Красивый. Грешный. Безжалостный (СИ) - Кузьмина Виктория Александровна "Darkcat"

— Приглашаю всех к Мирею на шашлык из крольчатины, — буркнул он, и от этих слов я снова вздрогнула, но по его губам скользнула едва заметная усмешка, и я поняла, что он шутит.

— Он торт забыл… — я повернулась к Ролану, и у меня на языке вертелся вопрос, который не давал мне покоя.

— Он сказал, что торт он оставляет для тебя и передал что таким красивым девушкам не стоит грустить из-за маленьких вредных карапузов, — От усмешки на губах мужчины я покраснела и вглядываясь в темноту за окном посмотрела на торт. Мой любимый торт. Не ожидала, что кто то так просто подарит мне его потому, что мне грустно.

— Ролан, а как он попал на улицу? Аргон, я имею в виду, — спросила тихо, и Ролан почесал затылок, отводя взгляд.

— Это его тайна, Юна, — сказал он, и в голосе послышалась какая-то грусть. — Захочет сам расскажет. Но парень он хороший. Жаль его. Очень жаль.

И больше он ничего не добавил, просто развернулся и ушёл в подсобку, оставляя меня с вопросами, на которые я не знала ответов.

Остаток смены прошёл спокойно. Я помыла пол и убрала стулья. Кормила кроликов и остановившись посмотрела на пустой вольер Персика. Этот Альфа все же взял его и я почему то чувствовала, что он его не обидит. Пусть он и был из уличных но кролик чувствовал в нем доброе сердце. Или такой же надлом как и у него…

Когда я переоделась и вышла из кафе, застёгивая куртку и накидывая на плечо сумку, я увидела, что меня уже ждёт Каин.

Он стоял, опираясь на капот своей машины и курил, выпуская дым в вечерний воздух длинными струями. На нём были чёрные джинсы, плотно облегающие ноги, лёгкий тёмно-зелёный бомбер. Расстёгнутый. Чёрная футболка под ним, обтягивающая торс и показывающая каждую линию мышц. Несмотря на то что я уже надела куртку и мне было прохладно, Каин, скорее всего, даже не мёрз. Он вообще всегда был горячим, словно внутри него горел огонь, который никогда не гас.

Сглотнув и чувствуя, как по спине пробегает нервная дрожь, я медленно подошла к нему, опуская взгляд в асфальт и пытаясь не смотреть ему в лицо. От него словно веяло агрессией. Непонятно только почему.

Но когда я подошла ближе, он выкинул сигарету в урну и посмотрел на меня так, что внутри всё похолодело.

В его глазах плескалось что-то тёмное, опасное, и от этого взгляда захотелось отступить назад, но я заставила себя стоять на месте, сжав ручку сумки и тонкие ниточки что перетягивали коробку с тортом так сильно, что костяшки побелели.

— Что это был за уёбок? — спросил он, прикуривая новую сигарету и затягиваясь, и голос был настолько низким, настолько холодным, что по коже пробежали мурашки. — Кому ты так улыбалась?

Глава 33. Моя

Его вопрос обжёг меня яростью. Я подняла голову и заставила себя встретиться с ним взглядом.

— О чём ты вообще? — выдохнула я, сжимая ручку сумки и тонкие ниточки коробки с тортом так сильно, что пальцы заныли. Голос дрогнул, но я не отступила. — Я работаю, Каин. Обслуживаю посетителей и каждому улыбаюсь. Это моя работа.

— Не надо мне тут про работу рассказывать. — Он сделал шаг ко мне. Медленный. Угрожающий. Я инстинктивно отступила назад, и спина уперлась в холодную стену кафе. — Я видел, как ты смотрела на этого уёбка. Как улыбалась ему. Кто он?

От угрозы исходящей от Деза по спине скользнул царапающий холодок. Сердце забилось быстрее.

— Аргон? — прошептала и тише, чем хотелось. — Он просто забрал кролика. Ролан попросил его, потому что родители мальчика требовали усыпить Персика. Он укусил ребёнка, который дёргал его за уши, и эти люди устроили скандал, и Ролан не мог рисковать кафе, и...

— Забрал кролика. — Каин перебил меня, и усмехнулся так, что мурашки побежали по рукам. — И подарил тебе торт. Судя по коробке в твоих руках.

Опустив взгляд, посмотрела на коробку в руках. Это был просто жест доброты. Ничего больше. Но Каин смотрел на эту нее так, словно это была граната.

