Бомбочка-Незабудка (ЛП) - Пекхам Кэролайн

Фрэнк оттолкнул мою руку от себя, натянул свои боксеры и расправил плечи, словно собирался вступить в бой за меня, если Бэнни сорвется из-за этого.

— Черч, — умоляла я, сжимаясь вокруг его пальцев.

Фрэнк ударил его по лицу, и Черч понял, что он делает, и вытащил свои пальцы из меня, натянув на нас одеяло, словно скрывая место преступления. Но было уже, блядь, слишком поздно для этого.

— Бэнни, послушай, — сказала я, вставая на ноги и прижимая одеяло к своему телу, что, если подумать, было не самым лучшим планом, потому что Черч остался совершенно голым, с выставленным напоказ бушующим стояком, да и у Фрэнка дела обстояли не лучше, даже если он был в боксерах.

— Я дал вам одно гребаное правило! — Бэнни указал на Черча и Фрэнка. — А вы нарушили его, как только я вышел за дверь.

— Бэнни, — прорычала я, становясь перед ним с оскалом, достойным всех моих братьев вместе взятых. — Я принадлежу им так же, как и тебе. Ты не имеешь права говорить мне, что я не могу быть с ними, когда тебя нет рядом. Это все равно, что просить солнце заходить каждый раз, когда ты поворачиваешься к нему спиной.

— Я твой муж, любимая, — огрызнулся он. — Разве это не заслуживает уважения?

— Ты сказал, что не против, чтобы я была с ними, и если это правда, то ты не можешь устанавливать правила. Это не просто. Так же, как и мы с тобой не просты. Я хочу их. И я не буду держать свою потребность в них только тогда, когда ты смотришь на нас.

— Но ты моя, — прорычал он, шагнув вперед.

— И я — их. Ты понимаешь?

— Наша, — твердо сказал Черч, и это слово отозвалось в моем теле, как самая глубокая правда, которая когда-либо была произнесена.

Глаза Бэнни переметнулись с моей головы на Черча, и он выругался себе под нос.

— Ради всего святого, убери свой член, Черч.

— Извините, босс, — пробормотал Черч, и я захихикала, глядя, как Черч пытается надеть какую-то одежду.

— А что ты можешь сказать по этому поводу? Ты ужасно молчалив для человека, чей член только что обхватывала рука моей жены, Фрэнки-бой. — Бэнни сложил руки.

— Ради полной прозрачности, Бэнни, я также трахал ее в задницу, — сказал Фрэнк, и румянец залил мои щеки.

— Точно, ну тогда это просто охуенно, не так ли? — Бэнни надулся, и я поняла, что он на самом деле чувствует по этому поводу, двинулась вперед и схватила его за предплечье, чтобы заставить его посмотреть на меня.

— Ты ревнуешь. Вот почему ты не хочешь пропустить ни секунды со мной и с ними, — сказала я, и его губы возмущенно разошлись, прежде чем он подумал об этом и нахмурился, как будто только что понял, что это может быть так.

— Ну да... возможно, я немного такой, если подумать, — пробормотал он, разворачивая руки и притягивая меня к своей груди. — Если ты с ними, то ты не со мной.

— Но то, что я с ними, не отменяет того, что я чувствую к тебе, — искренне сказала я.

Он убрал прядь волос с моего лица, обдумывая это.

— Так эта штука, она действительно работает для тебя?

— Да. Но не в том случае, если ты будешь ограничивать меня, Бэнни. Я должна быть свободной. Никаких цепей, — сказала я, не моргая, давая ему понять, как сильно мне это нужно.

Медленно, он расслабился, кивнул, похоже, найдя в этом какое-то понимание.

— Хорошо, — сказал он наконец.

— Хорошо? — взволнованно спросила я.

— Хорошо, — повторил он. — Пока ты всегда возвращаешься ко мне, я думаю, я могу это сделать. Если это сделает тебя счастливой.

— Сделает, — сказала я, чувствуя, как Черч и Фрэнк подходят ко мне сзади.

— Значит, она наша? — спросил Фрэнк своим глубоким голосом, положив руку мне на плечо, а Черч положил руку мне на спину.

— Наша, — согласился Бэнни, и мое сердце учащенно забилось, а на губах появилась улыбка.

— Ваша, — пообещала я им всем.

