Бомбочка-Незабудка (ЛП) - Пекхам Кэролайн

Но я придумал план, как с этим справиться. Жар между нами был неоспорим, даже сквозь дымку ненависти, которую она явно испытывала ко мне. Она все еще жаждала меня. Плохого и хорошего. И я мог бы быть чертовски хорош для нее, если бы это было то, что нужно, чтобы заставить ее забыть грехи моего близнеца против ее плоти. Я бы заменил воспоминания о той боли, которую он причинил ей, таким наслаждением, что она бы разошлась по швам от этого.

Я планировал поклоняться ее телу всем, кроме своего члена, изучая каждый его сантиметр и выясняя все способы, которые ей больше всего нравятся, чтобы кончать для меня столько раз, сколько я смогу убедить ее позволить мне. Так часто и так много, как только мог, я заставлял бы ее кончать для меня, пока этого не было достаточно, пока она не забыла бы о ненависти, которую испытывала, и потребность во мне не перевешивала ее. Пока она не умоляла меня использовать мой член, а также мои руки и рот, чтобы уничтожить ее, и я видел в ее глубоких, темных глазах, что она желает этого больше всего на свете.

До тех пор я буду страдать в воздержании за грехи моего брата и сосредоточу свои усилия на том, чтобы завоевать ее.

Моя верхняя губа оттянулась, когда я подумал об этом, и я не мог не задаться вопросом в сотый раз, какой ад устроил мой близнец за все эти годы, что он оставался без контроля. Черч, конечно, рассказывал мне кое-что из этого, но я мог сказать, что мне известна лишь малая часть развращенности Дэнни.

Зажав в кулаке бумажный пакет, я направился через комнату к черной двери, ведущей к заброшенной станции метро, которая находилась под этим зданием, достал из кармана ключ и вставил его в замок.

Он повернулся с некоторой неохотой, тяжелый стук замка раздался за мгновение до того, как дверь широко распахнулась, впуская меня.

Я спустился по крутой металлической лестнице в темноту, освещая себе путь фонариком на телефоне. Черч потратил больше часа, чтобы показать мне, как пользоваться этой чертовой штукой, когда подарил ее мне, и я все еще привыкал к ней, но основы я уже знал. Пока я гнил, технологии шагнули далеко вперед, это уж точно. Формально телефон принадлежал Дэнни, но поскольку он украл мою жизнь, отправив меня сидеть, я не чувствовал себя виноватым в том, что украл его привилегии в ответ.

Чем дальше я спускался, тем холоднее становилось, голая кожа моих рук покрывалась мурашками, пока я спускался и спускался, пока, наконец, не достиг дна лестницы и не увидел впереди слабый свет станции. На стенах красными и синими буквами были нарисованы выцветшие указатели “Крейс-Энд”, старое название этого места теперь стерто с карт новых линий метро, но оно все еще стояло здесь в темноте, ожидая поезда, который никогда не придет.

Я выключил телефон и положил его в задний карман, шагая по узкому тоннелю к станции, которая освещалась единственной лампочкой, висевшей на удлинителе, который я протянул сюда много лет назад, когда мы только купили это место.

С тех пор его не раз использовали для содержания ублюдков, которых нужно было допросить перед смертью, а заброшенные пути видели немало кровопролитий и запекшейся крови. Если бы стены здесь могли говорить, то и я, и мой брат легко получили бы несколько пожизненных сроков только за совершенные здесь деяния — и это до того, как я попал в тюрьму. Черт знает, для чего еще он использовал это место с тех пор.

Я надеялся, что воспоминания вызывают у него кошмары.

Я остановился перед тяжелыми воротами, преграждавшими путь, и повернул цифры на навесном замке, чтобы открыть его. Моя челюсть затвердела при виде даты, когда мой собственный брат отвернулся от меня. В ту ночь, когда он отнял у меня жизнь и стал причиной смерти одного из немногих мужчин, которых я любил в этом жалком мире. Должен признать, что мне было приятно запереть его жалкую задницу под замок и оставить его здесь, внизу, в мою брачную ночь.

Я широко распахнул ворота и шагнул через них, направляясь по туннелю к платформе с пьянящим чувством, вызвавшим извращенную улыбку на моих губах.

