Психо-Стая (ЛП) - Роузвуд Ленор

— Ну, я-то за костром не слежу, — плавно отвечает Валек, потягиваясь, как кот, так что солнце играет на его сухих мышцах.

Показушники. Оба. Хотя мне это шоу по душе.

— А вот и кайфолом идет, — вздыхает Валек с напускным драматизмом. Я прослеживаю за его взглядом: по тропинке от озера поднимается Тэйн, выглядящий непривычно расслабленным после медитации.

— Здорово, дзен-бро, — кивает ему Виски.

— Назовешь меня так еще раз — выкину в озеро, — рычит Тэйн, но в его тоне больше игры, чем обычно. Он усаживается рядом со мной, его присутствие кажется теплым и надежным. — Пахнет вкусно.

— Рыба, которую Призрак поймал утром, — говорю я, выкладывая её на плиту. — Ужин будет готов как раз к их возвращению.

— Чума сообщил, что они уже в пути, — отвечает Тэйн, похлопывая по пейджеру на поясе. Мой взгляд тут же притягивает отчетливый бугор у него в штанах. — Я заметил запасную парусную лодку, на которой они ушли, она уже пересекает озеро. Будут через пару минут.

Парусный спорт — еще одна вещь, которую Призрак освоил мгновенно. Виски, у которого за плечами богатый опыт хождения под парусом со времен жизни на побережье Колумбии, начал учить его, как только мы приехали. И вид Призрака на палубе — его массивная фигура на фоне заходящего солнца, ветер в темных волосах — делает со мной что-то невероятное.

Я помню первый раз, когда он взял меня на лодку. Только мы двое посреди бесконечной синевы. Катамаран, режущий волны, брызги на коже. Дикий альфа у штурвала, его мускулы перекатываются под кожей, пока он ведет нас через воду. Удивительно, как я тогда не впала в полную течку прямо на месте.

Я замечаю, как все трое альф неуловимо придвигаются ближе, явно поддаваясь моему усиливающемуся запаху. Ноздри Тэйна слегка раздуваются, Виски то и дело находит повод коснуться меня, следя за огнем. Даже Валек кажется более сосредоточенным на деле, чем обычно, будто борется с собой, чтобы нож не соскользнул и не порезал пальцы.

— Травы готовы, — объявляет Валек, передавая их мне осторожным движением. Его пальцы задевают мои, и я чувствую, как он слегка вздрагивает от контакта.

— Идеально, — бормочу я, посыпая рыбу. — Виски, принесешь тарелки из дома?

— Уже бегу, — отзывается он с готовностью, явно радуясь возможности отвлечься. Пока он идет к вилле, я замечаю, как он поправляет штаны, пытаясь делать это незаметно.

Видимо, недостаточно незаметно. Тэйн фыркает, а Валек ухмыляется под своим шарфом.

— Вы все невозможны, — с нежностью говорю я им, переворачивая рыбу. Кожица аппетитно подрумянивается, источая потрясающий аромат, смешивающийся с дымком.

— Разве ты можешь нас винить? — тихо спрашивает Тэйн, и его темные глаза смотрят на меня с пугающей интенсивностью. — Твой запах…

— Соблазнителен, — заканчивает Валек, когда Тэйн замолкает. — Мягко говоря.

Я прячу улыбку, делая вид, что поглощена готовкой.

— Хорошее случается с теми, кто умеет ждать.

— Надеюсь, ты в буквальном смысле, — вполголоса бросает Валек.

Тэйн бросает на него раздраженный взгляд. Ясно, что у него до сих пор остались претензии к Валеку, но с этим ему придется разбираться на своих сеансах медитации.

Виски возвращается с тарелками, явно успев немного взять себя в руки.

— Мы всё еще об ужине говорим? — спрашивает он, переводя взгляд с одного на другого.

— А о чем же еще? — невинно переспрашиваю я, наслаждаясь тем, как все трое альф напрягаются от моего тона.

Солнце продолжает свой путь к горизонту, окрашивая всё вокруг в мягкое золото и розовый. Озеро сверкает, словно россыпь бриллиантов, а легкий бриз доносит аромат трав из сада. Единственное, что здесь выбивается из атмосферы покоя — это наэлектризованная энергия, исходящая от окружающих меня альф.

И я наслаждаюсь каждой секундой. Наслаждаюсь тем, как они вращаются вокруг меня, притянутые моим крепнущим запахом, но сохраняя контроль. Наслаждаюсь знанием того, что они все мои, так же как я — их.

