Ищу настоящего мужа (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

Чудесно. Я - та, кому стыдно за все.

- Да я вас всех поувольняю, - рычит отец.

- Ошиблись, товарищ полковник, - лепечет ДПС-ник, но сделать уже ничего не может. Бумаги пошли. Как и запись.

Папа, конечно, договорится, сотрут все, но… это же надо напрягаться.

- И вас тоже уволят!

Если что-то не так пойдет, он точно их уволит. Не откажутся.

- Долбоебов понабирали!

- Гидрант должен быть свободен всегда. У вас свои правила - у нас свои, - кидает в ответ.

Так в глаза смотрят друг другу, кажется, что поубивают.

Теперь мне стыдно за отца. Но и показываться точно нельзя. Он, если узнает, что при мне все делалось, а я промолчала, то не знаю даже, что будет.

ДПС-ники предлагают ему подвезти его до штрафстоянки. Он ещё о чем-то спорит с ними, я как крыска сижу тут, спрятавшись.

Дочка, называется.

А вообще, он сам виноват. Из-за него я тут. И мне нужна эта работа.

Ещё отсылает моим пожарным проклятия и садится в машину ДПС.

- Работаем, - Ренат стучит мне в стекло.

Командует только. Хоть бы руку подал. Но куда-там…

Сама выпрыгиваю из машины, ещё раз осматриваюсь, что отца нет.

Никита поддевает крюком люк. Ренат открывает вентиль. Фонтан плюется три секунды, продувается и дает нормальную струю воды.

Никита поднимает большой палец коротко, без улыбки. Ренат сворачивает колонку, чистит резьбу, делает пометки в журнале. Ноль эмоций.

- Едем дальше, ещё три гидранта проверить надо.

На час какой-то заезжаем в часть, Ренат предупреждает Ивана Андреевича об инциденте у торгового центра. Тот соглашается, что правильно все сделал.

- Зажрались уже. Никто не думает том, что может пожар начаться в любой момент.

После обеда едем на полигон. У них тренировка, у меня, как оказывается, тоже. Раз меня берут, значит, скоро уже и на тушение пожаров возьмут. Эх.… вот где папе уже будет чем утереть нос.

Надо будет снять все.

Пока едем, лажу по телефону, просматриваю сторисы.

- Что за херня? - Ренат притормаживает, съезжает на обочину и тормозит.

Снимает с приборной панели свой телефон.

- Что там? - кивает ему Никита.

Я тоже убираю телефон.

- Из госуслуг пришло уведомление, - читает вслух, - “Требуется нотариальное согласие на изменение фамилии ребёнка. Откройте задачу в личном кабинете, подтвердите или отклоните ее”.

 Глава 21

Ренат

- Какому ребёнку? - включается Ваня.

- У меня только один.

- А кто меняет?

- Да, похоже, бывшая что-то опять придумала. Я отойду, Вань, наберу ее.

- Подожди, - останавливает Никита, - давайте юристу позвоним, - Вань, твоему этому, он же шарит во всем. Хотя бы узнаем, что можно, что нет.

- Согласен. Надо во все вникнуть, прежде чем ей звонить.

Набирают юриста, объясняют, что к чему, там четкий ответ, что варианта может быть два. В первом нужно нотариально заверенное мое согласие на смену фамилии ребёнку, во втором можно лишить меня родительских прав.

- Какого ей вообще взбрендило это делать?

- Кто знает… Я отойду, наберу ее.

- Давай, - Кивает Ваня.

Выпрыгиваю из машины и сразу набираю бывшую жену.

- Я занята, у тебя срочное что-то?

- Да. Ребёнок это срочно. Причем очень.

- А что с ребёнком?

- Что за история со сменой фамилии?

- Ааа… ты про это. Быстро они, молодцы. Слушай, Ренат, понимаешь. Матвею неудобно и непонятно, почему у нас с ним разные фамилии. Дети в школе смеются.

- Он не маленький уже, чтобы ему было непонятно. И что-то я ни разу не слышал от него, что ему не нравится быть Вороновым. Давай честно, ты хочешь сменить ему фамилию не для него, а для себя.

- У меня одна фамилия, у него другая, мне не очень удобно.

- То, что тебе неудобно, это твои проблемы, а не ребёнка.