В последние два раза, когда я приходил сюда проведать его, он все еще был не в себе, бормоча что-то о галлюцинациях, которые вызывало дерьмо, впрыснутое ему Черчем, но тишина, ожидавшая меня сейчас, заставила меня подумать, что он наконец-то в здравом уме.

Мое сердце заколотилось при мысли об этом. Наконец-то я предстану перед ним и позволю ему взглянуть на лицо брата, которого он предал.

Белая плитка выкладывала кривые стены станции метро впереди меня, плакаты фильмов, вышедших до моего рождения, отслаивались от стен, а в воздухе витал отчетливый запах гнили и пыли.

Когда-то эта станция была конечной. Она называлась “Крейс-Энд” и была диковинкой, застрявшей между кучей куда более полезных станций, через которую и до ее закрытия не проходило много пассажиров. А когда лифтам потребовался ремонт, чтобы поддерживать их в рабочем состоянии, затраты превысили стоимость, поэтому было принято решение закрыть станцию и забыть о том, что она вообще существовала.

Рельсы вели в одну сторону, слева от того места, где я собирался выйти на платформу, но они были закрыты, когда станцию вывели из эксплуатации, и все, что осталось, — это подземная память о давно прошедшем времени. Существовал выход через проход для технического обслуживания дальше по лестнице, тайный путь к спасению, если мы когда-нибудь окажемся загнанными в угол в собственном доме.

Я вышел на серый камень платформы, повернулся к брату и увидел, что он сидит на одной из скамеек, предназначенных для пассажиров, его темные глаза впалые, руки лежат на коленях, к левому запястью прикреплена цепочка.

Цепь была прикреплена к металлической трубе, которая никуда не уходила и имела достаточную слабину, чтобы он мог пользоваться единственным туалетом для инвалидов, который находился слева от неудобной скамейки. Он даже все еще смывал и все такое, что было чертовски удачной удачей — никто из нас не хотел убирать его дерьмо, в конце концов.

— Рад видеть тебя проснувшимся, брат, — сказал я, дьявольски улыбаясь, когда я приблизился к нему, и он оскалил на меня зубы.

— Так это был ты, — ответил он, его взгляд был полон жестокости, когда я встал перед ним, как раз в том месте, где, как я знал, его цепи защелкнутся, если он решит сделать выпад в мою сторону. Я был готов снова выбить из него все дерьмо, если бы он захотел этого, но сейчас меня больше интересовало злорадство. И я не чувствовал ни капли стыда по этому поводу.

— Кто еще это мог быть? — поддразнил я, когда его взгляд переместился на новые чернила, которые покрывали мои руки и ползли вверх по шее. У меня была только одна татуировка до того, как я решил подражать ему, поэтому сделать остальные было достаточно просто, и это еще лучше продавало мою ложь. Кто бы мог подумать, что я буду разрисовывать свою плоть чернилами в тон ему? Кто мог предположить, на что я пойду ради этой мести? Никто. И именно поэтому мне все сойдет с рук. — Ты должен был знать, что я приду за тобой в один из этих дней.

— Я думал, что у меня есть еще немного времени до этого, — пробормотал он, выглядя так, будто у него адское похмелье. Вокруг него витал запах мочи и рвоты, свидетельства того, что и то, и другое пачкало одежду, в которую он был одет, а также землю в некотором отдалении от нас. Я догадался, что в состоянии наркотического опьянения он не дошел до туалета.

— Тебе не понравились наркотики? — спросил я, не пытаясь скрыть от него свое отвращение, так как он сгибал пальцы, явно прилагая чертовски много усилий, чтобы сохранить голову. Должен признаться, я был впечатлен его самообладанием — это никогда не было его сильной стороной.

— Это дерьмо было хреновым. Оно заставило меня видеть, думать и чувствовать то, чего не должен чувствовать ни один человек, — ответил он. — Но ты это знал. Так почему бы не спросить меня о том, чего ты не знаешь?

Я склонил голову на одну сторону, обдумывая этот вопрос.

— Где ключ от ошейника, который ты надел на мою жену? — спросил я, размышляя, может ли он сэкономить мне несколько часов на поиски этой чертовой штуки, просто отдав ее. Если нет, то мне придется задействовать пару болторезов, хотя мне не очень нравилась мысль об этом так близко к ее безупречной коже.