Не прощаю тебя (СИ) - Разина Инна

В зал, где проходит утренник, врывается взбудораженный мужик. Прорывается к небольшой сцене, на которой танцуют девочки-снежинки. Они перепуганно сбиваются в стайку. Лицо у мужика красное, глаза навыкате. Что-то орет, широко разевая рот. Предмет в его правой руке слишком характерно поблескивает металлом, очень похоже на нож. В зале одни женщины, вскакивают с мест, хватают детей и бегут к выходу. Начинается классическая паника. А моя храбрая Влада закрывает собой мелюзгу, сбившуюся на сцене. Мужик не дает им уйти. Дальше я уже не смотрю. Срываюсь с места, на ходу ору официанткам кафе, чтобы вызывали полицию в школу напротив. Там нападение на детей.

Проскакиваю дорогу, не дожидаясь зеленого светофора. Из дверей школы выбегают женщины с детьми. Перепуганные, малышня ревет. Проталкиваюсь мимо них в холл. Быстро оглядываюсь по сторонам. Мне нужно что-нибудь тяжелое, чтобы обезвредить психа. Хватаю со стены огнетушитель, заглядываю в зал, из которого доносятся детские визги и отборный мат. Чего хочет неадекват, непонятно. Орет что-то про шлюх и их отродье. Белая как мел Влада пытается его успокоить. Судя по заплетающемуся языку, он пьян. А может и обдолбан. До таких не достучаться.

— Да ты такая же шалава… — ревет мужик, шагая к Владе. Выскакиваю из своего укрытия, несусь на него. Но псих успевает развернуться на шум, выставив вперед нож. — Ну давай, давай… — рычит пьяно. Глаза у него полностью невменяемые. Вообще никаких тормозов. Делаю обманное движение и швыряю огнетушитель. Но этот гад уворачивается. Бросается на меня. Предплечье обжигает огнем. Ставлю блокирующий, хватаю его за запястье. Валимся на пол, катаясь по нему. Мужик хоть и неадекватный, но сильный как боров. К счастью, я тоже тренированный. Не с такими в армии справлялся. Хотя удерживать его тяжело. Тем более, когда из раны хлещет кровь. Слышу с улицы вой сирены. Скоро все закончится.

В этот момент псих вдруг обмякает, вижу за его спиной Владу с огнетушителем в руках. Она роняет его на пол и падает предо мной на колени.

— Господи, Илья, ты в порядке? — голос испуганно дрожит. — У тебя кровь! Нужна скорая…

— Ерунда, просто порез, — хриплю, пытаясь сесть. Влада помогает. Ее руки на моем теле волнуют больше того, что только что произошло. — Заметь, второй раз в твою честь кровь проливаю, — шучу, кривя губы в усмешке. Пытаюсь так ее успокоить.

— Сумасшедший, — облегченно выдыхает она, опуская голову на мое плечо. — Раз шутишь, значит все не так плохо…

А я обнимаю ее за плечи здоровой рукой, вдыхаю ее запах. И вдруг понимаю: чтобы продлить этот миг, готов еще сто раз под нож подставиться. Только насладиться ее заботой и переживаниями мне не дают. В зал вваливаются представители правопорядка. Мужика утаскивают. Потом появляется бригада врачей. Мне прямо на месте обрабатывают не такую уж глубокую рану. Зашивают и накладывают повязку. Владу в это время допрашивают. Мне тоже задают несколько вопросов. Просят на следующий день приехать в отдел для дачи показаний. Дальше нам советуют покинуть здание. Там остаются работать следаки.

Выходим на улицу. Влада кутается в дубленку. От стресса ее знобит. Меня, если честно, тоже. Успел всерьез за нее испугаться. Слишком глубоко она засела в сердце. А скорее всего, никогда его и не покидала. Это я, идиот, думал, что все в прошлом. Больше всего не хочу сейчас ее отпускать.

— Спасибо, Илья, — произносит хрипло. — В зале еще мужчины были. Но на помощь пришел только ты…

А я понимаю, что скоро она успокоится и обязательно задастся вопросом, как я узнал о нападении. И вряд ли обрадуется, что у меня есть доступ к камерам. Но пока решаю воспользоваться шансом. Вдруг повезет.

— Ты тоже молодец, не растерялась, — реально горжусь ей. Детей не бросила. Психа по башке отоварила. — Знаешь, я бы выпил сейчас горячий чай. Или чего-то покрепче. Да и тебе не помешает. Может, зайдем, — киваю в сторону кофейни. — Только меня в таком виде не пустят… — скептически осматриваю порванную куртку и залитую кровью рубашку.

— Я живу недалеко, ты же знаешь, — неожиданно произносит Влада. — Поехали, напою тебя чаем. Только покрепче не обещаю. Максимум настойку валерьянки.

