Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет (СИ) - Архипова Елена

Прошел мимо длинной очереди на вход в элитный клуб, охранникам на входе бросил:

— Я на пять минут. Только заберу девушку.

— А ты ей кто? Тут все совершеннолетние! — попытался было один из охранников встать в позу, но был одернут напарником:

— Вадя, не вякай! Киборг, ты за кем? Твоей вроде у нас нет сегодня.

— Я за Натальей. Её подругой.

— А, знаю, — второй кивнул, — в ВИП-зоне на втором этаже компашка гуляет. Чей-то день рождения празднуют.

Тихон уже было шагнул внутрь, но остановился:

— А, да! Парни, я там свой крузак бросил, перегородив двум ягуарам выезд.

— Поняли тебя. Прикроем.

Тихон вошел в клуб, окунувшись с порога в орущую музыку, мелькание прожекторов под потолком и толпу гуляющих мажоров. Огляделся, нашел ВИП-зону и двинулся к лестнице.

На втором этаже было несколько закутков под громким названием “ВИП-кабинеты”. На входе предпоследнего закутка, перегораживая спинами обзор случайным любопытным, стояло двое парней.

“Это с чего бы? — мелькнула мысль. — Вот жопой чую, что она там!”

Тихон шел спокойным медленным шагом, заглядывая в каждый закуток, окидывал взглядом находящихся там и, не находя Наталью, шел дальше.

Двое на входе в предпоследний закуток явно занервничали переглядываясь.

Нужная Тихону девушка нашлась в том самом, предпоследнем, который своими спинами пытались прикрыть два быка.

— Дядя, шел бы ты отсюда! — снисходительно бросил один из парней, правильно считав его желание войти. — Видишь, влюбленные уединиться решили.

То, что видел Тихон, на уединение двух влюбленных походило мало. Зато очень смахивало на групповое изнасилование. Один из парней держал вяло сопротивлявшуюся Наталью за руки, второй, пристроившись ей между ног, активно двигал задницей.

— Ах вы, сучки! За групповуху сесть захотели? Так я вам, девочки, помогу! Устроим в лучшем виде, не сомневайтесь. Будете и вы иметь вот такое же уединение каждый день!

С этими словами Тихон разметал быков, стоящих на входе, в разные стороны, врезав каждому из них так, что они остались лежать на полу, и шагнул внутрь закутка.

Того, кто был без штанов, отшвырнул от Натальи, приложив его для верности кулаком в морду. Подонок завизжал и схватился за нос, из которого фонтаном хлынула кровь.

— Да ты знаешь, кто я? — парень визжал не хуже истеричной бабы. — Да ты, блядь, уже завтра будешь в обезьяннике свой зад вонючим бомжам подставлять, урод! Тебе, сука, там очко порвут на британский флаг! — парень, сидя голой задницей на полу, держался за свой свернутый нос обеими руками и продолжал сыпать угрозами: — Ты до конца жизни под себя ходить будешь, козлина!

Тихон, которому надоели визги, наклонился к парню и быстрым коротким ударом врезал тому еще и в челюсть. Судя по раздавшемуся даже сквозь громкую музыку хрусту, он её сломал. Парень заткнулся и остался сидеть, как сидел — на полу и без штанов.

Киборг удовлетворенно кивнул, прислонил парня спиной к стене, выпрямился и развернулся к дивану, на котором лежала Наталья. Парень, который держал девушку за руки, увидев весь расклад, тут же отпустил её, демонстративно подняв руки ладонями вверх.

— Я её не трогал! Только держал! Это всё Гарик придумал! Она его динамила уже полгода, вот он и решил…

Тихон нагнулся к девушке и одернул подол её платья.

Наталья завозилась и попыталась оттолкнуть его руку.

— Нет… Пожалуйста, не надо… — всхлипнула жалобно.

— Тихо-тихо. Это я. Сейчас, подожди чуть-чуть. Скоро уйдем, — говорил тихо и ласково, так, словно были они здесь только вдвоем.

— Давай-ка вот так, да? — помог девушке сесть.

Не глядя на подонка, снял пиджак, накинул его на плечи девушке и вдруг, выбросив руку вперед молниеносным движением, схватил парня за запястье, резко дернув того на себя.

— Только держал, говоришь? — процедил сквозь зубы. — Теперь ты долго не сможешь никого держать.

Перехватил за локтевой сустав, развернул подонка спиной к себе, одной рукой уперся ему между лопаток, второй резко дернул руку помогателя на себя и вниз.

