Бешеная (СИ) - Андрес Кэти

— Знаешь, — медленно протянул, убирая планшет, — а ведь у меня на примете есть одна кандидатура. Идеальная. Напишет так, что мало не покажется.

Дамир обернулся, держа в руке стакан с водой. Он нахмурился, заметив мою хищную ухмылку.

— Кто?

— Виктория Лисицына.

Дамир поперхнулся водой.

— Лисицына? Ты в своем уме, Ильдар? Она же криминальный журналист! Она привыкла по притонам лазить и коррупционеров разоблачать. Что она нам про IT-филиал напишет? Что мы серверы из контрафактных утюгов собираем?

Я пожал плечами, чувствуя, как внутри разгорается охотничий азарт.

— Да, она криминальный журналист, но это не помешало ей в свое время выпустить просто прекрасную, эксклюзивную и очень читаемую статью о твоей жене. Пером она владеет виртуозно.

В гостиной повисла пауза.

Дамир помрачнел, вспомнив ту самую статью, с которой началась вся наша война с Каримом и тот скандал. А вот Кира…

Кира вдруг хихикнула.

Она прикрыла рот ладошкой, но ее глаза лукаво заблестели.

— А знаешь, Дамир, я согласна, — фыркнула она, глядя на меня с явным одобрением. — Статья тогда получилась очень… профессиональной. Цепляющей. Я даже сохранила вырезку на память. Если эта девушка сможет так же сочно описать ваши скучные серверы — это будет бомба.

Дамир посмотрел сначала на хихикающую жену, потом на меня. Вздохнул, признавая поражение перед двумя ненормальными.

— Делайте что хотите, — буркнул он. — Только чтобы без скандалов. Если она опять накопает что-то не то — увольнять ее будешь сам.

— О, поверь мне, — я поправил манжеты пиджака, чувствуя, как настроение стремительно ползет вверх. — Я найду способ сделать так, чтобы она писала только то, что мне нужно.

Кира многозначительно хмыкнула, глядя на мою разбитую губу.

— Судя по твоему лицу, Ильдарчик, пока что это она находит способы делать с тобой то, что ей нужно.

Я закатил глаза.

— И вот с чего ты взяла, что лицо мне разбила Лисицына?

— Интуиция Ильдарчик, женская интуиция.

Глава 7

— И вот он меня выгоняет. Я дура, да?

Сидела за кухонным столом, обхватив голову руками, и тупо смотрела на половину пустую бутылку вина. Валерий на подоконнике хранил скорбное молчание. Казалось, даже его колючки поникли от масштаба моей интеллектуальной катастрофы.

Напротив меня, изящно скрестив длинные ноги и покачивая бокалом с Пино Гриджио, сидела Лера. Она слушала мой сбивчивый рассказ о полете ежедневника в лицо миллиардера с выражением глубокой, почти материнской усталости.

— Еще какая, — безжалостно припечатала подруга, делая элегантный глоток. — Вика, ты не просто дура, ты — клинический случай. Тебе мужик прямым текстом говорит: «Я тебе помогу, только веди себя нормально». А ты что делаешь? Пробиваешь ему челюсть!

— Он сказал «будь хорошей девочкой»! — взвилась я, вскидывая голову. — Ты же знаешь, как это звучит!

— Это звучит как просьба не кидаться на людей с кулаками! — парировала Лера. — Ты бы иголочки свои куда-подальше засунула и дала бы мужику чуточку поруководить? Ну чего ты такая дикая, а? Вечно в стойке, вечно с шашкой наголо. Почему нельзя просто выдохнуть, улыбнуться и позволить сильному мужчине решить твои проблемы?

«Дать мужику поруководить».

От этой фразы внутри меня что-то болезненно сжалось, а перед глазами мгновенно вспыхнула картинка из прошлого, которую я так старательно пыталась похоронить под тоннами сарказма и цинизма.

Его звали Стас.

Три года назад мы работали вместе в отделе расследований. Стас был звездой: обаятельный, пробивной, с ослепительной улыбкой и умением втираться в доверие к кому угодно. А я тогда была просто перспективной девчонкой, которая случайно напала на золотую жилу — схему отмывания денег через городские тендеры на строительство больниц.

Я рыла землю носом полгода. Собирала документы, встречалась с информаторами в темных переулках, не спала ночами. Это должна была быть бомба, путевка в высшую лигу журналистики.

