Волк в овчарне (СИ) - Мах Макс

- Забей! – втолковывал он Поттеру. – Не принимай его слова близко к сердцу. Знаешь, как говорят на востоке? Собака лает, а караван идет. Так вот, Снейп – это собака, а ты – верблюд. Пусть хоть весь на лай изойдет! Игнорируй эту тварь и все дела.

Гарри его, вроде бы, слушал и даже понимал, но Поттеровский темперамент и гипертрофированное чувство справедливости, помноженные на обидчивость и ранимость, не позволяли мальчику промолчать, когда лучше не открывать рот, или попросту молча забить. Увы, но это была реальность, данная им в ощущениях, и здесь, - раз уж он за это взялся, - предстояло Эрвину еще много работы.

Однако, к счастью, не Поттером единым жив человек! Было в уроках зельеварения и кое-что другое, что по-настоящему грело Эрвину душу. На этих занятиях он сидел за одним столом с Беллой, и, как ни странно, - имея в виду его прошлое, - ему это было важно. Девочка притягивала его взгляд и привлекала его мысли, и зачастую его к ней чувства явно выходили за рамки приемлемого в их нежном возрасте. Но сердцу не прикажешь и воображение не заткнешь, какими бы изощренными техниками аутотренинга и йогической медитации он ни пользовался. Все равно нет-нет, а всплывали в воображении сцены эротического, а то и вовсе порнографического характера.

«Надо смотаться в Лондон и сбросить пар!» - понял Эрвин на четвертой неделе занятий, когда во сне ему привиделось такое, что самому стало стыдно.

Все-таки он по жизни не педофил и никогда им, вроде бы, не был, всегда, даже в ранней юности, западая на вполне сформированных фемин. Во всяком случае, все те, с кем он «крутил любовь» достигли в ту пору возраста согласия. Поэтому и сейчас Эрвин изо всех сил старался оставаться в рамках дозволенного, - малолетние проститутки в этом смысле не в счет, - но не даром говорится, что любовь зла. Обычно в этой поговорке речь идет о женщинах, но с парнями, похоже, такое тоже может случиться, тем более что реально-то они с Беллой сейчас одногодки, так паркуа бы не па? Он точно такой же подросток, как и она, и теоретически они вполне могли бы состоять в отношениях, даже если речь не о дружбе, а о постели. Но одно дело теория, и совсем другое - практика. Теоретически, это было вполне возможно, а практически – никак нет. Не зайдет хорошая девочка так далеко по дороге разврата, да и он вряд ли решится форсировать события, и значит оставался лишь вариант «сходить налево». Однако, чтобы негласно посетить Лондон, нужно было для начала узнать, как незаметно покинуть Хогвартс, что являлось, как он понял, отнюдь не тривиальной задачей. Замок только казался «открытой книгой», но это, разумеется, было не так, и Эрвину довольно быстро стало понятно, что найти лазейку в Хогвартских щитах будет ой как непросто. Однако, искать долго не пришлось. Найти тайный подземный ход, ведущий за границы антиаппарационной зоны, ему неожиданно помогла та самая Белла, из-за которой и начался, собственно, весь этот сыр-бор со шлюхами.

С первой недели пребывания в Хогвартсе, по субботам Эрвин и Белла совершали совместную прогулку по окрестностям замка. Места здесь были красивые, погода в сентябре и начале октября стояла хорошая, и, не обращая внимания на подколки парней и похихикивание девочек, сразу после завтрака Эрвин приходил к «порогу» слизеринской гостиной, и Белла обычно не заставляла себя долго ждать. Тут главное было сделать правильный первый шаг, пригласив девочку пройтись, - благо погода позволяет, - вокруг Черного озера. Пригласил он ее в конце первой недели занятий во время урока зельеварения, получив в ответ несколько растерянный взгляд ее чудных серых глаз. От неожиданности должно быть. Однако к ее чести, девочка справилась с собой на удивление быстро. Уже через несколько минут, не отвлекаясь от процесса измельчения ингридиентов и не поворачивая головы, Белла спросила:

- Завтра, после завтрака?

- Я приду к вашей гостиной, - шепнул в ответ Эрвин, занятый помешиванием побулькивающего зелья.

— Это свидание?

