Фестиваль насилия (ЛП) - Уайт Рэт Джеймс

Эми открыла сумку и медленно вытащила длинный, тонкий скальпель. Он был примерно два фута в длину и слегка зазубрен. Она прижала тупой край между ног и облизала губы в камеру, медленно проводя им вверх по своему телу. Кит не мог сдержать возбуждения.

- Милая, я ждал этого момента всю свою гребаную жизнь, - сказал он.

Престон смотрел с мрачной любознательностью. Эми - была тем типом человека, который предпочитает срывать пластырь одним рывком, поэтому она приставила лезвие к правому трицепсу Кита и начала резать. Было достаточно одного толчка вперед, чтобы лезвие вошло на четверть дюйма в мышцу его верхней части руки. Лигатура предотвратила истечение крови, но густая струя крови брызнула из места разреза, разбрызгиваясь по полу рядом с тем местом, где сидел Кит. Он взвыл - не от боли, а от чистого удовлетворения.

- О, Боже! O, Боже! - повторял он, широко раскрыв глаза. Он был заметно возбужден. Даже сквозь джинсы Престон и Эми видели, как его член твердеет.

- Что за херня? - пробормотал Престон.

Он не был готов смотреть, как его жена ублажает другого мужчину. Эми продолжала резать руку. Складка кожи открылась и напомнила ей, каково это - резать свиную вырезку. Видимая мышца и ткань быстро уступили место белой кости плечевой кости Кита. Эми была в трансе. Она восхищенно смотрела, как темная кровь льется из раны. Кит визжал в экстазе. Она вытащила скальпель и начала резать бицепс на противоположной стороне его худой руки. Два лоскута кожи напомнили ей рот венериной мухоловки.

- Я... я сейчас кончу! - простонал Кит, когда Эми достала из медицинской сумки ручную пилу из нержавеющей стали с тысячами острых зубьев.

Престон все больше расстраивался.

- Эми, остановись, - попросил он.

Его слова остались неуслышанными. Она была слишком сосредоточена на задаче. Эми начала пилить руку. Она толкала лезвие туда-сюда, как лесоруб, валящий пихту. Лесоруб, во фланелевой рубашке. Трение вызывало запах гари в воздухе. Компьютер чирикал от звука бесконечных донатов.

Как и Кит, аудитория наслаждалась происходящим.

Это заняло больше времени, чем разрез, но в итоге кость отсоединилась с влажным щелчком, который прозвучал так, будто она отрывает крыло у курицы-гриль. Кит взорвался серией громовых оргазмов. Престон так расстроился, что его вырвало. Из-за его положения на матрасе и густых комков арахисового масла, медленно поднимающихся по стенкам его горла, он подавился. Затем обосрался.

На этот раз это была случайность.

Эми повернулась к Престону и вышла из транса.

- Малыш, что не так? - спросила она его.

Лицо Престона посинело. Он не мог дышать. Эми повернулась, чтобы броситься к Престону, и случайно отстегнула лигатуру с верхней части руки Кита. Рана открылась, фонтаном извергая кровь на пол их квартиры. Обнаженные красные трубки его артерий указывали вниз на пол, словно нити кальмаров. Эми поскользнулась на этой жиже, уронив его ампутированную руку на пол с влажным шлепающим стуком.

- Перевяжи меня, сука! - заорал Кит, осознавая, что теряет кровь слишком много и слишком быстро. Эми забралась на грудь Престона. Она была слишком маленькая, а он слишком тяжелый, чтобы его перевернуть. Тонкая пленка блевотины и арахисового масла булькала в задней части его горла. Он продолжал бороться, пытаясь втянуть кислород в легкие.

- Малыш... малыш... - повторяла она, дергая его за рубашку.

Кит орал. Запах железа заполнил воздух вместе с дерьмом, спермой и арахисовым маслом. Престон потерял сознание.

- Нет-нет-нет, - причитала Эми, лихорадочно пытаясь найти телефон Престона в его спортивных штанах.

Стрим продолжался. Донаты текли так же быстро, как кровь, хлещущая из открытых артерий Кита. Он пытался протянуть руку и схватить ее, но он был слишком слаб от всей крови, изливающейся из его руки. Эми дрожа набрала 911, когда в ее лицо попал кусок расщепленного дерева. Входная дверь их квартиры слетела с петель, когда шесть членов дулутского спецназа ворвались в квартиру, ожидая найти потенциально враждебную ситуацию. Тролль со стрима отправил анонимный сигнал в местную полицию.

