Буря тайн и печали (ЛП) - Рёрих Мелисса

— Теон…

— Мой отец не единственный, кто жаждет власти над этим миром. Авгуры были правы все это время.

— Авгуры — это сборище эксцентричных фанатиков, — бросил Лука.

Теон покачал головой, но тут же поморщился, бросив взгляд на унитаз, словно раздумывал, не стошнит ли его снова.

— Они экстремисты — да, но их убеждения насчет Декрета Откровения и его истинного значения — нет. Я всегда говорил, что это пророчество или какое-то знамение. — Он снова поднял взгляд на Луку. — Все всегда было связано с ней. Она всегда была частью чего-то великого, будучи ключевым игроком и даже не осознавая этого.

— Как ты вообще до этого додумался? — потребовал ответа Лука, пока Теон с трудом формулировал мысли.

— Потому что она внучка Ариуса, да, но она также прямой потомок Ахаза. Она — и то, и другое. Свет и тьма. Начало и конец.

— Но родословная Ведьмы… — возразил Лука.

— Я перевел несколько древних текстов. Если я прав, у Ахаза был ребенок от одной из дочерей Зинты.

— И ты думаешь, Тесса — эта самая дочь? — Лука покачал головой. — Умираю от желания услышать, как ты совершил такой логический вывод.

— Я не знаю, является ли она той дочерью, но Тесса должна быть потомком. Ариус и Серафина. Ахаз и Зинта. Всех четверых, — ровно произнес Теон, лицо его было бледным, а глаза покраснели. — Она не из Наследия. Она слишком сильна. Сиенна говорила, что она почти что богиня. Вся сила исходит из Хаоса, а у нее ее больше, чем у кого-либо в Девраме. Тесса сама по себе и есть Хаос. И теперь она на стороне Ахаза.

— Она сама это сказала? — резко спросил Лука, вставая на ноги.

Зачем?

Он и сам не знал, поэтому начал мерить шагами тесное пространство.

Теон снова покачал головой.

— Нет, но все сходится. Декрет был пророчеством, данным для того, чтобы Деврам не пал. Первые правящие Лорды и Леди решили, что Декрет должен управлять этим миром. Со временем он стал тем, чем является сейчас, но это никогда не было изначальным замыслом Декрета.

Сколько раз Лука уже слушал рассуждения Теона на эту тему?

Слишком много, чтобы сосчитать.

Столько раз, что в конце концов они с Акселем начали делать звук в играх Хаосферы громче, лишь бы заглушить его поток рассуждений?

В итоге Теон перестал делиться с ними этими мыслями. Лука понимал, что это отчасти сыграло роль в потребности Теона сначала самому во всем разобраться, прежде чем посвящать остальных.

Но, блядь… Это все звучало безумно. И все же после разговора с Тристином это уже не выглядело таким уж невероятным, как раньше.

— Ничто из этого не объясняет, почему ты считаешь, что это связано с Тессой, — сказал Лука.

— Она несет войну в Деврам, — ответил Теон. — Слишком много совпадений, чтобы она не была связана со всем этим. Я пока не знаю как. Я все еще работаю над этим, но она сыграет свою роль. И я… — его горло дернулось, когда он сглотнул, поморщившись от этого движения. — Я только что потерял ее.

Лука достал телефон из кармана.

— Ты слышал что-нибудь от Акселя?

Теон покачал головой.

— Нет, с тех пор как он вылетел из моей комнаты в особняке.

Лука нахмурился:

— Он не здесь? Когда он покинул особняк?

— Я думал, вчера. Решил, что ему нужно время, чтобы оплакать свои решения по поводу Кэт, — ответил Теон. — Я уехал утром. Привез Лэнга и Корбина в твои комнаты на время. Я думал, ты проведешь большую часть выходных в своей пещере.

Таков и был план, особенно если учесть, что Тессы все равно не должно было быть здесь

— Ты можешь встать? Сможешь нормально функционировать? Мне нужно тебе кое-что рассказать, и Аксель должен быть при этом, — сказал Лука.

Сам факт ответа, казалось, причинял Теону физическую боль, но он все же произнес:

— Помоги мне встать. Я приму душ и переоденусь. Дай мне час.

