Бесстыжий детектив (СИ) - Попова Любовь

— Руслан, Руслан! — встаю с кровати, подхожу, с другой стороны. — У тебя жар. У тебя есть аптечка? Руслан!

— В ванной. Да не кипишуй ты так, — кричит он мне в спину, а я уже бегу в ванную, нахожу чемоданчик, достаю жаропонижающее и градусник. Измеряю температуру под чутким руководством. Блин, всего — то тридцать семь и один, а выглядит так, словно под сорок.

— Ну где моя таблетка? Давай сюда.

— Не надо. Само пройдет.

— Ты издеваешься? Мне херово, а ты решила меня добить.

— Просто переутомился. Я сделаю тебе бульон, лежи, смотри кино.

— Алина! — хрипит Руслан, но вроде не кашляет. Это хорошо. Когда Тиана болела, она все время кашляла так, словно собиралась выкашлять легкое. Иду готовить суп, когда слышу странный звук. Это Руслан тащит огромное кресло на кухню, залезает туда и накрывается одеялом.

— Не хочу кино, сказку хочу.

— Прямо сейчас?

— Хорош отмазываться. Рано или поздно тебе придется через это пройти.

Да я постоянно в своей голове это прохожу, как чертов квест.

— Ну да… У меня была сестра. Она есть, с ней все хорошо. Но тогда не было хорошо. В двенадцать лет она пропала. Мы гуляли в парке вместе с няней и вдруг она исчезла. Знаешь, я думала, что она шутит. У нее была такая манера, спрятаться и не откликаться. Я и тогда подумала, шутит. Может быть, начни я сомневаться, я бы не сидела на месте, крича, как ненавижу ее, а успела бы…. — накрывает. Чувство вины, которое родители только поддерживали буквально сложило меня напополам. Болью скрутило внутренности… Если бы я пошла искать сразу, если бы не сидела на месте

— Не успела… Ты ничего бы не смогла сделать.

— Папа и мама всегда говорили…

— Они идиоты, уж извини. Но людям всегда нужен кто — то виноватый. Они ищут на кого переложить ответственность. Ты не виновата, поняла? Долго искали?

— Неделю… Нам очень помогал Даурбеков, — смеюсь, стирая слезы, смотрю на то, как закипает вода. — Прям не жалел сил, так вкалывал. Был с нами, успокаивал родителей. С ними давал интервью.

— Пиздец…

— Ну это я сейчас понимаю каким лицемерием это все было, а тогда была благодарна. Он был со мной так добр. Таскал игрушки, конфеты.

— Сколько лет она у него была?

— Три года. Все считали ее погибшей, но родители и я не теряли надежду. Омар тоже часто бывал, но с возрастом становится все более мерзким, не знаю, как объяснить. Его взгляд менялся. Он стал трогать меня, случайно конечно, типа. Я понимала к чему все идет, родители давно готовили меня к этому браку. Мозгом я может и смирилась, но тело меня подводило. Оно не хотело такого мужа.

А потом вдруг появилась Тиана. Неожиданно, на пороге дома. Ее словно выкинули, но заботливо завернули в одеяло. Она узнала нас, но где была говорить отказалась. Почти не ела, часто кричала, забивалась в угол. Родители отправляли ее на лечение, но оно не помогло и тогда они приняли решение… Я никогда их в этом не поддерживала, но они убеждали, что это для ее же блага, потому что к нам постоянно ходили журналисты, просто толпами. Тогда родители убедили всех, что она умерла. Были похороны, все по-настоящему.

— Жуть. Как ты это пережила?

— Нормально. Ну то есть… Я уже свыклась с мыслью, что у меня больше нет сестры. А так мы давали ей покой.

— Вас меняли родители?

— Да, чтобы она могла выйти на прогулку, а никто ничего не понял. А потом мне стукнуло восемнадцать, и мы сыграли свадьбу с Омаром. Когда он первый раз меня избил и посадил на цепь я пришла к родителям. Блин, а куда еще. Но они и слушать не стали. Мама вообще потребовала не выносить сор из семьи и не делиться с ней мерзкими подробностями интимной жизни.

— Почему ты не пошла в полицию?

— Блин, думаешь я совсем тупая? Конечно я пошла! Мне никто не поверил. А как только я вышла из отделения на меня наехала машина. Я пыталась покончить с собой Руслан, много раз на самом деле и меня отвезли в клинику. Там было невыносимо. Оказывается, побои и секс с Омаром терпеть проще чем-то одиночество в котором тишина оглушает.