А Стас… Стас был рядом. Он приносил мне кофе, массировал затекшие плечи, восхищался моим умом. Он так красиво ухаживал, так убедительно говорил, что мы — команда. Что он — моя каменная стена.

Я, выросшая без семьи, привыкшая, всё тащить на себе, впервые в жизни расслабилась. Втянула свои «иголочки». Поверила.

Мы съехались.

Я сама дала ему ключи от своей квартиры.

Я, идиотка, растаяла.

А потом наступило то самое утро.

Проснулась от того, что в квартире было слишком тихо.

Стаса не было. Его вещей в шкафу — тоже. На кухонном столе лежал мой рабочий ноутбук. Открытый.

А через два часа весь город читал грандиозное расследование о коррупции в мэрии. Эксклюзив. Сенсация года. Автор — Вячеслав Воронов.

Он украл всё. Мои черновики, записи диктофонов, сканы документов. Он перекинул всё на свою флешку, пока я спала в соседней комнате, скомпилировал материал и продал его федеральному изданию за сумасшедшие деньги и должность заместителя главреда.

Позже, когда я, захлебываясь слезами и яростью, дозвонилась до него, он даже не стал оправдываться. В его голосе не было ни капли раскаяния. Только холодный, сытый расчет: «Извини, Вик. Ничего личного, просто бизнес. Ты слишком долго копалась, а мне нужен был трамплин. Спасибо за пароль от ноута. И да, борщ ты готовишь отвратительно».

Он встречался со мной, спал со мной, жил со мной только ради того, чтобы получить доступ к моему ноутбуку.

Я моргнула, отгоняя фантомную боль, и посмотрела на Леру.

— Ну и как тут верить мужикам, Лер? — тихо, без прежнего запала спросила я. Голос предательски дрогнул. — Как можно дать им «поруководить»? Стоит тебе только показать мягкое брюшко, стоит только признать, что ты в чем-то слабее, как они тут же вонзают туда нож. Или крадут твою жизнь. Или швыряют тебя на диван, накачав наркотой, как Берг. Или смотрят на тебя как на грязь под ногтями, как Валиев.

Лера замолчала. Ее лицо смягчилось, она со вздохом отставила бокал и потянулась через стол, чтобы накрыть мою руку своей теплой ладонью.

— Вик… Валиев не Стас. И не Макс Берг. Да, он высокомерный мажор с эго размером с Юпитер, но он не крал твои статьи. И он спас тебя. А ты ему лицо разбила.

— Я знаю, — шмыгнула носом и вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Я знаю, Лерка. У меня просто сработал рефлекс. Защитная реакция. Я услышала «будешь хорошей девочкой» и мой мозг сам дорисовал всё остальное. Я испугалась, что он тоже хочет меня использовать.

— И в итоге использовала против него ежедневник, — Лера покачала головой, но на ее губах скользнула слабая улыбка. — Ладно, криминальный авторитет в юбке. Что планируешь делать дальше? Валиев тебе эту выходку не простит. Двери туда закрыты наглухо.

Я облокотилась на стол и уронила голову на скрещенные руки.

— Буду дальше писать про втулки. Может, освою оригами из туалетной бумаги. А если совсем прижмет — пойду работать кассиром в супермаркет. Там хотя бы ежедневниками кидаться нельзя — они на шнурках.

Лера только собиралась что-то ответить, как тишину кухни разорвал резкий, требовательный рингтон моего телефона.

Мы обе вздрогнули.

Я лениво потянулась к мобильному, ожидав увидеть номер банка, который жаждет напомнить мне о просрочке по кредитке. Но на экране светился незнакомый номер. Причем номер был красивый, из тех, что обычно покупают за большие деньги корпорации.

— Коллекторы? — сочувственно шепнула Лера.

— Сейчас узнаем... Да. Слушаю.

— Виктория Петровна? — раздался в трубке вежливый, идеально поставленный женский голос. — Добрый день. Вас беспокоит служба HR компании «Тагиров Групп».

Я поперхнулась воздухом. Лера, заметив мое изменившееся лицо, вытянула шею, превращаясь в одно большое ухо.

— К-кто? — выдавила я, подозревая, что у меня начались слуховые галлюцинации на нервной почве.

— «Тагиров Групп», — невозмутимо повторила девушка. — По поручению Ильдара Тимуровича мы связываемся с вами, чтобы обсудить ваше трудоустройство.