Профессор. Отличница для тирана (СИ) - Альмонд Виктория

Заварив себе чай, я сделала глоток и облегченно выдохнула. Всё позади. Марк будет жить и это главное.

Несколько часов назад, когда он потерял сознание, я думала, мое сердце разорвется. В тот момент я поняла, что не откажусь от Марка. Научусь доверять ему и наконец выкину из памяти всю ту боль, которая сжигала меня последние пять лет.

Буду сильной. Счастливой. Любящей. Буду с Марком. И мне неважно, чем закончится наша новая глава отношений.

Найдя в кладовой средства для уборки, я переоделась в шорты, футболку и принялась наводить чистоту. Иначе ощущение, что в квартире Марка решили снять хоррор фильм — никак не отпускало.

Чуть ли не каждые десять минут забегая в оборудованную посреди квартиры медицинскую палату, я проверяла Марка. Ужасно волновалась, что что-то может пойти не так. Держала телефон наготове, чтобы сразу же позвонить Лексу.

Но, к счастью, всё было стабильно. Марк спал, иногда хмурился и шептал что-то невнятное. Пару раз даже грязно выругался, и я успела записать это на диктофон. Потом, когда проснется, дам ему послушать.

Надеюсь, злиться не станет.

Спустя несколько часов, чувствуя, как живот начало скручивать от голода, я сделала перерыв. Пока разогревала себе остатки вчерашнего ужина, позвонила Алисе. Сказала, что не смогу к ней переехать.

Разумеется, ей стала интересна причина. Утаивать правду не стала. Рассказала, что встретила парня и переехала к нему.

— Парня?! — удивилась Алиса. — Ты же вроде еще неделю назад ни с кем не встречалась.

— Ну, — я зажала телефон между ухом и плечом, и нарезала бифштекс на кусочки. — Мы уже давно знаем друг друга. Недавно случайно встретились и всё так быстро завертелось, что… Ну, думаю, ты меня понимаешь.

— Нет, не понимаю, — хмыкнула подруга. — Но рада за тебя.

Алиса попыталась подробнее узнать о Марке, но я сделала вид, будто меня зовут.

Снова заглянув в палату к любимому мужчине, я села на краю кровати. Провела по его бледному, покрытому ссадинами, лицу. Очертила подушечками пальцев контур полных губ и, поддавшись вперед, поцеловала их.

Если бы кто-то пять лет назад сказал мне, что я до беспамятства влюблюсь в мужчину, который менял лампочку у нас в подъезде, ни за что бы не поверила. Говорят, что любовь живет три года. Что же, видимо со мной что-то не так.

Решая немного полежать рядом с Марком, я растянулась с краю. Осторожно обняла его за талию и не заметила, как провалилась в сон.

Мне снился кошмар. Тот самый день, когда наши с Марком пути разошлись. Мой отчим одержимо охотился за местной бандой, и я даже представить не могла, что мужчина, которого я люблю, окажется втянут в этот мрак.

Вернувшись из бассейна, я направилась в свою комнату, но была остановлена обманчиво тихим, вкрадчивым голосом отчима.

— Снежана, — позвал он. — Как прошла тренировка?

— Хорошо, — обернулась. — Я думала, ты на работе.

— Планы изменились, — он похлопал ладонью по дивану, приглашая сесть. — У меня есть к тебе пара вопросов. Это не займет много времени.

Ну, раз не займет…

Через час я должна была ехать к Марку. Я знала, что невинными поцелуями дело не ограничится. Сегодня наши отношения могли выйти на новый уровень. Я ужасно нервничала, но успокаивала себя: Марк был тем единственным, с кем я хотела стать женщиной.

С шестнадцати лет я мечтала, что мой первый раз будет по любви. И Марк был ею. Глубокой, настоящей.

Сев рядом, я ответила на несколько общих, пустых вопросов. А потом отчим спросил про Марка. Сказал, что видел нас вместе. И рассказал такое, что холодный ужас пронзил меня от макушки до пят.

Я не поверила. Марк не мог быть бандитом. Он был добрым, заботливым, нежным. Не кровожадным чудовищем.

— Снежана, я понимаю, первая любовь, чувства. Но поверь мне. Марк опасен. Такое зверьё, как он, должно гнить за решеткой. Он просто вскружил тебе голову и…

Я не стала слушать его дальше. Вскочила на ноги и заторопилась спрятаться у себя в комнате.

— Я не закончил, — отчем болезненно схватил меня за волосы и резко рванул на себя.