— Он заказал торт и через Ролана передал, что торт для меня, потому что я расстроилась из-за Персика, и...

Каин вырвал коробку из моих рук так резко, что я ахнула и попыталась схватить её обратно, но не успела. Он развернулся и швырнул коробку в ближайшую урну. Она упала с глухим стуком. Крышка раскрылась. Торт, который пёкся специально, который был моим любимым, превратился в раздавленное месиво на дне урны.

Ярость обожгла рёбра изнутри.

— Что ты делаешь? Это же торт! Он ничего плохого не сделал! Просто пожалел меня, потому что я переживала за кролика! Ты с ума сошёл?!

— Мою омегу не будет кормить другой альфа. — Каин развернулся ко мне и шагнул так, что я попыталась отступить, но стена за спиной не давала двигаться дальше. В его глазах полыхало что-то тёмное, разрушительное. — Запомни это, Фиоре. Никто, кроме меня. Никто. Если ты хочешь сладкого так скажи мне и я куплю тебе. Нехер брать у чужих его.

— Я не твоя собственность! — выкрикнула, упираясь ладонями в его грудь и пытаясь оттолкнуть. Он был как каменная стена. Мышцы под ладонями каменели ещё сильнее. — Ты не можешь просто решать за меня! Не можешь контролировать каждый мой шаг! Он просто подарил торт! Обычный торт, потому что видел, что мне плохо!

Он схватил меня за подбородок. Пальцы сжали челюсть так, что стало больно. Приподнял лицо, заставляя смотреть ему в глаза. И поцеловал.

Впервые.

Его губы впились в мои с такой силой, с такой жадностью, что у меня подкосились ноги. Перед глазами вспыхнули искры. Яркие. Ослепляющие. Я не могла дышать. Не могла думать. Только чувствовала его вкус. Острый, одурманивающий. Его запах окутывал со всех сторон. Его жар обжигал изнутри и превращал разум в расплавленный воск.

Я попыталась оттолкнуть его. Упёрлась кулаками в его грудь. Надавила изо всех сил. Но он только крепче прижал меня к себе. Обнял за талию одной рукой. Зарылся второй в мои волосы. Притянул ближе. Не давал вырваться. От этой хватки, от этого контроля внутри всё сжалось паникой.

Прилив обрушился так внезапно, так сильно, словно кто-то плеснул на меня кипятком изнутри. Я застонала ему в губы. Дёрнулась в его объятиях. Волна нестерпимого жара прокатилась по телу, расползаясь от живота до самых кончиков пальцев. Ноги задрожали так сильно, что я бы упала, если бы он не держал. От того, как тело предавало меня, как оно откликалось на него без моего согласия, захотелось плакать.

— Остановись. — Я оторвалась от его губ и хватала ртом воздух, который обжигал лёгкие. — Пожалуйста, Каин.

Но он не остановился.

Подхватил меня на руки. Легко. Словно я была пёрышком. Усадил на капот машины. Капот был холодным под бёдрами, контрастируя с жаром, пылающим внутри. Он встал между моих ног. Раздвинул колени. Прижался ближе. Снова впился губами в мои. Целовал так, словно хотел забрать последние остатки воздуха из моих лёгких.

Деза вжимался в меня всем телом. Жарко. Жадно. Я чувствовала каждый изгиб его мышц, напряжённых под одеждой. Каждое движение. Каждый вдох. Горячий. Рваный. Внутри всё меня плавилось, превращаясь в жидкий огонь, растекающийся по венам.

Его руки скользили по моему телу. По бёдрам. Сжимали так, что я уверена на утро там останутся следы. По талии. Проникали под куртку и футболку. Касались голой кожи горячими ладонями.

По спине.

Притягивали меня ещё ближе к краю капота. От каждого прикосновения по коже пробегали электрические разряды.

Я выгибалась и прижималась к нему ближе, хотя разум кричал, что это неправильно. Что нужно остановиться. Что я теряю контроль. Но тело жаждало его рук. Жаждало что его жар смешается с моим.

Упёрлась ладонями в его плечи в попытке оттолкнуть. Поцарапала ногтями ткань бомбера. Дёрнула головой в сторону. Пыталась вырваться из этого водоворота ощущений. Но он держал меня так крепко, так уверенно, что сопротивление было бесполезным.

А потом он сам оторвался от моих губ и тяжело дыша заглянул в глаза так, что внутри всё сжалось страхом и чем-то ещё. Чему я боялась дать имя.