Вампир-мститель (ЛП) - Харпер Хелен

Я говорю себе, что ни один из них не оставил мне выбора. Если бы у Марии была хоть капля здравого смысла, она бы уже ушла. Если бы у Rogu3 была хоть капля здравого смысла, он бы держался подальше. У них есть свобода воли, как и у любого другого. Я опускаю руку, не обращая внимания на капающую с пальцев кровь. Лиза Джонсон заслуживает того, чтобы я сосредоточилась на ней по крайней мере на ближайшие несколько часов.

Я начну с доктора. Это небольшая клиника, поэтому часы её работы ограничены. К счастью, по вторникам вечером в нерабочее время проводятся встречи для женщин, которые поощряют открытое обсуждение вопросов сексуального здоровья. Идеально.

Я вхожу, к большому неудовольствию румяной секретарши в приёмной.

— Вы… вы не можете туда войти! — выпаливает она, но тут же зажимает рот рукой. Другой рукой она стискивает папку-планшет так, что костяшки пальцев побелели. Возможно, она боится, что я откушу ей голову за то, что она осмелилась противостоять мне. Признаюсь, я ненадолго задумывалась об этом, но это вызовет много беспорядка, а она кажется порядочной девушкой.

— Это для женщин, не так ли? — спрашиваю я и демонстративно обхватываю обеими руками груди, чтобы подчеркнуть, что я действительно принадлежу к женскому полу. Румяные щёки женщины становятся пунцовыми.

— Для людей, — говорит она. — Вампиры не болеют венерическими болезнями.

Я удивлённо приподнимаю брови.

— Хотя они могут быть переносчиками, — я наклоняюсь ближе и облизываю губы. — Они могут передавать их.

Она быстро моргает.

— Э-э… э-э…

За её спиной появляется женщина в белом халате.

— Всё в порядке, Джой. Она может войти.

— Но…

— Я ожидаю её.

— Доктор Брайант, я полагаю? — спрашиваю я, довольная тем, что мама Лизы выполнила мою просьбу и позвонила заранее.

— Всё верно, — она оглядывает меня с ног до головы.

Я улыбаюсь.

— Знаю, знаю. Вы думали, я буду выше, верно?

— Нет. В вашем росте есть смысл, невысокие люди часто ведут себя по-бычьи. На самом деле, было проведено несколько исследований на эту тему. Я полагаю, что это связано с самооценкой, — в её глазах проступает едва заметный намёк на вызов. Молодец, добрый доктор.

Я демонстративно оглядываюсь по сторонам.

— У вас тут случайно нет фарфора? Бычья — моё второе имя.

(В английском есть выражение «бык в магазине фарфора», означающее то же самое, что и наше «слон в посудной лавке», отсюда и вопрос про фарфор, — прим)

Она фыркает.

— Бо Бычья Блэкмен?

— Сокращённо БББ.

— Интересно, были бы вы так же знамениты, если бы ваше имя не было таким запоминающимся, — размышляет она.

Я бесстрастно смотрю на неё.

— Вы намеренно пытаетесь вывести меня из себя?

— Если так, это работает?

— Зависит от обстоятельств. Вы ведьма? — она качает головой. — Преступница?

— Нет.

Я пожимаю плечами.

— Тогда, наверное, нет. Это может зависеть от того, позавтракала я или нет, — я позволяю своим клыкам удлиниться; доктор Брайант даже не вздрагивает.

— Вы не ошибаетесь насчёт венерических заболеваний. Было множество случаев, когда люди заражались после отношений с вампирами.

Я усмехаюсь.

— Отношений?

Её глаза остаются холодными.

— Сексуальных отношений. Вам не удастся поставить меня в неловкое положение, мисс Блэкмен. Я вас тоже не боюсь.

Я чувствую, что она хочет сказать что-то ещё, но прежде чем она успевает это сделать, из соседней двери выскакивает миниатюрная женщина, похожая на мышку, и дрожащим голосом спрашивает:

— Скоро мы начнём?

Доктор Брайант коротко кивает ей.

— Прямо сейчас.

— Сначала я хотела бы поговорить с вами, — перебиваю я.

— Вам придётся подождать, пока сеанс не закончится.

Я скрещиваю руки на груди.

— Это важно. Жизнь Лизы Джонсон может висеть на волоске.

