Поглощенный волк (ЛП) - Рейн Отэм

Ведьмы, которых привела Хизер, быстро приступили к работе. Они были всего лишь ученицами, делающими это, чтобы помочь подруге, но, когда они вылечили его, и у него отпали швы, результаты были потрясающими. Его загорелая грудь была покрыта шрамами, бледно-розовыми отметинами, но он больше не страдал. Следы от зубов потребовали от них немного больше внимания, но они также смогли их убрать.

Они не могли ничего сделать с его головной болью или больными конечностями, но ему уже было в тысячу раз лучше.

— Я никогда не смогу тебя отблагодарить в полной мере.

Я обняла Хизер, пока студенты собирали свои вещи.

— Ты всегда можешь посидеть с маленьким Сэмми, — поддразнила она.

— С удовольствием, — улыбнулась я ей в ответ.

Они ушли, и когда дверь закрылась, мне потребовались все силы, чтобы просто не подойти к дивану и оседлать его. Я должна подождать. Он медленно встал, потянулся и попытался проверить свою руку, чтобы убедиться, что она не слишком напряжена.

— Они проделали потрясающую работу, — восхищался он.

— М… хм, — согласилась я. — Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, — кивнул он. — Спасибо, что позаботилась обо мне.

Без рубашки, без всей запекшейся крови, он был таким же горячим, как всегда. Его торс был сложен как у пловца, широкие и толстые плечи, одно с новым шрамом, ведущим к удивительной комплектации грудных мышц и пресса, и тонкой талии, которая направила все эти мышцы в пару моих свободных спортивных шорт, которые я надела на него, пока его лечили. Шрамы были немного сексуальными, давая ему что-то опасное и новое, чего у него не было как у моей школьной влюбленности.

— Нравится то, что видишь? — поддразнил он.

Я засмеялась и отвернулась.

Уверенный, Мэтт подошел ко мне и поднял мое лицо, чтобы поцеловать.

Сначала я не целовала его в ответ, но мое упрямство постепенно растаяло, и, наконец, я ответила. Его мощные руки притянули меня ближе к себе, мои руки были на его обнаженной и знакомой груди. Каждая часть моего мозга просто кричала, чтобы он спарился со мной, чтобы взял меня, наконец, наполнил меня своими щенками.

Прежде чем я успела уступить, раздался глухой удар, сотрясший всю хижину.

— Что это было? — ахнула я.

— Оставайся здесь, — сказал он, направляясь к двери.

Я ни за что не позволю ему идти туда одному!

Я быстро разделась и догнала его. Он бросил на меня более чем одобрительный взгляд, когда выходил. Если бы не ситуация, я бы посмеялась над тем, как он реагирует. Открыв дверь, я перекинулась и быстро спустилась за ним по ступенькам. Будучи волком, он был таким огромным по сравнению с тем, какой маленькой я себя чувствовала, будучи лисой. Обычно я чувствовала себя защищенной им, но в этот момент я чувствовала, что мне нужно нечто больше, чтобы помочь ему.

Внизу лестницы мы увидели, что вызвало волнение.

Дракон пытался сломать сваи, на которых стояла половина дома! Одно из его крыльев было сломано, казалось, что оно держалось на волоске. Магия, мощь и барвинок подпрыгивали и сталкивались с каждым его ударом. Однако он не был непроницаемым. В земле была видна колея того, как далеко он оттолкнул одну из них. Он не мог сломать его, но точно мог сдвинуть.

Он собирался заставить всю хижину упасть со склона горы!

Мэтт зарычал и завыл на дракона, который быстро повернулся и взревел, прежде чем бросился на нас.

Внезапно я больше не хотела быть там.

Отступив назад, когда они напали друг на друга, я побежала обратно в дом и приняла свой человеческий облик. Если бы я могла его найти, в этой бутылке все еще был медвежий спрей. Это бы не сильно помогло, но этого должно было быть достаточно. Я услышала еще один рев и почувствовала жар, когда вышла на улицу.

Он использовал огонь!

Этот медвежий спрей ни на что не годится.

