Зверь (СИ) - Горская Ника

Оставляю на шезлонге свою пляжную накидку и широкополую шляпу, и босиком ступаю к воде. Песок под ногами мягкий, тёплый.

Первый шаг – и прохлада обжигает, но это приятный холодок, мгновенно пробуждающий какой-то детский восторг.

Медленно захожу глубже, ощущая, как море обволакивает, ласкает, принимает в свои объятия. Вода прозрачная, сквозь неё видно песчаное дно, усыпанное мелкими ракушками.

Вот оно! Счастье! И ощущение свободы, пусть и не полной.

Отрываясь от берега, плыву, наслаждаясь каждым движением. Не долгий заплыв вперёд, разворачиваюсь и плыву обратно. Уже ближе к берегу откидываюсь спиной на воду и раскинув конечности, сливаюсь с водной гладью. Не двигаюсь, но вода держит на плаву, размеренно покачивая на мелких волнах.

Закрываю глаза, чувствую, как солнце целует лицо, а солёные брызги щекочут кожу. Глубокий вдох – и лёгкие наполняются свежим морским воздухом, таким чистым и пьянящим.

Наверное, спроси меня сейчас кто-нибудь о самом счастливом моменте в жизни, и я не задумываюсь назову этот.

Счастье – это когда ты слышишь шум волн, крики морских птиц, ощущаешь тепло песка под ногами и понимаешь, что ты впервые находишься в абсолютной гармонии с собой и с окружающим миром.

А всего-то нужно было вырваться из гнетущий реальности. И от Шакурова в ней.

Сегодня ровно неделя как я с Матвеем нахожусь в небольшом греческом городке. Мы живём на частной вилле с личным пляжем и потрясающими видами.

И целым штатом обслуживающего персонала.

Я не знаю принадлежит вся эта красота Шакурову или он просто арендовал её для нас с сыном. Не интересовалась. Да и какая, по сути, разница?

С Айдаром мы не общались с того самого вечера недельной давности, когда он чуть было не потерял контроль над своим зверем. Хотя я до сих пор не верю в реальность этого.

И я бы даже смогла убедить себя, что мне всё привиделось. И внезапная смена его голоса, и слишком характерные всполохи в глазах. Но выступившие когти… один из которых слишком ощутимо вдавливался в мою артерию. Это уже ничем не оправдаешь. Ни усталостью, ни раздражением, ни воображением.

Это был зверь. Настоящий, дикий, опасный.

Меня одолевают вопросы. Их очень много. Уйма. Но я не задам ему ни единого. Просто, потому что знаю, что ответ не получу ни на один из них.

Поэтому я предпочитаю вообще не разговаривать с Шакуровым.

Мне так проще. Особенно после того, как его люди, сопровождающие нас с сыном от самого дома и вплоть до дверей виллы, отобрали у меня телефон. Конечно же это не самоуправство, они следовали приказу своего лидера.

Что Айдар пытался этим предотвратить?

Моё общение с Бережновым?

Тогда чтоб уже наверняка, нужно было вовсе отрезать меня от цивилизации.

А то вдруг?..

Открываю глаза и прищурившись от яркого солнца, смотрю на мир, расцвеченный яркими красками. Небо бездонно-голубое, без единого облачка.

Развернувшись, подплываю ближе к берегу.

Горы, укрытые зеленью, словно великаны, охраняют побережье. Веду взглядом по бескрайнему морю. Оно переливается всеми оттенками синего и зеленого, искрится на солнце россыпью драгоценных камней.

За семь дней эта картина не приелась. Наоборот, она становится только ярче, глубже, насыщеннее. И моя способность видеть окружающую красоту не уменьшилась ни на грамм.

Выхожу из воды, находу отжимая мокрые волосы.

Ступаю на тёплый песок, чувствуя, как он ласково обволакивает стопы.

Подойдя к шезлонгу, убираю в сторону свои вещи и расправляю лежащее на нём полотенце. Развязываю лямки верхней части купальника и, спрятав их под чашечками лифа, ложусь.

Загаром я не злоупотребляю, стараясь делать это не в пиковую жару. Но моя кожа всё равно приобрела красивый бронзовый оттенок.

Прикрываю глаза любимой широкополой шляпой и пытаюсь словить дзен.

Матвей будет спать ещё приблизительно полчаса, поэтому минут десять я точно могу вот так просто полежать под шум волн.

