Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"

— И за Медвежий остров, который выращивает и воспитывает лучших воинов на всём Севере!

Дальше были истории о похождениях на континенте, плавно перешедшие в танцы и пляски, не обошлось и без пьяных драк, благо только кулачных, так что поножовщины удалось избежать. Всё же праздник на Севере без хорошей драки — не праздник.

Сноу танцевал с каждой девушкой, кто подходил к нему, будь то дочери леди Мейдж, служанки или шлюхи, без которых не обошлось и здесь. Больше всего танцев было с Дейси и Вель, которую он таки убедил надеть платье, одичалая явно ощущала себя в обновке не очень комфортно, но молчала. Парень же чувствовал себя легко и непринуждённо, праздник и компания были именно тем, чего ему недоставало. Он уже и не помнил, когда в последний раз так много смеялся в течение дня.

Бард напевал новую песню «Бастард из Винтерфелла»:

По северным просторам скитается в снегах,

Тепло внутри от мёда, грозный клич в его устах,

Бастард из Винтерфелла, не признанный судьбой.

Сочувствую любому, кто с ним ввязался в бой,

А если взглядом встретили вдруг серых глаз оскал,

Внимательно следите, как в тени блестит кинжал.

На тёмно-синем знамени блистает лютоволк,

Всегда готов исполнить пред своей леди долг*.

На тёмно-синем знамени блистает лютоволк,

В убийстве врагов Севера мальчишка знает толк!

Он защищает слабых, остёр его клинок,

Стать рыцарем в тринадцать лет мальчишка этот смог.

Его глаз всегда зорок, всегда с ним верный ворон,

Бастард из Винтерфелла — поддержим его ором.

А если вдруг мальчишка глядит на вашу дочь,

То, значит, ненаглядную весёлая ждёт ночь,

То, значит, ненаглядную весёлая ждёт ночь.

На тёмно-синем знамени блистает лютоволк,

Всегда готов исполнить пред своей леди долг.

На тёмно-синем знамени блистает лютоволк,

В убийстве врагов Севера мальчишка знает толк!

Ближе к концу ночи и приближению рассвета празднество начало сходить на нет. Больше не было ни музыки, ни танцев, еда закончилась, а алкоголь, напротив, всё ещё был в достатке, правда пить его было уже некому. Люди начали медленно разбредаться в разные стороны. Кто домой, кто в объятия ближайшей шлюхи, некоторые уснули прямо в зале. Почти не осталось никого, кто мог бодрствовать, а первый этаж таверны был почти пуст.

Джон сидел на одной из лавок с Дейси на коленях. Молодая Мормонт спорила с Вель, кто из них лучше целуется. Проверяли, естественно, на Джоне. Дейси раз за разом требовала, чтобы Вель целовала своего Джона, постоянно утверждая, что их на лавке два. Позже они удалились на третий этаж, прихватив с собой пару кувшинов вина. Так и подходил к концу данный праздник.

…

Сноу проснулся несколько часов спустя. Он не узнал комнату, в которой находился, но помнил, что решил не идти в усадьбу, так как до неё далеко, да и сам он явно был не в том состоянии, чтобы ещё и нести туда Дейси. Скорее всего, он сейчас в таверне, в одной из комнат для гостей.

Тёплое, мягкое, явно девичье тельце лежало справа от него, закинув на парня ногу, и дарило тепло. Джон медленно повернул голову и облегченно вздохнул, узнав черноволосую макушку старшей из сестёр Мормонт. Не успела в его голове сформироваться первая мысль, как парень ощутил на своей шее горячее дыхание, оно уже исходило с противоположной стороны. В той стороне парень увидел обладательницу светлых волос.

Следующую пару минут парень вспоминал события прошедшей ночи. Он помнил праздник, танцы, глупое соперничество и то, как они ушли наверх, чтобы сыграть в игру, заставляющую выпивать, если собеседник сделал о тебе верное предположение. Сноу запомнил мало фактов с той игры, но он узнал, что у Вель есть сестра, что первый раз Дейси был с мальчишкой-слугой и ещё пару малозначимых фактов. Конец ночи привёл к тому, что они уснули втроём в одной постели. На всех была одежда, пусть и сильно помятая, так что, вероятно, они не развратничали — состояние не позволяло. Хотя противостояние с целью выяснения, кто из девушек целуется лучше, вполне может сойти за разврат. Пьянки в Скайриме заканчивались и не таким.

