Бывший - все сложно (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

Вечер удался.

– Давайте я помогу тоже что-то убрать и надо уже ехать, а то поздно будет.

Составляю грязные тарелки.

– Хочешь, оставайся у нас, Кир, – предлагает Соня.

И я бы не отказалась, но уже обещала маме, да и Титовы явно хотят побыть наедине.

– Спасибо, но нас уже мама ждет.

– А вы на чем, Кир? – рядом Яна составляет грязные стаканы на поднос.

– На такси.

– А вам куда ехать? – невзначай спрашивает, будто мимоходом. –– Может, мы рядом, подвезем?

Я на нее. Потом на Никиту. Он ловит мой взгляд, но молчит. И это уже ответ.

Но Борька решает за все.

– Ура! Ура! С Никитой поеду! А мы на пожарной машине?

Пытаюсь вставить хоть слово. Поздно.

– Хорошо, подвезем, – улыбается ему Никита, даже не спрашивает, где я живу. Хотя мог бы. Для приличия. – Нет, Борь, сегодня не на пожарной.

– Мне надо к родителям, а это далековато отсюда.

– А мы к бабушке с дедушкой поедем?

– Да, Боря.

На Никиту смотрю.

– У меня все еще тоже дела, надо в пару мест заехать, поэтому не страшно.

Ну ладно…

У Никиты в машине установлено детское автокресло. Для той девочки… Туда сажаем Борю. Ренат садится впереди, мы с Яной сзади по краям, Борька в центре.

Сначала отвозит Яну.

– Спасибо, – улыбается она и благодарит Никиту, – рада была познакомиться, – улыбается мне.

От нее не ревностью веет, а теплой какой-то, грустью, может, надеждой. Влюблена, что ли, безответно в него?

– Счастливо, – машу в ответ.

Женскую эту любознательность никак не изжить из себя. Что между ними? Как вот узнать? Не в подружки же набиваться.

Друзья? Какого черта тогда ее сюда притянул? Тут близкие только, она вообще никого не знает, как и ее.

Потом отвозит Рената.

– Тебя куда?

– Район Рязаново.

Вбивает в навигаторе, смотрит маршрут.

– Садись вперед.

– Мне и тут хорошо.

– Еще лучше будет. Адрес какой точно?

– Школьная, тридцать два.

– Садись, будешь дорогу показывать. Что-то тут сеть плохо ловит.

Боря уже начинает клевать носом, на улице темнеет. Заблудимся еще. Ладно, пересаживаюсь вперед.

Никита заводит машину, отъезжаем. Кошусь на его телефон, установленный в держатель на панели. Все там прекрасно показывается. И с приемом сигнала тоже.

Ехать тридцать минут. За это время можно о-го-го что сделать, что обсудить.

Но мы едем молча.

Глава 19. Сложно. Узнавать правду

Никита смотрит в зеркало заднего вида.

– Уснул, – кивает на Борю.

Я машинально оборачиваюсь. Спит, да.

Я снова в окно, хотя там темно уже, ничего не видно. Мы в этой неловкой тишине. Будто кто-то включил вентилятор, а он гоняет тяжелый, спертый воздух.

– Расскажешь что-нибудь? – ведет машину, вгрызаясь взглядом в асфальт.

Что-нибудь…?

– Новый закон приняли по дошкольному образованию...

– Я не об этом.

– Ты сказал что-нибудь, я тебе что-нибудь и рассказываю.

Вздыхает, усмехаясь.

– У нас общие друзья, нам придется иногда встречаться.

– Если бы я знала, что ты придешь, меня бы там не было.

Хмыкает в ответ.

– Да ладно. Проехали.

– Что проехали?

– Прошлое.

– Легко у тебя все, – тереблю ручку сумочки.

– А у тебя нет?

Мы с ним будто к одному пруду подошли. И там глубоко в нем сундук с правдой, но чтобы достать, надо набрать побольше воздуха и нырнуть. И не факт, что хватит и не придется еще не раз всплывать потом.

– Если ты считаешь, что бросить беременную девушку одну, а потом еще прислать похоронку на себя, это легко пережить, то я тебе желаю такого же удовольствия. А потом мы будем говорить о том, кому легко, а кому нет.

– Давай без драмы. Я к твоей беременности отношения не имел, и ты оставалась не одна. А что у вас там дальше произошло, это уже меня не касается. А по поводу похоронки… так надо было.