Я в ужасе закричала, пытаясь высвободиться из его хватки. Из глаз хлынули слёзы.

— Ты сделаешь, как я скажу, потаскуха, — он подсёк мне ноги, заставляя рухнуть на колени. — Если откажешься, я сделаю так, что вы с мамашей окажетесь на улице. Никто не возьмет её на работу. Я заберу вашу квартиру и…

— Снежка, — низкий, встревоженный голос пробился сквозь мутную пелену кошмара. — Снежка, проснись!

Я резко распахнула глаза, выныривая из темноты. Сразу утонула в синих омутах Марка, ощущая, как его пальцы нежно гладят мою щеку.

— Тшш, — успокаивающе прошептал он. — Это был просто кошмар. Я здесь, с тобой.

Глава 21. В ванной

— Сиди смирно, — улыбнулась я, обматывая плечо и грудь Марка пищевой пленкой. Ему нужно было принять ванну. И чтобы бинты не намокли, я была вынуждена защитить их подобным средством защиты.

— Снежка, я справлюсь, — он перехватил мою ладонь и прижал к своим губам. Расцеловал каждый пальчик, обдавая кожу горячим, влажным дыханием. Игриво куснул.

— Нет, — я отрицательно помотала головой. — Твое прошлое «справлюсь», закончилось тем, что швы разошлись. Если так продолжится, то Лексу придется переехать к тебе и…

— К нам, — Марк посмотрел на меня в упор. — Но, ты права.

Закончив с обёртыванием, я клюнула Марка в щеку и упорхнула в ванную. Прошло уже десять дней с момента, как я застала его подстреленным. Все эти дни я старалась не отходить от него. Отлучалась разве что на поездку в университет. И то, сначала я была категорически против.

Здоровье Марка для меня было в сто крат важнее, чем учеба. Хотя тут даже сравнивать было бессмысленно. Но он настоял, чтобы я не пропускала занятия. Даже начал шантажировать, что не поставит зачет и отправит на пересдачу.

Разумеется, меня это рассмешило и нисколько не напугало. Но я видела, как он расстраивается и переживает. Поэтому, дом-университет-дом, стал моим несменяемым маршрутом на эти дни.

Несколько раз к нам приходил Лекс. Делал перевязки, проверял состояние.

— Погоди, я тебя раздену, — перехватила руку Марка, когда он потянулся к резинке домашних брюк.

Мы стояли посреди просторной, темной ванной комнаты. Теплая вода наполнила ванну наполовину, по воздуху разносился влажный пар.

— Снежка, погоди, — Марк сжал мое запястье. Его грудь вздымалась, голос снизился до хриплого шепота.

Я тоже чувствовала это. Напряжение. Оно было настолько осязаемым, что, между нами, чуть ли не искрило. Каждый раз, оказываясь в объятиях Марка, я подходила к грани. Как и он. Наши тела горели от желания и возбуждения. Наши губы были не в силах оторваться друг от друга. Мы целовались, тонули в стонах, в нежности и страсти.

Но каждый раз вовремя останавливались, зная, что это может усугубить состояние Марка. Ему нужно было восстанавливаться, а не растрачивать свою энергию.

— Что-то не так? — я непонимающе помотала головой, смотря на Марка снизу вверх. На дне его расширенных зрачков горело пламя, в котором я хотела сгореть дотла.

— Всё так, но, — он положил мою ладонь на свой каменный бугор в штанах, — я сдохну, если не окажусь внутри тебя.

Я вспыхнула, понимая, что тоже хочу этого. Безмерно. Глубоко и остро. До сладостного всхлипа. Между ног уже разливался потоп.

— Марк, я, — облизала губы, чувствуя, как щеки горят, а грудь отяжелела от возбуждения. — Мы еще успеем. Чем раньше ты выздоровеешь, тем быстрее окажешься внутри меня.

Он фыркнул.

— Либо у меня яйца взорвутся.

Я не удержалась и прыснула от смеха. Схватила резинку его брюк и резко потянула вниз. Наружу тут же выскочил его эрегированный, налитый член. Я нервно сглотнула, сдерживаясь, чтобы не коснуться его.

— Ну, вроде все на месте, — усмехнулась я, — ничего не взорвалось.

Заскользив взглядом по косым мышцам живота и накаченному прессу, я задержалась на рельефной, загорелой груди. Сжала грубую ладонь Марка в своей и потянула в сторону ванны.