Сломленная (ЛП) - Элледж Брэнди

Его губы едва коснулись моих, когда в дверь постучали.

Отстранившись, он сказал:

— Когда-нибудь ты будешь полностью моей, и сама будешь умолять о передышке.

Я почувствовала, как новый румянец поднимается по моей шее и заливает щёки, но от того, как он смотрел на меня, я чувствовала себя более желанной и уверенной в себе, чем когда-либо прежде.

— И это тоже обещаешь?

Он провёл большим пальцем по моей нижней губе, но всё, что он собирался сказать, оборвалось, когда рядом с нами появилась Реми.

— Ладно, я знаю, о чём вы оба сейчас думаете. Так что, прежде чем вы что-нибудь скажете, позвольте заверить вас: да, я действительно пять минут подслушивала под окном, чтобы убедиться, что сейчас подходящий момент. Потом я поняла, что если дам вам ещё пять минут, то подходящий момент уже закончится. И хотя я безумно рада за вас обоих, пусть и с щепоткой зависти, потому что вы двое — одни из моих самых любимых людей, я вынуждена объявить тайм-аут этому празднику любви. — Она подмигнула мне. — Я так горжусь тобой сейчас, и потом ты обязана рассказать мне всё в подробностях.

Я покачала головой.

— Я не собираюсь рассказывать тебе никаких подробностей.

Реми пожала плечами.

— Вот видишь, что получается? Вчера я сознательно решила не быть сталкером. Я ведь могла просидеть прошлой ночью у вашего домика с миской попкорна, но дала вам уединение и личное пространство. И вот так ты мне отплачиваешь? Некрасиво, подруга, совсем некрасиво.

Раздалось жужжание, и она подняла вверх один палец.

— Подождите секундочку. Это папочка моего ребёнка.

Я посмотрела на Финна, который изо всех сил старался не рассмеяться.

— Это не смешно, — сказала я ему.

Он поднял обе руки.

— Это твоя подруга.

Реми прочистила горло.

— Да, Эзра? Ты звонишь поговорить о просроченной выплате алиментов? — Она постучала ногой по полу и несколько раз выразительно фыркнула, прежде чем сказать: — Я тебя услышала и ценю твои чувства. Надеюсь, теперь ты чувствуешь, что тебя поняли. — После этого она сбросила вызов.

— Что это было?

— О, он злится, потому что я вынесла из его ванной все полотенца. Сегодня утром ему пришлось идти мимо моей комнаты, прикрываясь только мочалками. — Она мечтательно вздохнула. — Кажется, я снова с ним сойдусь.

Несколько мгновений мы молчали. Реми витала в своих мыслях, вероятно, вспоминая сегодняшнее утреннее шествие Эзры, а мы с Финном понятия не имели, что на это сказать. Наконец Реми хлопнула в ладоши.

— Ладно, нам нужно убивать демонов и найти Пылающий Меч.

Финн кивнул.

— Собери всех и скажи, чтобы встретились с нами в библиотеке.

— Будет сделано, босс. — Она отсалютовала ему, а затем пробормотала что-то о том, что нужно конфисковать все мочалки.

Финн взял меня за руку — ту самую, на которой теперь красовалось прекрасное изумрудное кольцо, — и поцеловал её тыльную сторону.

— Реми — та ещё личность.

— Ага. Без её странного и извращённого чувства юмора я даже не знаю, смогли бы мы пережить хотя бы половину того, что видели, как демоны делают с людьми.

Он кивнул.

— Юмор способен осветить даже самую тёмную душу, но я всё же переживаю за Эзру.

Я рассмеялась, когда мы вышли из домика.

— Да ну перестань. Ему это нравится. Более того, он дуется, когда она шутит с кем-то другим.

Финн покачал головой, словно ему было трудно это представить.

Остаток пути до кампуса мы прошли в уютном молчании. Я не знала, как долго продлится это ощущение совершенства, но собиралась впитать каждую секунду того, насколько правильным сейчас казался мой мир. Про себя я молилась, чтобы это длилось дольше, чем можно было ожидать.

Глава 29

Что ж, это продлилось недолго.

Эзра с силой ударил кулаком по столу.

— Она сказала что?

Я ещё раз пересказала всё, что Луна мне рассказала. Потом на несколько минут воцарилась тишина.