- Помогите мне! - закричала Эми, когда офицеры окружили ее, с штурмовыми винтовками наготове.

К этому моменту Престон был мертв, а Кит без сознания. Один из офицеров снял маску и блеванул на пол после того, как полностью осознал зрелище самого популярного веб-шоу в мире.

Они установили абсолютный рекорд по одновременным просмотрам.

Глава спецназа поднес рацию ко рту и передал обратно в штаб:

- Я понятия не имею, кто эти люди и что, блядь, они делают. Просьба дать указания.

Пока другие офицеры прижимали Эми к матрасу и готовили комплект пластиковых наручников, она ответила:

- Мы инфлуенсеры.

Перевод: Zanahorras

Джонатан Батчер

"ПУСТОШЬ"

Майк стоит на лужайке за коттеджем, вдыхая аромат "киски" жены своего босса.

Слева от него Говард, босс Майка, говорит:

- Пахнет чудесно, не так ли? Этот воздух?

- Еще бы, - отвечает Майк, все еще принюхиваясь к пальцам и делая вид, будто чешет губу. Каменный забор отделяет ухоженный сад Говарда от диких склонов Бодминской пустоши, раскинувшейся под хмурым серым небом. - Вид тоже отличный, - добавляет он, но "вид", который он представляет, - это сморщенная жопа жены Говарда, Сьюзен, которая призывно подмигивает.

Говард оглядывает пересеченную местность перед ними.

- Надвигается туман.

- Откуда ты знаешь? - спрашивает Майк, которого ничуть не трогают пустынные просторы британской глубинки.

Говард говорит:

- Если бы ты вырос на пустоши, ты бы тоже это чувствовал. Как будто земля готова родить.

Майк качает головой на этот бессмысленный комментарий, теряясь в аромате, исходящем от его рук: хорошая, чистая, замужняя "киска" Сьюзен, к которой очкарик, сидящий рядом с ним, очевидно, не прикасался больше года. Он опускает руку и поворачивается к семейному коттеджу Говарда - того же унылого цвета, что и нависшие тучи. С виду он ничем не примечателен, но Сьюзен рассказывала Майку, сколько он стоит.

Говард поправляет очки с толстыми стеклами, размазывая пальцами и без того запотевшие линзы.

- Ты правда хочешь прогуляться? - спрашивает он. - Здесь прохладно.

- Конечно, дружище, - говорит Майк. - Не мог же я оставить тебя тут скучать в одиночестве, пока твоя женщина в большом городе, правда?

Сьюзен, впрочем, не в городе; она ждет в квартире Майка.

Говард морщится, как обертка от шоколадного батончика.

- Надо быть осторожным, когда сгущается туман.

- У меня в телефоне есть компас, если заблудимся.

- Там он не всегда работает, - Говард показывает большим пальцем на красный свисток, висящий на шнурке у него на шее. - Если заблудишься, надо оставаться на месте и свистеть, и просто надеяться, что кто-то услышит.

- Подуй в него, - говорит Майк.

- Нет! - отвечает Говард, будто предложение безумное. - Он только для экстренных случаев.

Ёбаный ботан, - думает Майк. - Неудивительно, что это он поздно возвращается домой, а я прихожу к его жене.

Старая задняя калитка сада скрипит, когда Майк ее толкает, и с глухим стуком закрывается за ними, когда они выходят на пустой участок унылой пустоши.

Двое мужчин не могли бы выглядеть более непохожими. На Майке стильное темно-синее спортивное пальто, поверх широкоплечей фигуры, он выглядит лукаво привлекательным, несмотря на несколько шрамов на лице, полученных в драке в баре. На Говарде кричаще-желтый дождевик, и он похож на тощего четырехглазого инопланетянина, с прилизанными волосами, жирно прилипшими к голове, и огромными ушами, торчащими из головы, как крылья летучей мыши.

- Осторожно там... - говорит Говард.

Ботинок Майка плюхается в здоровенную кучу говна. Он выдавливает улыбку и отпускает шутку: