Рассвет боли (ЛП) - Диан Кэтрин

Вэс провёл пальцами от короткой пряди волос Риса к более длинным, пропуская их между пальцами, удерживая и пытаясь справиться со своими эмоциями.

— Нам не обязательно разбираться во всём за одну ночь.

Рис тяжело вздохнул, расслабляясь в объятиях Вэса.

— Да. Хорошо.

Вэс хотел наслаждаться этим вечно, чтобы Рис прижимался к нему, чтобы каждый из них нуждался в другом, но урчание в животе Риса напомнило ему, что они ничего не ели.

— А теперь я тебя покормлю.

Рис уткнулся Вэсу в плечо.

— Знаешь, ты правда немного любишь командовать.

— Я знаю.

Он почувствовал, как Рис улыбается.

— Тебе повезло, что я такой покладистый. Но предупреждаю честно: я подчиняюсь только тогда, когда сам этого хочу.

— Да, — сухо ответил Вэс. — Я это понял. А теперь иди сядь, или я отвлекусь, — он сжал упругую задницу Риса, чтобы подчеркнуть это.

— Что, если я хочу, чтобы ты отвлёкся?

— Мне нужно тебя накормить. Иди, сядь на место.

Рис вздохнул и отстранился.

— Ты ничуть не лучше Кира.

Когда Рис отошёл, чтобы сесть на дальнем конце кухонного островка, Вэс открыл холодильник и стал обдумывать варианты. Часть его хотела на самом деле приготовить что-нибудь для Риса, но он предпочёл удобство бутербродов.

Комментарий Риса напомнил ему о нескольких вещах, которые он хотел обсудить, поэтому, принявшись за бутерброды, Вэс спросил:

— Ты просто пытался отвлечь Кира, когда спрашивал его о символе на кольце?

— Как ты, наверное, заметил, его не так-то легко отвлечь.

Выкладывая индейку и сыр на кухонный островок, Вэс мрачно заметил:

— Я это заметил. А ещё он довольно проницателен. Подозреваю, он пришёл к выводу, что мы… э-э-э…

— Это и так было бы очевидно.

Вэс вернулся к холодильнику за соусами.

— По запаху?

— Да, и… Обычно мне не нравится, когда люди вторгаются в моё личное пространство или прикасаются ко мне, поэтому когда они увидят, что мне комфортно с тобой, они поймут.

Хотя Вэсу и нравилась мысль о том, что Рис чувствует себя с ним комфортно, был один момент, который ему не совсем нравился.

— Тебе не нравится, когда люди вторгаются в твоё пространство? Но ты такой…

— Сексуально озабоченный?

Вэс поставил на остров горчицу и майонез.

— Я собирался сказать «дружелюбный». К тому же, я видел, как ты спарринговал, а это очень контактное занятие.

— Я как бы разделяю сознание. Я переключаю себя в определённый режим, чтобы делать определённые вещи, — прежде чем Вэс успел это осмыслить, Рис перескочил на другую тему. — Я бы предпочёл помочь тебе. Мне не нравится сидеть здесь и ничего не делать.

— Тарелки там, — Вэс указал пальцем, и Рис вскочил с табурета. Господи, в одних спортивных штанах он представлял собой то ещё зрелище. Это чёртово тело. — Почему тебе не нравятся люди в твоём личном пространстве?

Доставая из буфета две белые тарелки, Рис пожал плечами.

— Это просто одна из моих причуд, — сказал он тоном, в котором слышалось: «Пожалуйста, оставь это».

Хорошо, Вэс оставит это. Хотя это его беспокоило.

Рис поставил тарелки на стол и начал выдвигать ящики, пока Вэс не указал ему на кухонную утварь. Вэс достал из шкафчика хлеб и чипсы, прежде чем вернуться к холодильнику.

— Итак, кольцо, — сказал Вэс, вспоминая свою изначальную мысль.

— Ты узнаёшь этот символ?

Вэс открыл ящик для овощей и достал помидор и шпинат.

— Круг с двумя точками наверху? Нет. Есть ли причина, по которой ты зациклился на этом? Ты узнаешь его?

Он оглянулся через плечо на Риса, который пожал плечами.

— Это просто показалось мне знакомым.

Вэс выложил шпинат и помидоры на стол.

— В каком плане знакомым?

— У тебя есть маринованные огурцы?

— Да. В каком плане знакомым?

К лицу Риса слегка прилила краска.

— Возможно, я где-то видел такое кольцо. Это смутно. Я не уверен. Я был молод.

— В самом деле? Где ты его видел?

— Это всё смутно, — повторил Рис.