— Ты вернулась?

— Да, Омар пообещал меня не бить, если буду послушной. А потом вдруг Тиана предлагает поменяться на пару часов, как раз время вечерних утех, как называет их Даурбеков. Я должна была отказать, ведь сестра была не в себе, но согласилась. Соглашалась и дальше, каждый раз, почти забывая, что такое секс. Я появлялась на официальных мероприятиях, а Тиана в его спальне.

— И он не понял подмены?

— Мы были одно лицо. Она умело притворялась, хотя потом рассказывала мне как ей с ним было хорошо.

— Всех все устраивало, что случилось?

— Тиана начала устраивать истерики. Порой могла ранить себя или меня. Она уже была беременна и ее организм реагировал странным образом, словно отторгая ребенка. Я копила деньги уже тогда. Воровала по чуть — чуть, чтобы сбежать вместе с сестрой. Решилась, когда Даурбеков узнал, что я типа беременна, на самом деле Тиана.

— Как ты все провернула?

— Ты не думай, я не гений. Нам помогли очень сильно.

— Кто? — Руслан перестает лежать и садится в кресле.

— Один из полицейских. Загитов. Он пытался что — то сделать, записывал мои показания, открывал дело, но каждый раз ему приказывали оставить все без внимания.

— Ты сама к нему пришла?

— Да. Попросила помощи. Дала денег, сколько было. Ночью я дала сестре снотворное и вывезла ее из дома, спрятала у него на квартире, переодевшись в горничную. На утро заявила, что сестра пропала. Хотела уже сама пойти в полицию, но родители боялись огласки и сказали, что сестра погуляет и вернется. Вечером я сама спровоцировала Омара. Кричала, била его. Но держался до последнего, ведь думал, что я ношу его ребенка, но потом не выдержал и сбросил меня с балкона.

— Что?

— Ну, я сама там стояла, он просто неудачно меня пихнул, и я типа поскользнулась. Встала и сразу побежала. Знала все тайные места, где можно пролезть сквозь высокий забор. Рванула к мосту и прыгнула.

— А плавать ты где училась?

— Плавать не умела Тиана, всегда воды боялась, а я плаваю с самого детства. Тот полицейский встретил меня на машине, где уже сидела сестра. Она была связана, потому что не хотела уезжать. Она хотела вернуться к Омару.

— Блин, я не понимаю почему…

— Я много потом об этом читала. Стокгольмский синдром, так это называется. Когда организм в состоянии стресса просто подстраивается под абьюзера, чтобы избежать катастрофы. Ну а потом уже этот абьюзер кажется ему почти богом, самым лучшим, сильным, могущественным.

— Как в твоей первой книге?

— Да, там именно про это. Девушка остается у ног своего хозяина, потому что только там она по-настоящему счастлива и спокойна.

— А лицо?

— Ты будешь смеяться, но мы попали в аварию. Я закрыла Тиану от огня и мое лицо полностью обгорело. Рома, так звали того полицейского договорился об операции и мне сделали лицо. Мы осели в том городе, пока Тиана не родила, но ребенка она категорически не приняла.

— А ты…

— А я еще восстанавливалась после аварии. Долго лежала. Тиана выгляделал нормальной, адекватной даже, но сказала что не хочет воспитывать ребенка чудовища.

— Детский дом?

— Рома нашел семью. Бездетную, в одной деревне. Тиану мы перевезли заграницу, а я осталась в России, поехала в Питер.

— А где этот Загитов теперь.

— Я не знаю. Мы оборвали все связи, так было безопаснее.

Пока рассказываю успеваю приготовить суп и налить своему слушателю, лицо которого сильно напряжено. Наверное пытается уложить все в одну картинку.

— Ты сильно рисковала обращаясь к этому Загитову.

— Знаю. Но я ведь еще не знала тебя. Ты бы мне помог?

— Конечно, только попросил бы плату… — хочет он ущипнуть меня за попу, но я успеваю увернуться. Настроение ниже некуда, а призраки прошлого стягивают грудь плотным кольцом.

— Ты ешь, я пойду посплю еще…

— Алина, я знаю, как тебе тяжело, но я должен был сложить в своей голове этот пазл.