Ханна вздохнула.

— Из-за этого я чувствую себя ужасно. Когда нас поставили в пару, она сказала, что хочет кое-что со мной обсудить, но для серьёзного разговора так и не нашлось подходящего момента. Мне следовало самой найти её до того, как мы разошлись спать.

Реми кивнула.

— У меня то же самое.

Трев поднялся из-за стола и начал мерить комнату шагами.

— Она… была нам как младшая сестра. Мы должны всё исправить.

— Она сама должна захотеть вернуться со мной. Я не могу её заставить.

— Мне всё равно, если тебе придётся притащить её сюда силой, брыкающуюся и кричащую. Сделай это, — сказал Трев.

Всё произошло так быстро. Я даже не заметила, как Финн вскочил со своего места и схватил Трева. Я едва успела моргнуть. А когда всё снова обрело чёткость, Трев уже был прижат к стене, не касаясь ногами пола. Он смотрел на Финна в упор, хотя его лицо уже покраснело от нехватки воздуха.

Я вскочила и подбежала к Финну. Его глаза почти полностью почернели, и лишь кое-где в них мерцали зелёные вкрапления. Его голос был низким и едва сдерживаемым.

— Мне ты не особо нравишься. Моему зверю ты тоже не особо нравишься. Следи за своим тоном, когда разговариваешь с Габриэллой, потому что сейчас мне слишком легко свернуть тебе шею. Мы поняли друг друга?

Прошло несколько секунд, прежде чем Трев ответил:

— Понял.

Я коснулась руки Финна, той, что всё ещё сжимала горло Трева.

— Опусти его.

Он отпустил Трева на пол, а затем повернулся ко мне. Внешне он выглядел совершенно спокойным, но чёрный вихрь в его зелёных глазах безошибочно выдавал, что он был в одном шаге от того, чтобы позволить зверю внутри себя разобраться с Тревом.

— Я немного прогуляюсь снаружи, но всё равно буду слышать всё, что здесь происходит.

Я кивнула и проводила его взглядом, пока он выходил из библиотеки. И тут до меня дошло. С его новыми Дарами он мог слышать нас даже с такого расстояния? Вот это впечатляет.

Уперев руки в бока, я повернулась к Треву.

— Прости, — сказал он. — Она для меня такая же сестра, как Эзра — брат.

— Я понимаю, — и действительно понимала, — но крики на меня никак не помогут.

— Ещё раз прости.

Эзра выдвинул стул рядом с собой.

— Иди присядь, брат.

— Ладно, можешь сказать Луне, что нам всем чертовски жаль и что мы виноваты ничуть не меньше, чем она? А потом убедить её вернуться? — спросила Реми, грызя ноготь на большом пальце.

— Не могу поверить, что она решила, будто мы не будем любить её без всяких условий, — сказал Трев. — Что она подумала, будто мы просто вычеркнем её из своей жизни.

Я кивнула.

— Я сделаю всё, что смогу, чтобы убедить её вернуться со мной. Обещаю, что расскажу вам, как пройдёт наша следующая встреча. А пока давайте сменим тему. Камаэлла теперь знает, что Пылающего Меча, который Райвер украл, недостаточно, чтобы открыть Врата Ада. Значит, ей нужно больше. Единственный способ получить это — если мы добровольно передадим ей остальное.

— Мы бы никогда этого не сделали, — сказал Трев.

Я вопросительно приподняла бровь.

— Даже если бы у неё были ваши младшие сёстры?

Трев и Эзра переглянулись.

— Вот именно, — сказала я. — Есть человек, которого каждый из нас любит настолько сильно, что ради него мы пожертвовали бы всем. Я поговорю с Финном и посмотрю, сможет ли один из двух оставшихся архангелов охранять академию. Нужно сделать всё возможное, чтобы обезопасить всех здесь. Но факт остаётся фактом: никто из нас не сможет спокойно жить, пока Пылающий Меч не будет возвращён у Райвера, а Камаэлла не отправится прямиком в Ад.

Ханна кивнула.

— С чего начнём?

Финн вошёл через двери библиотеки. Его глаза снова были изумрудно-зелёными.

— С ловушки для Райвера. Такой, перед которой он не сможет устоять. Если ты собираешься это сделать… если мы собираемся это сделать… тогда всё будет по-моему.