— Но от вас, засранцы, не убудет, если вы будете звонить мне по видеосвязи или даже просто сделаете мне кассету, чтобы я время от времени смотрел ее, когда возвращаюсь домой.

Я рассмеялась, прикусив губу и кивнув в знак согласия.

— Но есть одно правило, которому вы все должны следовать, я в том числе, — продолжил он, переведя взгляд на нас троих, и я сузила взгляд, готовая устроить драку, если он говорит серьезно. — Речь идет о договоре. Ты знаешь, о прекращении мафиозных войн и о сделке, которую мы заключили. Сделка, по которой мы должны сделать…

— Ребенка, — вздохнула я, осознавая это, и он кивнул.

— Ты ведь понимаешь, что мы не выполнили свою задачу, пока не смешаем нашу кровь, не так ли, секс-бомба? — спросил Бэнни, смысл его слов был ясен.

— Если я забеременею, он должен быть твоим, — сказала я, оглядываясь на остальных и гадая, как они к этому отнесутся.

— Да. А это значит, что вы, ублюдки, должны либо надевать на свои члены презервативы, либо вытащить из нее член до того, как кончите. Поняли?

Фрэнк раздраженно хмыкнул, а Черч вздохнул.

— Да, босс, — согласился Черч, выглядя более чем немного подавленным этим, и я рассмеялась.

— Отлично, — согласился Фрэнк, и больше мне нечего было сказать по этому поводу. Сделка, заключенная между мафиозными семьями, должна была быть соблюдена, и мы все были в равной степени связаны этими узами. Не то чтобы реальность того, что я могу забеременеть, казалась такой уж реальной, пока я находилась в этом пузыре блаженства.

— Как все прошло с Фирмой? — спросил Черч у Бэнни.

— Просто охуенно, приятель, — сказал он, и все признаки гнева исчезли так же, как и появились. — Похоже, я снова король этого города.

Трое мужчин.

Три варварских, жестоких человека.

И как-то они стали моими.

Я сидела у кухонного острова, пока Черч заваривала чай, а мой муж готовил для всех бутерброды с сыром. Фрэнк был у меня за спиной, его внимательный взгляд, казалось, всегда так глубоко проникал под мою кожу.

Когда Черч расставлял чай в маленьких цветочных чашечках, он наклонился и прикоснулся губами к моей шее. Бэнни повернулся ко мне именно в этот момент, и жар в его глазах, когда он наблюдал за нами, заставил меня прикусить губу. Он положил передо мной сэндвич, затем положил еще три для остальных и подозвал Фрэнка.

Я почувствовала, как он приблизился ко мне сзади, затем наклонился и поцеловал уголок моего рта, его глаза метнулись к Бэнни, пытаясь заставить его что-то сказать. Но мой муж выпил все это, и дрожь пробежала по моему позвоночнику. То, что происходило между нами, было действительно захватывающим, но мы все еще выясняли, как все это работает.

Черч занял место слева от меня, его рука опустилась на мое колено и сжала его, раздвигая мои ноги, а костяшки пальцев Фрэнка прошлись по моему позвоночнику.

— Дайте женщине поесть, — прорычал Бэнни, хотя под его тоном плясало веселье, когда его друзья отступили назад.

Такое расположение должно было казаться странным, но по какой-то причине оно казалось странно правильным. Как будто мы вчетвером вместе вызвали какую-то химическую реакцию, от которой по моему телу разлился умиротворение. В этом не было никакого смысла, и я решила не углубляться в эту тему, потому что сейчас я просто хотела наслаждаться этим после того, как так долго не чувствовала ничего близкого к миру.

Фрэнк опустился на сиденье за Черчем, и когда мы закончили обедать, Бэнни постучал костяшками своих чернильных пальцев по поверхности.

— Нам нужен новый план по борьбе с Царем. У кого есть что-нибудь жизнеспособное?

— Я пойду к нему и вытащу это из него, — сказала я просто.

— Нет. Дальше? — Бэнни закрыл меня, и в моей груди вспыхнул гнев.

— Мы можем захватить Свечника и заставить его рассказать нам, что дал ему Царь, а потом хорошенько его выпотрошить, — предложил Черч.

— Но это не принесет нам никакой пользы от Царя, это касается только Свечника, а нам нужны деньги на строительство, чтобы все прошло быстро, иначе мы окажемся в полном дерьме, — заметил Фрэнк.