Лука протянул руку и поднял Теона на ноги. Тот был вынужден опираться на стену, чтобы просто двигаться. Если ему повезет, на душ и смену одежды уйдет всего час. По крайней мере, когда Тесса восстанавливалась после нанесения меток, Теон оставался рядом с ней, позволяя связи утешать ее. Тесса же действительно оставила его ни с чем.

Ну, почти ни с чем.

Лука ощутил вожделение через их связь. Он почувствовал даже больше, так что не испытывал такого сильного сочувствия, какой, вероятно, следовало бы проявить из-за положения Теона. По крайней мере, тот смог удовлетворить эту часть связи, что требовала физической близости.

Кроме того, она оставила ему метку на руке. К этому вопросу Лука вернется позже.

Он оставил Теона пытаться принять душ, а сам направился через Дом Ариуса. Комнаты Акселя находились в другом крыле, на противоположной стороне. Проходя по коридорам, Лука даже не встретил Крессиду. И когда, наконец, он остановился у дверей Акселя, то громко постучал кулаком по дереву.

— Аксель? Нам нужно обсудить кое-какие дела. Открывай, — позвал Лука, снова постучав в дверь.

Не получив ответа, он вздохнул. Он привык к истерикам братьев Сент-Оркас, но сейчас дело было серьезнее.

— Я захожу, Аксель, — предупредил он, прежде чем приложить ладонь к двери и использовать свою магическую подпись для входа.

У всех них был доступ в комнаты друг друга.

Лука толкнул дверь.

Гостиная Акселя была пуста. Более того, казалось, что здесь ничего не трогали: не играла музыка, у двери не было обуви, на столе не стояло грязной посуды. Ничто не нарушало идеального порядка.

— Аксель?

Лука прошел вглубь, направляясь в спальню. Кровать была аккуратно заправлена. Заглянув в ванную, он не обнаружил ни полотенец на вешалках, ни туалетных принадлежностей.

Аксель здесь вообще не появлялся.

Но если он покинул особняк и не пришел сюда, где же он тогда?

Вытащив телефон из кармана, Лука попытался позвонить Акселю, пока шел обратно через Дом Ариуса, но звонок сразу переходил на голосовую почту. Телефон либо был выключен, либо разряжен. Ни один из этих вариантов не уменьшал нарастающее чувство тревоги в груди Луки.

Остановившись у своих комнат, он быстро постучал, предупреждая фейри по ту сторону двери, прежде чем открыть ее. Он хотел узнать, когда они в последний раз видели Акселя, раз уж они жили в его комнате в особняке. Корбин и Лэнг сидели за столом, перед ними лежали крекеры и арахисовое масло.

— И что вы двое делаете? — спросил Лука, резко остановившись.

Оба фейри вскочили на ноги, и Лэнг слегка выдвинулся вперед, прикрывая Корбина.

— Нам не дали никаких указаний насчет еды, и это все, что мы смогли найти, — быстро проговорил Лэнг.

Лука моргнул.

— И это все, что вы ели с тех пор, как приехали сюда сегодня утром?

Ланге поморщился.

— Со вчерашнего вечера, если честно.

Конечно, его комнаты еще не были полностью укомплектованы. Он уведомил персонал, что вернется только завтра днем.

— Пойдемте со мной, — сказал Лука, кивнув в сторону двери.

Они последовали за ним, ступая нерешительно, но через несколько минут уже входили в покои Теона. Сам Теон еще не вышел, но кладовая на кухне была полностью заполнена.

— Берите все, что захотите, — сказал он, жестом указывая на кухню.

Но ни один из фейри не сдвинулся с места.

Боги, он знал, что фейри учат быть покорными, но откровенный ужас, исходивший от них, оказался неожиданным. Фейри, среди которых он вырос, уже давно служили королевству Ариус, знали свои роли и чувствовали себя на своем месте. А вот те, кто только прибыл из поместий, еще не обрели этого. Лука не мог винить их за нервозность, но они же видели Тессу и Кэт рядом с ними.

— Здесь вам ничего не грозит, — вздохнул Лука. — Либо берите еду сами, либо я попытаюсь что-то приготовить. Скорее всего, это будет несъедобно.

— Ты не можешь готовить для нас, — тут же сказал Корбин.

— Ты прав. Я не умею готовить, — согласился Лука. — Именно поэтому настоятельно советую вам самим взять себе еду.

— Чьи это покои? — спросил Корбин, и оба мужчины переглянулись.