Глава 13

Влада

Ко мне домой отправляемся на такси. Илья ранен. А у меня все еще дрожат руки. Вести машину в таком состоянии не получится. Пока едем, пытаюсь честно ответить себе на вопрос, зачем его позвала? Во-первых, я Фадееву искренне благодарна. Не ожидала, что он, рискуя жизнью, бросится меня защищать. Этот его поступок изменил что-то внутри. Теперь, когда думаю об Илье, больше не ощущаю застарелую обиду и боль. Нет, наше прошлое никуда не исчезло, но будто отдалилось, потеряло остроту, выцвело. Перестало иметь надо мной власть.

А во-вторых, мне банально страшно сейчас остаться одной. Слишком много эмоций бурлит внутри. Последствия стресса, ощущение вины. Облегчение, что никто из детей и родителей не пострадал. Беспокойство о том, что будет дальше. Мою школу вообще могут лишить лицензии и закрыть. Хотя такие маленькие языковые центры не обязаны иметь охранников, обычно на мероприятия я нанимала одного. Но в этот раз он меня подвел. Заболел и предупредил только утром, я просто не успела найти замену.

Меня начинает опять трясти. Пытаюсь нервно согреть заледеневшие пальцы, потирая друг о друга. Неожиданно их накрывает теплая мужская ладонь.

— Постарайся расслабиться, — тихо произносит Илья, сидящий рядом на заднем сиденье. — Это стресс. Скоро пройдет.

Его прикосновение успокаивает. Позволяю себе эту слабость и не вырываюсь. Голова начинает работать. Присматриваюсь к Фадееву, уточняю:

— Откуда ты взялся? Там, в школе?

Несколько секунд он хмуро разглядывает меня, потом вздыхает и отвечает:

— Вообще-то это была вторая попытка научить тебя работать с системой наблюдения. Когда мы подрались с твоим… Ну, в общем, тогда я тоже приходил за этим. Похоже на злой рок, не находишь? — не знаю, что сказать, и просто пожимаю плечами.

Минут через десять заходим ко мне в квартиру. Илья сбрасывает на пол порванную куртку. Скептически осматривает себя и спрашивает:

— Я могу воспользоваться душем? Хочу смыть кровь.

— Можешь, — не могу отказать ему, после того, что он сделал для меня. — Только не мочи повязку. Сейчас принесу полотенце.

Нахожу в шкафу не только чистое полотенце, но и мужскую футболку. Стучусь в ванную. Илья открывает дверь, упираюсь взглядом в его голый торс. Нервно сглатываю, отводя глаза от рельефной мускулатуры. Увидев футболку, Фадеев хмурится. Приходится пояснить:

— Она новая. Еще никто не одевал, — отдаю все и быстро покидаю тесную ванную, в которой становится трудно дышать. Мне не нравится то, что я испытываю рядом с ним. Что, казалось бы, давно похоронила. Выплакала и отрезала. А теперь это все опять поднимается откуда-то из глубины.

К тому времени, как мой гость появляется на кухне, успеваю заварить травяной чай и даже приготовить несколько бутербродов. Фадеев садится за стол, делает глоток и уточняет:

— Уверена, что у тебя нет ничего покрепче? Может, благодарные родители подарили?

— В моей школе не поощряются подарки учителям, — отзываюсь устало. — Но вообще ты прав. Есть коньяк. Отцу на Новый год купила.

— Давай сюда, — оживляется Илья. — Нам сейчас нужнее. Сразу стресс снимет.

Действительно, всего несколько глотков чая с коньяком заметно меняют мое состояние. В груди разливается тепло, тело расслабляется. Но тишина между нами напрягает. Не знаю, о чем говорить. Про прошлое уже все выяснили. За сегодняшнее поблагодарила.

— Ты так профессионально его скрутил, — все же нахожу тему. — Где научился?

— Я в армии был, Влад, — отвечает Илья, хмуро глядя на меня. — Ушел по контракту, сразу после того, как мы расстались…

— После того, как ты меня бросил, — уточняю упрямо. Хотя не собиралась больше это обсуждать.

— Да, — соглашается он хрипло. — После того, я тебя бросил. Уже говорил, что сразу пожалел. Пытался с тобой встретиться. Не знаю, зачем. Понимал, что не простишь. А потому узнал, что ты уехала. Ну и… не придумал ничего лучше. Мне было очень стыдно. Что я оказался трусом. Не смог, не оправдал… Пытался что-то себе доказать. Оправдаться в собственных глазах. Но быстро понял, что совершил еще большую глупость. А дальше просто выживал, — Илья болезненно морщится и неуверенно произносит: — Прости меня, Влад. Наверное, я зря сотрясаю воздух. Но мне важно, чтобы ты меня простила…