— То, что я не умею заниматься карате или кунг-фу или вонзать зубы в чью-то яремную вену, не означает, что то, что я делаю, не важно, — она указывает в сторону комнаты ожидания. — Там восемь женщин, чьи жизни тоже важны.

— В настоящее время им не угрожает смертельная опасность.

— Вы этого не знаете. То, что произойдёт в этой комнате в течение следующего часа, вполне может спасти их жизни.

— В долгосрочной перспективе.

— А есть какие-нибудь другие перспективы? — она снова указывает. — Заходите, садитесь сзади и не говорите ни слова. Когда мы закончим, я поговорю с вами.

— Знаете, вы не правы, — сообщаю я ей.

— В чём именно?

— Здесь семь женщин, а не восемь, — впервые она выглядит удивлённой. Я улыбаюсь. — Я слышу, как бьются их сердца.

Доктор Брайант сглатывает. Конечно, это абсолютная чушь. На листке в папке-планшете, которую держала в руках пухленькая секретарша Джой, было семь фамилий, отмеченных галочками. Но заставить доктора Брайант насторожиться по поводу моих способностей гораздо интереснее, чем рассказать ей банальную правду. По какой-то причине она хочет, чтобы я присутствовала на этой встрече. Моё любопытство разгорелось настолько, что прямо сейчас я готова подыграть.

Как бы ни было забавно вести себя подобным образом с другими ждущими женщинами, я решаю применить более тихий подход. Я проскальзываю за спину доктора и сажусь в конце зала. Если кто-то из них способен сообщить мне что-то интересное, то, если я представлю себя хищником, это не побудит их заговорить. Тем не менее, двое или трое из них поворачиваются ко мне. Когда остальные замечают движение, они тоже вытягивают шеи, чтобы поглазеть. Я одариваю их всех кроткой улыбкой.

Настороженность доктора Брайант сменяется вспышкой веселья. Однако она быстро скрывает это под маской профессионализма.

— Дамы, спасибо, что пришли. Я уверена, вы узнаёте Бо Блэкмен. Я попросила её присоединиться к нам. Я думаю, она найдёт нашу встречу интересной.

— Она вампир.

Мне приходится зажать руки под коленями, чтобы не одарить заговорившую женщину медленными аплодисментами.

Другая пожилая женщина смотрит на меня.

— Спасибо, — тихо произносит она.

Ладно, этого я не ожидала.

— За что?

— Изабель — моя подруга. То, что вы для неё сделали, было хорошим поступком.

Я не имею ни малейшего представления о том, кто такая Изабель. Я просто жестом показываю, что, что бы я ни сделала, это ничего не значило.

— Что она сделала? — спрашивает кто-то ещё чересчур громким сценическим шёпотом, что заставляет меня закатить глаза.

— Врезала этому придурку, её мужу, по самому больному месту.

Тут до меня доходит. Изабель, должно быть, соседка Эдриана Лимана. Интересно. Это, должно быть, тесное сообщество. Возможно, в конце концов, это будет очень полезный час. Одно доброе дело заслуживает другого.

Не обращая внимания на вздохи, доктор Брайант продолжает:

— Давайте продолжим с того места, на котором мы остановились в прошлый раз, не так ли? Мы обсуждали альтернативы презервативам для тех из вас, у кого есть партнёры, которые не любят ими пользоваться.

Я откидываюсь на спинку стула. Серьёзно?

Не проходит и пяти минут, и мне становится настолько скучно, что я ловлю себя на том, что меня развлекает только трепещущая жилка у основания шеи каждой женщины. Я как маленький ребёнок, прижимающийся лицом к витрине кондитерской. На шее темноволосой девушки в дальнем углу повязан шарф, поэтому я поворачиваюсь в сторону, пытаясь лучше разглядеть. Если бы я могла чуть-чуть подвинуться вправо, тогда…

Я перегибаю палку и в итоге неуклюжей кучей падаю на пол. Все оборачиваются, чтобы уставиться на меня. Доктор Брайант раздражённо хмурится. Я бормочу невнятные извинения и встаю на ноги, поднимая стул. У меня есть дела поважнее, чем это; я встречусь с доктором в другой раз.

Она прочищает горло, когда я начинаю поворачиваться.

— Именно так поступила бы Лиза.

Остальные одобрительно перешёптываются. Я замираю. Лиза Джонсон была в этой группе? Она была бы самой юной, но это, безусловно, возможно. Я медленно возвращаюсь на своё место, когда они меняют тему.