоко в зените, заливая всё вокруг мягким сиянием. Я стою на балконе нашего пентхауса; дверь распахнута настежь, впуская легкий ветерок, приносящий долгожданную прохладу. От кондиционера я слишком мерзну, так что сейчас я просто наслаждаюсь теплом.

Пока я задумчиво смотрю на Сиэтл, внезапный толчок в животе вырывает меня из раздумий. Инстинктивно я воркую и опускаю взгляд на свой заметно округлившийся живот, рука уже сама поглаживает место, где я почувствовала движение.

— Привет, крошка, — мурлычу я, улыбаясь этим ощущениям. До сих пор не верится, что внутри меня растет новая жизнь. Толчки становятся всё чаще, и каждый из них — напоминание о том, как скоро мы с Дэкстоном встретим нашу малышку. Мы оба хотели знать пол, и я уже люблю её до безумия. Дэкстон вовсю нанимает дизайнеров для детской и уже называет её своей маленькой принцессой. Мы по уши влюблены в неё, хотя еще даже не виделись.

Легкий бриз колышет прозрачное платье, которое на мне надето. Ткань мягкая и тонкая, в ней так уютно. Это тоже подарок Дэкстона, обожающего, когда я ношу его… без всего внизу.

Кстати, о нем: замок щелкает, и я улыбаюсь, видя, как он входит в наш дом.

— Я дома, мои две красавицы.

Он заходит с двумя коробками пончиков и пакетом еды на вынос. У меня были дикие капризы насчет китайской еды и пончиков — особенно тех, что с розовой глазурью. Его взгляд прикован ко мне, он скользит вверх и вниз по моему телу, и лицо его светлеет. Я провожаю взглядом еду, которую он ставит на обеденный стол, но он оказывается рядом со мной так быстро, что я даже не успеваю подойти к пакету.

— Маленькая голубка… Обожаю тебя в этом платье, но мы же договорились — никакого белья.

Он подмигивает мне.

Я ухмыляюсь: — Тебя не было дома, так что мне показалось, что это зря переведенный ресурс.

— Я это исправлю. Ты даже не представляешь, как ты великолепна. Я хочу видеть тебя голым телом. Хочу проследовать за каждым изгибом твоей пышной груди, твоего чудесного животика, и хочу видеть твою маленькую киску, готовую и ждущую меня.

— Скорее уж «для легкого доступа», — поддразниваю я его.

Его рука уже под моим платьем, стягивает трусики. Затем он опускается на колени передо мной, задирая подол и утыкаясь лицом прямо туда, где у меня всё пылает. Я едва успеваю вышагнуть из белья, как его язык уже ласкает меня. Стоны рвутся наружу. С тех пор как у меня начал расти живот, он стал просто ненасытным, постоянно возбужденным. Я не жалуюсь, потому что мое либидо тоже взлетело до небес. Мы как кролики, трахаемся постоянно.

— Ты такая сладкая, маленькая голубка.

Он поднимается и подхватывает меня на руки, неся к дивану.

— Пончик, — говорю я, чувствуя дикий голод, но в то же время трепеща от желания, которое он разжег.

С ухмылкой он разворачивается и несет меня к коробке. Я хватаю один и тут же вгрызаюсь в него.

— Люблю смотреть, как ты ешь. На самом деле, я могу смотреть, как ты делаешь что угодно, и влюбляюсь в тебя еще сильнее.

— Погоди… ты только что сказал, что любишь меня?

У меня, кажется, рот открылся. Мы ведь договорились, что даже при наличии ребенка будем двигаться медленно, узнавать друг друга лучше и не торопить слова о любви… но вот мы здесь, и мое сердце просто сияет.

— Маленькая голубка, я с самого начала умирал от желания сказать, что люблю тебя, но не хотел показаться маньяком.

Я смеюсь, потому что это меня совершенно не удивляет.

— Я тоже тебя люблю, — говорю я и целую его.

— Ты на вкус как пончик.

Я играю бровями: — Привыкай. — Я откусываю еще раз и приканчиваю сладость в мгновение ока.

— Как там наша голубка-младшая? — шепчет он.

— Устроила настоящий шторм, — признаюсь я, пока он опускает меня на диван, на ходу скидывая одежду. — Постой, вот так сразу, ты уже готов?

— Я думаю о быстрой «пятиминутке», чтобы твоя китайская еда не остыла. Я же не монстр, — поддразнивает он. — К тому же вид тебя в таком состоянии держит меня в постоянной готовности тебя трахнуть.

Я хихикаю: — Что-то ты хочешь от меня в плане «надеть».

Его ухмылка становится шире, он кивает. Он нежно целует меня в губы, положив огромную ладонь на мой живот.

— Встань для меня на четвереньки на диване. Тебе так будет удобнее.

Разумеется, я делаю то, что он просит… я жажду этого не меньше, особенно после того, как его язык разбудил мое желание. Я стою на четвереньках, его рука между моих бедер дразнит мою насквозь мокрую киску, а сам он нависает надо мной, целуя спину.

— Я так сильно люблю тебя, маленькая голубка, и нашу малышку. Вы обе — мой мир, моя жизнь, моя суть.

— Я тоже тебя люблю. Это всё, чего я когда-либо хотела… семью, чтобы меня любили, и чтобы я могла любить в ответ.

Я понимаю, что каждое испытание, через которое мы прошли, привело нас к этому прекрасному «сейчас». Какая бы трудность ни возникла на нашем пути, я знаю, что смогу встретить её, пока Дэкстон рядом со мной.

— Наша жизнь, наша история, — говорит он, и его член входит в меня. Я стонаю, изнывая от жажды почувствовать его всего, а он продолжает: — Только начинается, красавица.

И затем он трахает меня как одержимый, как мужчина, который по-настоящему любит…