– Кому надо было?

– Мне.

– Ты знаешь, кто?

На секунду отрывается от дороги, смотрит на меня.

– Эгоист.

– Давай без этого всего.

Меня внутри распирает взять что-нибудь и дать ему по голове упрямой. Зачем только? Да, я что-то докажу. Да пусть он даже раскается. Только уже то, что было, не вернуть. Доверие не вернуть. И следы предательства с сердца тоже.

Я смотрю в боковое окно. Лесополоса. Темнота. Мелькают фонари.

– И кто интересно даже имел отношение к моей беременности, если не ты.

О моем? Супер! Мы как будто говорим об одном и том же. Но с разных углов. И я смотрю и вижу круг, а он – прямоугольник. А на самом деле это вообще цилиндр.

В сумке у меня играет телефон. Мама, наверное, уже нас разыскивает. Я быстро его достаю, чтобы не разбудить Борю.

Незнакомый номер. Кто еще?!

Смахиваю и отвечаю.

– Кира, привет, это Олег, – голос уже поплывший.

И говорит он так громко, что Ник, думаю, тоже слышит.

Я сбиваю громкость на минимум.

– Кирюш, ты где? Я хотел встретиться и поговорить. Приехал к тебе. Я просто хотел сказать… что люблю тебя. Ты скоро будешь дома?

Сбрасываю. Выключаю звук вообще.

– Ну вот… легок на помине. Надо было говорить. Я же сказал, что проехали.

– Я сама решу, хорошо, с кем мне говорить, а с кем нет?

Выключаю звук, но телефон оживает снова.

Сбрасываю и новый его номер блокирую.

Никита бросает на меня взгляд, но снова следит за дорогой. Выворачивает своим молчанием наизнанку.

Глубоко дышит. Сглатывает.

– Я только не пойму… почему за столько лет, вы не расписались?

– С кем?

– С Олегом.

– А по-твоему я должна была с твоих похорон сразу на свадьбу бежать?

– Да перестань, прямо драма такая. Ты мне когда изменила, вот тогда уже и похоронила все.

Оборачиваюсь назад. Если бы не Боря, я бы вот тут вышла из машины, и пешком пошла дальше.

Но тогда не узнаю ничего, а хотелось бы уже. Так что такого случилось? Когда еще такой шанс выпадет. Хуже уже все равно не будет.

– И откуда ты узнал, что изменила? Кто такой добренький?

Если отрицать, так может и не скажет. А если предположить, что прав, может, и расскажет.

– Да сам все понял.

Зашибись.

– А если не правильно понял?

– Я опираюсь на лабораторные исследования. То, что видел сам. Ну и на твое поведение.

– Лабораторные?

Он что ДНК сделал? Когда? Почему без меня?

А нет, фигушки. Тогда бы не говорил про измену.

– Да. Анализы сдал.

– А чего ты сразу тест ДНК не провел.

– Помниться мне, ты сама была против этого.

– Во время беременности, да. Тебе поласкать свое эго, а мне риск не выносить ребенка.

Сейчас делай! Так и хочется ляпнуть, но я молчу. Теперь я не хочу только.

– И интересно, что ты такое видел?

– В магазине вас видел. Ходили, выбирали что-то в детском отделе с Олегом.

– Я не помню такого даже.

– Я зато помню. Случайно вас там увидел. А я в больнице лежал, меня отпустили, хотел сюрприз тебе сделать. Ну, вот и сделал.

Убей Бог, не помню, чтобы мы с Олегом где-то в детском магазине ходили. Специально точно нет, а если где-то встретились, ну мало ли, где мы встретились там с ним.

– А что за лабораторные исследования?

– Не важно.

– Нет, важно, – голос срывается, потому что еле сдерживаю слезы.

– Сына разбудишь.

– Это же не твой сын! Чего ты переживаешь за него?

– Не хочу, чтобы думал, что обижаю тебя.

– Ах, не хочешь, – теперь пробирает на смех, но скорее чтобы хоть как-то защититься от этого, потому что слезы уже не остановить. – За его спиной значит можно меня обижать, а при нем весь хорошенький.

– Где я тебя обижаю?

– А бросить беременной, по твоему, это норма? Боря конечно, маленький еще, не поймет, но ты со своей совестью договорись сначала.

– А изменять мне норма?

Олег, ДНК, анализы… Анализы и не ДНК. Ааа…