Раздался треск рвущихся плечевых связок, и ладонь Тихона тут же закрыла пасть, из которой уже вырывался вопль, полный боли и ужаса. Зубы орущего впились в ладонь Тихона, из-под которой потекла струйка алой крови.

— С-сука! — прошипел злобно и трахнул того лбом в затылок.

Тело, потерявшее сознание, обмякло, и Тихон убрал руки, позволяя тому кулем рухнуть на пол. Наклонился, вытер кровь с ладони о рубашку парня, выпрямился и повернулся к Наталье, застывшей на диване неподвижно.

Ни слова не говоря, наклонился и подхватил её на руки. Выпрямился легко, словно бы не держал на руках пусть и стройную, но всё ж таки взрослую девушку. Прижал к себе бережно, как если бы она была из фарфора, прошептал, прижимаясь губами к её лбу:

— Всё, моя хорошая, всё.

Перешагивать через ноги сидящего на полу не стал — наступил намеренно уроду на колени, еще и придавив дополнительно ногой, и вышел из закутка.

Наталья, оказавшись в руках Тихона, разрыдалась и прижалась к широкой груди мужчины:

— Я не хотела… Не хотела! Они что-то мне подсыпали… Я потом уже это поняла… — всхлипывала и прижималась теснее, цепляясь за мощную шею.

— Ну всё, всё. Сейчас в больницу поедем, зафиксируем всё, да? Ты ведь не хочешь, чтобы эти уроды остались безнаказанными?

— Не хочу.

— Вот и умница. Вот и молодец.

Из клуба Тихон вышел беспрепятственно, бросив охране на входе:

— Приберитесь там. Где меня искать, вы знаете.

Глава 16

Стоило Дмитрию выйти из комнаты, Илька шумно выдохнула:

— О-че-шу-еть…

Щеки полыхали от одной только мысли о том, что Дмитрий её вчера раздевал и обтирал.

— Блин, ничего не помню!

Посидела в кровати, прижимая ладони к пылающим щекам. Как ей теперь говорить-то с ним, когда он её голую видел?

— А, собственно, что изменилось? Мы с ним оба взрослые! Что он, до меня женщин голых не видел, что ли? И видел, и раздевал, и трахал и много чего ещё “и”! — выпалила и замолчала, пытаясь осознать свои ощущения.

Что за нафиг? Почему ей неприятно это осознавать? Не ревнует же она его, в самом деле?

Илька попыталась представить рядом с Отшельником женщину — красивую, ухоженную, такую же сильную, как он сам, и поняла, что ей это капец как не нравится. Да что за ерунда-то??

Она видит этого мужчину первый раз в жизни! Ей нет никакого дела до его взаимоотношений с женщинами! Тогда почему так неприятно-то?

А вот интересно, у них с Анжелой было что-нибудь?

Хотелось думать, что нет. Не было. Не представлялись они рядом как пара. Даже с учетом татух не представлялись!

— Совсем крыша поехала! — ругнулась на себя и вылезла из кровати.

Понятно, что Дубов, даже с учетом его шрамов, и видел, и раздевал многих женщин, но ей-то, Ильке, от этого не сильно легче.

Её-то до вчерашнего вечера никто ни разу в жизни не раздевал. Даже Виталик, её недомуж, не делал этого. С ним у них всё было ровно, и даже как-то обыденно. И почему её это ни разу не насторожило?

Нет, сейчас, с учетом того, что она знает о той рыжей шмаре Витали, это понятно! С Илькой он, как выяснилось, всего лишь отбывал повинность. А она, дура доверчивая, воспринимала это за такт с его стороны, он, мол, слишком ценит и дорожит ею.

Ага! Как же! Сама придумала себе принца на белом коне, сама же его и полюбила. А по итогу из Витали принц, как из говна лопата.

После разговоров с Анжелой Илька вспоминала их с Виталиком роман, складывала два плюс два и понимала, что Виталик её никогда не любил. Его она интересовала только потому, что она дочь Валерия Слободского. Только поэтому. Только.

— Наивная идиотка! — обозвала сама себя в который уже раз с момента побега с собственной свадьбы.

Достала из чемодана чистые вещи и отправилась в душевую.

Нет, сегодня она не пошла в душ. Конечно, она себя лучше чувствовала, но было всё равно боязно разболеться, да еще здесь, в глуши, в чёрт знает скольких километрах от цивилизации и без лекарств. Здесь вон и связь-то не ловит!