Варвар перед Рождеством (ЛП) - Диксон Руби

— Самки Ли-из и Хар-лоу очень беременны. Они тоже не захотят проделывать долгий обратный путь пешком, — предполагаю я. Если другие останутся, это значит, что я могу уйти.

Ве-рон-ка и Аш-тар обмениваются взглядами.

— Вовсе не обязательно идти пешком, — медленно произносит человеческая самка и переплетает свои пальцы с пальцами своей пары. Я замечаю, что у них одинаковое количество пальцев — в отличие от ша-кхаи, у которых четыре пальца, а у людей пять, — но у него они больше и заканчиваются когтями и гораздо опаснее. Она продолжает: — Есть другой способ.

— Я не против остаться, если придется, — говорит Аехако, впервые за все время открывая рот. — Я ужасно скучаю по своей паре и моей маленькой Каэ, но они поймут, если кто-то другой вернется домой. Эти охотники с острова хороши во многих вещах, но видели ли вы, чтобы кто-нибудь из них попал в снежный занос? Это самое забавное…

— Нет, ты должен пойти с нами, — перебивает Рокан. — Ты нужен дома.

Аехако замирает, и дружелюбное, открытое выражение исчезает с его лица.

— Что ты видел?

— Я не видел ничего плохого, — продолжает Рокан. — Но я знаю, что ты нужен дома, как и Бек.

Аехако обменивается со мной взглядом, и его улыбка исчезает. Он сжимает челюсти и на мгновение проводит по ним рукой, а затем говорит:

— Я буду готов уйти еще до того, как солнце поднимется высоко в небе.

Я хмыкаю в знак согласия. Он такой же, как я, — ничто не стоит дороже пары. Ничего.

— Давайте не будем впадать в крайности, — прерывает его Вэктал, поднимая руку. — Рокан говорит, что дома нет ничего плохого, и он бы знал. Нет необходимости выбегать неподготовленными. Те, кто не сможет вернуться, захотят отправить что-нибудь своим близким. Я уже поговорил с Ли-из и Рáхошем, и они разочарованы, что пока не могут вернуться, но хотят отправить подарки своим девочкам. Нам понадобятся продукты и припасы, и нам понадобится сед-лоу.

Ве-рон-ка деликатно откашливается.

— Гм. Седло. Это важно. На самом деле, у нас с Аштаром уже есть кое-что на примете. Мы можем быть готовы отправиться в путь утром.

Я хмуро смотрю на них, потому что человеческая женщина — особенно эта, неуклюжая и слабая — только замедлит нас.

— Нам не нужно, чтобы ты шла с нами. Без тебя мы справимся быстрее.

Аш-тар скалит на меня клыки, его глаза темнеют. Ве-рон-ка сжимает его руку и бросает на меня странный взгляд.

— Как, по-твоему, ты доберешься туда без нас? Тебе нужен Аштар, а он без меня никуда не пойдет.

— Ха. Вы оба нам не нужны.

— Они нужны, если мы хотим добраться туда за гораздо более короткий промежуток времени, — поправляет Вэктал. Он хмурится, как будто я своими протестами только ухудшаю ситуацию. Мне все равно — все, о чем я могу думать, это о моей паре и о том, как она была одинока все эти долгие ночи.

— Я не понимаю, — медленно произносит Аехако, наклоняясь вперед. — Вы двое знаете о тайной тропе?

Пара обменивается взглядами.

— Что-то в этом роде, — говорит Ве-рон-ка. Вэктал потирает челюсть и ухмыляется, поглядывая на меня.

Я не верю в это. Что-то происходит. И все же…

— Насколько быстрее? — я спрашиваю, потому что это меня интересует.

Ве-рон-ка смотрит на своего мужчину. Аш-тар на мгновение задумывается, а затем говорит:

— Мы можем пересечь горы за считанные часы. До вашего дома мы доберемся примерно через день, при условии, что погода будет ясной.

День? Завтра в это же время я смогу держать в руках свою пару?

— Что бы это ни было, я готов, — быстро говорю я, пока никто не успел передумать.

— Я так и думал, что ты готов, — сухо говорит мой вождь. — Сколько ты сможешь унести, Аш-тар?

Золотой самец не колеблется.

— Четверо, вместе с моей парой. Мы сможем судить о будущих поездках, основываясь на этом.

— Подожди минутку… нести? — я фыркаю. Я, должно быть, неправильно понял, потому что для меня это не имеет никакого смысла. Золотой самец хочет перенести нас через горы?