Вэс нахмурился, заметив, что Рису неловко, но не понимая причины.

— Ты думаешь, кольцо может быть важным?

— Я не знаю, Вэс! Мне просто интересно, узнал ли ты его, вот и всё.

— Окей.

— Мы можем просто потрахаться? Я не особо голоден.

«Просто присмотри за ним, ладно?»

Внезапно слова Кира показались ему более уместными. Что-то не так, и Рис не хотел, чтобы он знал, что именно. Но сейчас не время выпытывать. Пришло время убедиться, что Рис поел, расслабился и немного поспал.

— Нет, — сказал Вэс. — Ты ничего не ел всю ночь. Иди сядь. Я закончу.

Он дал Рису минутку уединения, а сам вернулся к холодильнику за маринованными огурцами. Когда он вернулся к островку, Рис сидел на другом конце, кипя от обычной энергии, но, по крайней мере, он был там. Надеясь, что Рис расслабится, Вэс оставил разговор в покое и занялся сэндвичами, затем подвинул тарелки к столу. Он подошёл и сел рядом с Рисом.

Рис вытащил помидор и шпинат из сэндвича и съел их. Вместо них он добавил горсть картофельных чипсов. Рис поднял глаза, явно почувствовав удивление Вэса.

Рис объяснил:

— Я люблю овощи, только не в сэндвичах.

— Но ты любишь чипсы в сэндвиче?

— Многие люди любят такое, — возразил Рис, но он снова казался более расслабленным и игривым. — Почему все так на меня наезжают?

Вэс улыбнулся и почувствовал, как его напряжение спадает.

— Потому что это весело.

— Ааа, — протянул Рис, придавливая бутерброд обратно. — Это многое объясняет.

— У тебя есть другие кулинарные странности?

— По мнению некоторых людей, да. По моему мнению, нет, всё, что я делаю, совершенно нормально.

Вэс рассмеялся и откусил от своего сэндвича. Он хотел бы, чтобы он мог сделать только это, чтобы он мог просто сидеть здесь с Рисом и наслаждаться едой, и не смотреть на него краем глаза, преследуемый ужасным подозрением, от которого он не мог избавиться с тех пор, как впервые увидел шрамы на правом запястье Риса.

Рис был довольно хорош в том, чтобы держать запястья отвёрнутыми. Если бы Вэс намеренно не сел с правого бока, если бы он не следил за этим, он бы не заметил тонких линий на левом запястье Риса.

На обоих запястьях.

Бл*дь.

* * *

Рис уже проходил через это раньше и знал, что это значит, когда кто-то внезапно становится осторожным рядом с ним. Это было заметно по тому, как Вэс прибирался после еды, осторожничал в движениях, говорил мягче. Это проявилось в том, что он оставил Риса одного в ванной с запасной зубной щёткой и полотенцем.

Когда Рис вышел, он, возможно, прошёл бы мимо кровати, чтобы взять свою одежду, если бы Вэс не сидел на краю матраса, протянув руку. Если бы он не сказал так твёрдо:

— Иди сюда.

Теперь Рис лежал, переплетённый с ним, пытаясь расслабиться. Вэс поглаживал его шею сзади, и Рису хотелось, чтобы это было приятно, а не казалось, что Вэс волнуется.

Когда Рис больше не мог этого выносить, он тихо сказал:

— Ты видел. Не так ли?

Рука Вэса на секунду замерла, а затем снова начала поглаживать.

— Да, Рис, я видел.

— Когда я разговаривал по телефону? Должно быть, я сверкнул этим, как грёбаной неоновой вывеской. Обычно я более осторожен.

Рука Вэса скользнула по спине Риса.

— Я не был уверен, пока не увидел оба.

— Теперь я в порядке.

— Да.

У Риса скрутило живот.

— Это было так давно. Я был молод и глуп и, наверное, не очень хорошо справлялся с жизнью. Но сейчас я в порядке.

Вэс провёл рукой вверх и вниз по его спине, словно не совсем в это верил.

Бл*дь.

Бл*дь, бл*дь, бл*дь.

— Тебе теперь неловко со мной? — спросил Рис. — Ты хочешь, чтобы я ушёл?

— Нет, — Вэс перестал поглаживать и крепко сжал ладонь. — Ни в коем случае.

— Ты уверен? Потому что в моём мотоциклетном шлеме я могу нормально переносить солнечные лучи.

— Я не хочу, чтобы ты уходил. Я хочу, чтобы ты был здесь, со мной. Прости, если тебе показалось, будто мне неловко. Это не так. Я просто не знал, что делать и говорить ли что-нибудь.