Вопрос был неожиданный, поскольку Эрвин был уверен, что одиннадцатилетние чистокровные девочки о таком не спрашивают, даже если подразумевают. Во всяком случае, большинство его одноклассниц в первой жизни в этом возрасте были тем, что называется «святая простота» и такая же «святая невинность» и задать подобный вопрос никак не могли. А вот Беллатрикс, как выяснилось, могла и спросила. Итак, вопрос прозвучал, и решать, что ответить, нужно было быстро, чтобы не упустить удачу, но и не наломать дров. Однако боевые маги во все времена отличались умением думать стремительно и принимать решения без колебаний.

- Да, если ты не против, - практически без паузы ответил он. – Нет, если это тебе пока не интересно.

— Это мы обсудим как-нибудь в другой раз, - решила девочка. – Приходи!

То есть, статус их встреч был все еще не определен, поскольку поговорить на эту скользкую тему у них до сих пор так и не получилось, но на совместные прогулки, отсекая по ходу дела всех, желающих присоединиться, - а таких и на Гриффиндоре, и на Слизерине было немало, - они выходили теперь каждую субботу.

- Эх, почему мы не на третьем курсе, - вздохнул не без сожаления Эрвин во время одной из таких прогулок, - пригласил бы тебя в Хогсмит. Посидели бы в кафе, поели пирожных, выпили по кружке горячего шоколада…

- А в Лондон слабо? – неожиданно спросила девочка.

- Да хоть сейчас, - пожал он плечами, - но я не знаю, Бел, как незаметно выбраться из школы.

- Допустим, я знаю, как выбраться, - с интересом взглянула на него Белла. – Предположим, выбрались, что дальше?

- Дальше я вызываю домовика и вперед! – улыбнулся Эрвин, предположивший, что, возможно, девочка действительно знает про какой-нибудь тайный ход. Все-таки старая аристократия, и значит в Хогвартсе училось не одно поколение ее предков.

- Куда вперед? – уточнила Белла.

«Ага-ага, - покивал Эрвин мысленно, - нам нужны грязные подробности. Их есть у меня!»

- Домовик перенесет нас в одно тихое неприметное место, находящееся рядом с оживленной лондонской улицей. Выйдем на нее и пойдем гулять. Ты в магловском Лондоне, вообще, была когда-нибудь?

- Нет, не была, - ответила девочка после короткой паузы.

Получилось так, словно сначала она хотела сказать что-то другое, но поймала себя за язык, и не подтвердила факт знакомства с Лондоном, а напротив, опровергла.

«То есть, бывала, но не хочет в этом признаваться? – удивился Эрвин. – С чего вдруг? Что за тайны Мадридского двора?»

- Я к тому, - решил он объяснить свою идею, - что в магический квартал нам идти нельзя. Там любой поймет, что мы школьники и, значит, не можем просто так гулять по Косой аллее. А вот в магловском Лондоне мы для всех просто подростки… Вышли погулять в выходной день… Это нормально для маглов, и ни у кого не вызовет вопросов. Но туда нельзя идти в мантиях. У тебя есть магловская одежда?

Вопрос был риторический. Или, лучше сказать, что он был задан из вежливости, поскольку Эрвину было очевидно, что у такой девочки, как Беллатрикс Блэк, вряд ли есть магловская одежда. Где Блэки и где маглы? Однако Белла его снова удивила.

- Есть, - сказала она. – Наверное, не слишком модная, но на первый случай подойдет. У меня есть магловские деньги. Немного, правда, но думаю хватит, чтобы купить что-нибудь простенькое. Когда пойдем?

- Так ты действительно знаешь, как незаметно выйти из школы? – С уважением посмотрел на нее Эрвин.

Хотелось надеяться, что так оно и есть, потому что, один раз сходив в Лондон с Беллой, в другой раз он сможет усвистать из Хогвартса в одиночку.

- Я же сказала, что знаю, - горделиво вздернула свой чудный носик Белла. - Ты думал, я шучу?

- Могло случиться по-всякому, - пожал плечами Эрвин. - А пойти мы можем завтра. Воскресенье подходящий день. Тебя не будут искать?

За себя Эрвин был спокоен. Если что, его прикроет Поттер. Да и приучил он уже всех на факультете, что имеет склонность исчезать из вида, чтобы где-то в замке побыть в одиночестве, почитать, подумать, то да се.