Антонина Николаевна по личным причинам не смогла поехать с нами в Грецию, поэтому тут у сына другая няня. Делия, молодая женщина из местных. Она профессионал своего дела и быстро нашла общий язык с Матвеем.

Хотя чего удивляться, Шакуров всегда нанимает только самых лучших.

-- Валерия, - прислушиваюсь, когда неожиданно раздаётся её приближающийся голос, - вас к телефону!

Откидываю шляпу и судорожно выдыхаю.

Снова…

-- Делия! – бросаю ей в укор.

-- Ваш муж настаивает. – твёрдо говорит она, протягивая мне трубку стационарного телефона. До поездки в эту страну я была уверена, что они благополучно канули в лету, но как оказалось - нет.

Одарив недовольным взглядом женщину, выдёргиваю из её руки телефон.

Я понимаю, что она ни в чём не виновата и что просто пытается услужить тому, кто ей платит немалые деньги, но совладать с раздражением эти мысли не помогают.

Просила её отвечать моему мужу, что я занята! Для него - всегда! Но увы… банкет заказывает тот, кто платит.

-- Да. – рявкаю в трубку, едва поднеся её к уху.

-- Привет, милая. - раздаётся в ответ как всегда спокойный голос Айдара, ядовитой эссенцией проникающий в самую душу.

Вдох-выход.

И ещё.

Не я инициатор разговора поэтому молчу. Жду что он скажет дальше.

Но Шакуров тоже выдерживает небольшую паузу, во время которой мой пульс успевает разогнаться до максимальных значений.

За эту неделю мне казалось, что я успокоилась, проанализировала, приняла и смирилась с уродливой реальностью, в которой последние несколько лет вертится моя жизнь. Но какой там.

Стоило только услышать голос Киборга как все хлипкие установки мгновенно рухнули.

-- Как Матвей? – задаёт вполне уместный вопрос, но на языке так и вертится сказать, что спросить об этом он мог и у няни.

-- Нормально, – отвечаю вполне сдержано, - ему, как и большинству детей, нравится море, песок.

-- Это хорошо.

В его голосе слышится улыбка?

-- А тебе?

-- Что «мне»?

-- Тебе нравится там?

И к чему этот вопрос?

Продолжаем играть в идеальную семью? Так вроде сейчас зрителей нет.

-- Нравится. – отделываюсь сухим ответом, после которого в трубке почти сразу раздаётся шумный вдох.

-- Правда нравится, - дополняю, чтобы он не подумал, что я чем-то недовольна или вообще скучаю по… дому. – Здесь очень красиво. Я бы предпочла тут остаться дольше чем на месяц. Возможно, даже навсегда.

Сказав это понимаю, что не кривлю душой. Это чистая правда.

По крайней мере сейчас я именно так думаю.

-- Рад, что угодил. – после секундной заминки подводит итог Шакуров.

Сажусь, свесив ноги с шезлонга и зарываюсь пальцами в песок.

Приятные ощущения способствуют улучшению моего состояния, расшатанного неожиданным разговором.

-- Ладно, мне пора. – спешу распрощаться. - Скоро Матвей проснётся.

-- Хорошо, Лера. Берегите себя.

-- Пока. – говорю и не дожидаясь ответа отключаюсь.

Моя природная интуиция рвёт барабанные перепонки криком о том, что происходит нечто из ряда вон. После разговора с Айдаром это чувство лишь усиливается.

Но возможности самостоятельно узнать, что вокруг него творится у меня нет никакой…

Глава 17

Лера

Следующие два дня накручиваю себя так сильно, что вполне серьёзно раздумываю над тем, чтобы самой набрать Шакурова.

Останавливает, пожалуй, лишь мысль о том, что это ничего не даст.

Ничего ведь не изменилось.

Он всё так же не считается с моим мнением. И даже если я скажу о своих переживаниях, максимум что услышу в ответ: «Перестань, Лера!» - сухо и безразлично.

Именно этими словами я и пытаюсь себя успокоить, но не получается.

-- Смотри, вот эта фигурка подходит вот к этой ячейке, - пытаюсь объяснить Матвею суть детской головоломки, которую мы с ним на днях купили в местном маркете, - а ты делаешь неправильно.

Улыбаюсь, качая головой, когда сын внимательно меня выслушав, делает по-своему. И не потому, что не понял, а потому что упрямый. Как его отец.