— Нести, — соглашается Аш-тар, и на его клыкастом лице появляется самодовольное выражение.

Я лишился дара речи… но это не имеет значения, потому что я возвращаюсь домой к своей второй половинке. Если бы он сказал, что я должен перенести его на спине через бурлящие соленые воды, я бы так и сделал, если бы Эл-ли ждала меня на другом берегу.

Глава 2

ЭЛЛИ

Звезды уже не те, что раньше, без Бека, который был рядом со мной. В одиночестве они кажутся менее яркими и приветливыми. Впрочем, как и все остальное. Все то, что доставляло мне огромную радость несколько коротких недель назад, теперь не может принести мне счастья. Ясные, звездные ночи не вызывают восторга. Солнечные, ветреные дни не приносят радости. Тепло горячего чая или смех друзей ничего не значат. Я думала, что после того, как я освобожусь от клеток и рабства, ничто в мире больше не будет меня беспокоить… но я ошибалась.

Я скучаю по Беку. Я скучаю по нему так сильно, что мне становится больно. Я скучаю по нему так сильно, что мне хочется просто закутаться в меха и спать, спать и спать, пока он не вернется. Я знаю, это вредно для здоровья. Я знаю, что должна быть сильной и независимой и тратить свое время на то, чтобы помогать другим, таким как Гейл, Стейси, Клэр и всем другим женщинам племени. Бек любит меня. Он вернется. Он обещал.

Но ждать так тяжело. В последнее время это кажется еще тяжелее, чем когда-либо, потому что у меня все чаще болит желудок, и я хочу свежего, сырого мяса… но Бека здесь нет, чтобы попробовать мою еду и сделать ее безопасной для меня. Его нет рядом, чтобы ночью прижаться к моему замерзшему телу и согреть меня, а я не настолько доверяю другим, чтобы делиться своим теплом. Я плохо переношу одиночество. Больше нет. Не тогда, когда я мельком увидела, на что похожа жизнь в качестве его пары.

Я закрываю глаза и кутаюсь в одеяло, мечтая о нем. Его гордое, суровое лицо. Плавный изгиб его высоких рогов и длинные темные косы, которые он заплетает на висках, чтобы волосы не лезли в глаза. Я думаю о том, что он чувствует, когда прижимается ко мне ранним утром, его бархатисто-мягкая кожа касается моей, а хвост щекочет мое бедро. Он так нежно обнимает меня и ласкает, бормоча утреннее приветствие, прежде чем поцеловать каждый дюйм моей кожи и показать, как сильно он скучал по мне, пока спал. У меня перехватывает горло при одной мысли об этом, и горячие слезы просачиваются между ресницами и превращаются в ледяную корку. Я вытираю их пальцами.

Я даже не возражаю против холода, когда он рядом. Когда его нет… Ну, я против всего.

— Эй-эй, — раздается тихий голосок за дверью моей хижины. Маленькая ручка скребет по защитной сетке. — Просыпайся! Пора идти ловить грязнокровок!

Эревэр. Я не забыла о нашем маленьком утреннем «свидании». Просто в некоторые дни выползти из постели труднее, чем в другие.

Я выбираюсь из-под одеяла и надеваю ботинки, затем убираю волосы с лица и подхожу к ширме, отодвигая ее, чтобы мой юный гость мог войти.

— Как раз вовремя, — объявляет Эревэр, входя, и его голос звучит точь-в-точь как у Клэр. За ним следует маленькая девочка с длинной шелковистой каштановой косой и бледно-голубой кожей. Это Каэ, дочь Кайры и Аехако, и она настолько же тихая, насколько Эревэр шумный. — Ты ела сегодня, Эл-ли? — Эревэр подходит к моему очагу и ворошит угли моей палочкой. — Здесь слишком холодно. Беку бы это не понравилось.

Каэ садится на корточки рядом с Эревэром, с удовольствием наблюдая, как он слоняется по моему дому, как будто это его место. Довольно забавно наблюдать за ним. Похоже, он пытается компенсировать тот факт, что Бека больше нет, заботясь обо мне. На самом деле, это мило.

— Я поела, — вру я. У меня заканчиваются порции, которые Бек уже «попробовал» для меня, и я их экономлю. Я могу пропустить несколько приемов пищи.

— Ты становишься слишком худой, — говорит Эревэр. — Беку это не понравится. — Он достает пакет с пирожками, откусывает от одного, как, по его наблюдениям, делал Бек, а затем предлагает его мне.