— Седьмое пекло, — тихо пробормотал Джон и начал вылезать с кровати, стараясь не тревожить девушек, что прижимались к нему с обеих сторон. Удалось это довольно быстро.

Сноу сел на кровать, не спеша вставать на ноги. Последствия праздника давали о себе знать, а тушка была явно не рада выходу из лежачего положения. Вспомнив, что школа восстановления имеет замечательное заклинание, эффект которого частично нивелирует последствия пьянки, Джон поспешил применить его как на себя, так и на девушек.

Они явно ощутили воздействие заклинания, но не проснулись. На их лицах на миг промелькнуло негодование от пропажи тушки Джона рядом, и девичьи ручки зашарили по кровати с целью найти пропажу. Первой обнаружить кого-то удалось Вель, так что одичалая приобняла Дейси и придвинулась к ней, после чего уткнулась лицом ей в грудь. Дейси, в свою очередь, обняла Вель в ответ. В конце концов, шуршание на кровати прекратилось, и девушки вновь уснули. «Пропажа» тушки рядом с собой была устранена, так что можно и досмотреть сон.

Джон наконец пришёл в себя окончательно, ну, насколько мог в этой ситуации и покинул комнату, чтобы справить нужду. Несмотря на заклинание, пирушка не прошла бесследно — его всё ещё пошатывало, и болела голова. По возвращении обратно его взору предстала интереснейшая картина.

…

Дейси стала медленно просыпаться, постепенно сон и последствия вчерашней ночи сходили на нет, а сама девушка чувствовала себя всё лучше и лучше. Спустя миг девушка поняла, что обнимает дарящее ей тепло тельце. Её ладошка скользнула вверх и оказалась на щеке, это помогло приблизить свое лицо к чужому. С третьей попытки Дейси попала в чужие губы своими, на поцелуй ответили. Поцелуй вышел жарким и каким-то родным. Мормонт блаженно улыбнулась в чужие губы, и с её уст слетело одно-единственное слово:

— Джон, — почти пропела Дейси.

Дейси медленно открыла глаза и уткнулась в другие, серые. Нет, точнее в бледно-серые глаза. Мысль, что это не глаза Джона, пришла довольно медленно. Девушка, наконец, рассмотрела человека, с которым делила кровать и поняла, что это была Вель, а не Джон.

— Седьмое пекло! — рыкнула Дейси, резко отстранившись.

Её лицо стремительно заалело, а весь сон быстро выветрился. На лице молодой Мормонт смешались разные чувства: стыд, страх, мелькнула даже тень похоти и что-то новое, доселе незнакомое.

— Ты подумала, что я Джон? — медленно спросила Вель, протирая глаза.

— Да, — ответ был еле слышим.

— Я тоже.

— Прости, я теперь жалею о…

— Я что, так плохо целуюсь? — фыркнула Вель, этот вопрос ввёл Дейси в прострацию.

— Ну, да, то есть нет. Просто я думала, что целую Джона, а ты не Джон и…

В ответ послышался лишь заливистый звонкий смех от одичалой, к которому присоединился ещё один, он слышался уже со стороны двери. Мормонт резко развернулась и увидела Джона в помятой одежде, с лица парня не сходила дьявольская ухмылка, а в его глазах плясали чертята. Дейси охватил настоящий ужас, хотя она и сама не могла понять, почему. Сноу взглянул на неё и очень серьёзным тоном заговорил:

— Дейси, у меня к тебе важный вопрос, и от твоего ответа будет зависеть будущее наших отношений. Ты готова?

— Да.

— Кто целуется лучше: я или Вель? — спросил Джон, пародируя вчерашнее поведение Дейси. После чего парня и одичалую накрыло новой волной хохота от невероятно серьезного лица молодой Мормонт. Та, наконец, поняла, что над ней подшучивают.

— Иди в пекло, Сноу! — выкрикнула она и кинула в Джона подушку.

* * *

За время отсутствия Джона с Дейси на острове произошло мало чего интересного. Алисана тратила все имеющиеся силы и до поры до времени отбивала «нападки» прибывших на остров септонов. По большей части, делала она это вполне успешно. Но лишь до того момента, пока те не начали кричать на улицах городка, что Старые боги — ересь. Позже они начали призывать людей рубить чардрева, закончилось это плохо. Началась потасовка, в процессе которой обозлённые на богохульство северяне избили часть защитников септонов, тех, кто осмелился встать на пути их праведного гнева. Самих септонов тоже избили и силой вынудили покинуть остров.