Может быть, для человека спрей мог что-то сделать, но с ним, как с драконом, я сомневалась, что смогу попасть ему в глаза. Я слышала вой и лай Мэтта, а это означало, что с ним все в порядке. Спустившись немного по лестнице, просто чтобы посмотреть, на случай если я смогу помочь, я почувствовала запах дров.

Он поджег часть леса.

Горела добрая часть деревьев, может быть, всего двадцать деревьев. Это должно было распространиться в мгновение ока, абсолютно тупой дракон. Я хотела взять шланг и сделать что-нибудь, чтобы остановить горение, но тогда мне нужно было пройти мимо него, чтобы что-то сделать, а это было невозможно.

Он бы меня легко раздавил.

Я была поражена тем, насколько хорошо Мэтт держался.

Он потянулся к шее дракона, кусая и царапая, и было так много крови. Пока Мэтт выглядел невредимым, но дракон пытался его схватить. Солнце зашло, и я прижалась поближе к дому, чтобы скрыться из виду.

Я посмотрела на огонь и в шоке поняла, что он уже потух.

Дыма не было.

Ничего не было.

Оббегая дальше по стене дома, я попыталась получше рассмотреть.

Какие-то существа из глубины леса схватили дракона.

Мэтт отскочил, зарычал на них, но они почти не смотрели на него. Их заботил только дракон, который снова принимал человеческий облик. Вчерашний высокий долговязый мужчина сопротивлялся и кричал. Что это за перевертыши?

Я вспомнила, как я себя чувствовала, когда была тут в ту первую ночь, когда выносила мусор.

Было так легко предположить, что это был всего лишь тот дракон… но теперь?

Мэтт сказал, что не приезжал...

Что это было, черт возьми?

Когда они скрылись из виду, Мэтт снова стал человеком, и я последовала его примеру.

— Что это было? — спросила я.

— Не знаю, — покачал он головой, глядя на деревья. — Вблизи они выглядели так, как будто были сделаны из камня, — сказал он.

В этом не было никакого смысла, но слова Хизер снова вспомнились мне.

«В этих лесах есть вещи, которые мы не смогли бы понять, даже если бы попытались». То, что наказывало компании за попытки строить дальше в лесу, вещи, которые были настолько плохи, что вокруг них буйно разрастался местный фольклор.

Я не уверена, что это были за существа, но была рада, что они оставили Мэтта в стороне.

Глава 8

Эшли

Нам пришлось продать дом, который Мэтт купил на эти деньги.

Это было похоже на ложь, как будто было неправильно оставить его.

Через неделю после того, как мы разместили предложение, он был продан намного дешевле, чем мы его купили.

Но я не отказалась от хижины тети.

В ту ночь, когда мы продали дом, мне показалось, что с моих плеч свалилась тяжесть. Как будто мы можем начать все сначала, двигаться дальше и продолжить жить своей жизнью. Мы решили жить в хижине, пока не найдем или не построим другой дом для нового начала.

Я все еще не позволяла Мэтту делать ничего, кроме как целовать меня.

Я знала, что он жаждет меня, знала, что нуждается во мне. Он был более собственническим, более ревнивым, и было чертовски приятно знать, что он скучал по мне и хотел меня. Мне нужно было, чтобы он показал мне насколько.

Он нужен мне как воздух.

После того, как мы продали дом, мы долго ехали обратно в хижину, выли и пели под музыку по радио в моей машине. Это было похоже на старшую школу, как будто мы были двумя сумасшедшими детьми, которые просто общались и узнавали друг друга.

Я припарковала машину и не сразу пошла в дом.

— Что такое? — он спросил.

Мэтт выглядел осторожным, как будто беспокоился, что я все еще злюсь на него.

— Иди сюда, — сказал я.

Он обошел машину, а я прислонилась к водительской двери.

— Насколько сильно я тебе нужна?

— Что?

Он выглядел застигнутым врасплох.

— Скажи, что я тебе нужна, — сказала я.

— Ты мне нужна, — ответил он без паузы.

— Насколько сильно?

Через мгновение выражение его лица изменилось со смятения на что-то другое.

Казалось, Мэтт понял то, о чем я просила, и подошел ко мне.