Пока мои альфы заняты последними приготовлениями к ужину, я улыбаюсь про себя. Вечер обещает быть, как минимум, интересным. Но сначала мы насладимся этой едой вместе, как семья, в нашем прекрасном доме у озера. Как и должно быть.

Будто вызванные моими мыслями, с тропинки, ведущей от озера, доносятся шаги. Сердце радостно прыгает, когда я вижу их: поджарый силуэт Чумы резко контрастирует с мощной фигурой Призрака. Даже издалека видно, что Призрак в необычайно хорошем настроении. В его походке больше легкости, чем обычно, массивные плечи расслаблены.

Я бросаю кострище, доверяя Валеку и Виски присмотреть за рыбой, и спешу навстречу двум возвращающимся альфам. Чума добирается до меня первым, его бледно-голубые глаза теплеют над белым шарфом. Без колебаний он стягивает ткань вниз и вовлекает меня в страстный поцелуй.

Знакомый вкус его губ — чистый и резкий, как мята и озон — наполняет мои чувства. Его руки в перчатках обхватывают моё лицо, он углубляет поцелуй, и я буквально таю в его объятиях. Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, оба тяжело дыша, я вижу, как мой крепнущий запах действует на него. Зрачки Чумы расширены, на скулах — там, где их не скрывает ткань — виднеется легкий румянец.

— Черт, как же я рад тебя видеть, — бормочет он, будто их не было целые недели, а не пару часов; голос его звучит грубее обычного.

Я лащусь к его ладони, наслаждаясь контактом.

— Добро пожаловать домой. — Я заминаюсь, когда мне в голову приходит одна мысль, и понижаю голос, чтобы не портить атмосферу у костра: — От Азраэля есть вести?

Взгляд Чумы темнеет, он слегка качает главой.

— Нет. И, полагаю, это к лучшему.

Скорее всего, он прав. После того, что мы видели в залах Совета, у меня такое чувство, что нам не придется гадать, когда именно Азраэль поймет, под чей присмотр была временно передана Козима. Но это проблема завтрашнего дня. Учитывая, что после вторжения Азраэль оборвал все связи с Сурхииром и исчез за линией фронта, его уже почти официально объявили перебежчиком. В ближайшее время он не сможет до нас добраться.

— А где мой поцелуй? — спрашивает Виски, подходя к нам с распростертыми объятиями и широкой ухмылкой.

— Иди поцелуй его, пока он сам себя не поджег, — говорю я Чуме, посмеиваясь.

После последнего быстрого поцелуя Чума проходит мимо меня к остальным. Я наблюдаю, как он подходит к Виски — тот всё еще без рубашки и блестит от пота после спарринга.

— Тебе правда стоит одеться, пока ты не обжегся, — журит его Чума, хотя в его тоне слышна нежность. Он притягивает Виски к себе и целует его. Виски в ответ сгребает его в сокрушительные медвежьи объятия.

Доносится насмешливый голос Валека:

— Поздно.

Я перевожу внимание на Призрака, который наконец подошел к нам. Его голубые глаза теплеют над черным шарфом, когда я бросаюсь на шею его массивной фигуре. Он тихо рокочет, и этот звук вибрирует во всём моем теле, пока он окутывает меня нежным объятием.

— Как всё прошло? — спрашиваю я, отстраняясь, чтобы заглянуть ему в лицо.

Хорошо. Скучал по тебе, — показывает он знаками.

— Я тоже по тебе скучала, — тихо отвечаю я.

Он тянется к шее и разматывает шарф. У меня перехватывает дыхание, когда ткань падает, обнажая его искалеченные челюсти. На первый взгляд он не кажется сильно изменившимся. Но когда я присматриваюсь, то замечаю тонкие, но явные перемены. Борозды шрамов стали более гладкими, они естественнее сливаются с кожей, а открытая мышца у его острых задних зубов больше не выглядит такой воспаленной.

Он по-прежнему мой Призрак, но в чертах лица стало меньше напряжения. Будто он больше не испытывает постоянную боль. Это самое главное.

— Ты выглядишь потрясающе, — говорю я искренне. — Как ты себя чувствуешь?

Он пожимает массивными плечами, но я замечаю довольный блеск в глазах. Лучше. Не так больно, — знаками отвечает он.

Моё сердце переполняется радостью за него. Я тянусь вверх, обхватывая его лицо ладонями.