- Ты с Матвеем не живешь, ты не ходишь с ним по больницам и кружкам. В поликлиниках каждый раз доказывай, что я мать, а не "тетя-сопровождающая": свидетельство о браке, о разводе, справки, копии…

- Записи в паспорте о том, кто твой ребёнок, достаточно.

- Нас приглашают куда-то и представляют: "Рубина Евгения и Воронов Матвей". И я выгляжу посторонним человеком рядом с ним, как и он со мной.

- То есть он у тебя как экспонат, выгуливаешь и всем показываешь?

- Мне так неудобно жить.

- Хорошо, если тебе неудобно, давай Матвей будет жить у меня - и не будет проблем с твоей фамилией.

- Я хочу, чтобы у меня с сыном была одна фамилия.

- Ты, когда замуж выходила, сама не захотела менять свою на мою. Были бы все Вороновы.

- Пффф…

- Он десять лет был Вороновым, а тут вдруг тебя посетила гениальная идея, да? В чем теперь проблема?

- Сейчас он вырос. И я хочу, чтобы когда моего сына спрашивали кто он, то сразу понимали, чью фамилию он носит. Не неизвестного Воронова, а Рубина. Папу все знают.

- Ах, вот оно что, с этого и надо было начинать. Можешь не напрягаться даже. Я согласие на смену фамилии Матвею не подпишу.

- Сколько тебе заплатить, Воронов, а? Назови цену - и не строй из себя отца-героя.

- Лучше эти деньги на терапию себе потрать. Голову подлечи.

- Как был упрямым, так и остался. Какая тебе разница.

- Это мой сын.

- Он и останется твоим сыном.

- Я все равно добьюсь. Законный способ найдется.

- А я все чаще думаю, что два дня в неделю со мной - мало. Думаю, мне тоже надо официально расширять границы.

- Не смеши. Во-первых, ты все время на сменах. Во-вторых, ты потянешь все расходы? У нас расписание знаешь какое? Да мне твоих алиментов не хватает даже на половину кружков. У него английский, бассейн, шахматы, танцы, ментальная арифметика, робототехника и флейта.

Блядь. Других слов у меня нет.

- А оно все вообще нужно? Он мать видит? Ты знаешь, почему он с таким удовольствием ко мне едет?

- Потому что учиться не надо.

- Потому что мы с ним целый день чем-то занимаемся, бытовым, ездим, встречаемся, общаемся, играем. А не весь этот твой бред. Английский ему сейчас нужен? Он что собрался в Англию? Вырастет, сам выучит его. При желании за полгода можно. Лучше пусть на футбол ходит. В его возрасте для нормального развития надо бегать и двигаться.

- Боже… с кем я говорю. "Футбол и спать" - вот твой горизонт.

- Потому что Матвею нравится футбол. Детство - это не табличка в гугл-календаре, а мяч во дворе, книжка на ночь и родители рядом.

- Детство - это возможности. Пусть пробует, ищет себя. Я не хочу, чтобы он в десять лет "не видел ничего, кроме двора и телефона".

- А ты его в этот двор вообще выпускаешь? Превратила ребёнка в конвейер своих амбиций. Ребёнок не стартап. Ему нужен сон, игра и нормальные выходные.

- С тобой, что ли?

- Со мной.

- Чему ты его научить можешь?

- Вот тебе не повезло с бывшим мужем… Денег зарабатывать не умел, зато умел все ремонтировать и делать сам.

- Да кому надо это сам, если проще заплатить и тебе профи сделают.

- Ну, если мозгов нет, то вызывай и делай.

- Были бы у тебя, тоже не торчал бы в своей пожарке.

Оборачиваюсь на машину нашу пожарную. Люблю я это. Люблю людям помогать, люблю подвиги совершать. Не для значков и кого-то, для себя. Полезным хочу быть, а не только языком трепать.

- Надо будет, заработаю, но не ради тебя точно.

- Козел.

- Фамилию ребёнку я сменить не дам.

- Ты думаешь, я не найду способ, как это сделать?

- Лучше эту энергию и время потрать на ребёнка. Мамой побудь.

 Глава 22

На полигоне мы отрабатываем тушение на реальных возгораниях. Несколько часов без отдыха и перерывов. Уматывает так, что я сажусь в машину ехать назад, и по дороге отключаюсь.

- Эй, Исса, - дергает кто-то за плечо, - просыпаемся! Приехали!

Открываю глаза, Никита.