Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй

Император ткнул пальцем в своего министра, скромно стоявшего у дверей.

— Скажи ему, Кноблаух.

— Человек по имени Берли арестован и заключен в тюрьму Ратхаус, — ответил министр. — Требует освобождения именем императора.

Базальгетт взъерошил и без того кустистые брови.

— А в чем суть его преступления, господин Кноблаух?

— Драка и причинение тяжких телесных повреждений, — министр искоса заглянул в свои записи, — путем нападения и избиения.

— Обвинение серьезное, — вздохнул алхимик.

— Так вам известен этот злодей? — спросил император.

— Да, Ваше Величество. С вашего позволения, государь, осмелюсь предположить, что он известен и Вашему Величеству. Вы встречались с ним раз или два, когда он приезжал в Прагу по делам.

Глаза Рудольфа подозрительно сузились.

— По каким таким делам?

Базальгетт невозмутимо смотрел на своего покровителя.

— Он заказывал такие маленькие устройства, сир. — Алхимик неопределенно пошевелил испачканными чернилами пальцами. — Латунный корпус… размером примерно с лебединое яйцо… — Император нахмурился, и алхимик замолчал, а потом тихо добавил: — По-моему, для астральных путешествий?

— Как для астральных путешествий? — вскричал король. — А мы ничего об этом не знаем? — Он перевел взгляд на своего министра внутренних дел. — Или знаем, Кноблаух?

— Нет, сир, — заверил министр. — Мы ничего об этом не знаем.

— Н-но, сир, — пробормотал Базальгетт, — ведь именно с вашего одобрения мы изготовили эти устройства для экспериментов лорда Берли. Теневые лампы, кажется, их называют — по крайней мере, мне так сказали.

— Теневые лампы, — фыркнул Рудольф. — Смешное название.

— Верно, Ваше Величество. Мы были уверены, что этот проект пользуется высочайшей поддержкой Вашего Величества.

— Да? И кто это вам сказал?

Базальгетт понял, что пошел не тем путем.

— Граф заверил меня, что Ваше Величество желает сохранить это предприятие в секрете, чтобы другие, так сказать, нас не обогнали. — Базальгетт протянул руку вперед умоляющим жестом. — Мы были уверены в вашей полной поддержке в этом вопросе.

— Он солгал тебе, Базальгетт. Он врал! — голос императора разнесся по всему залу. — Негодяй солгал!

Лорд Верховный Алхимик покаянно склонил голову.

— Да, сир, сейчас я это понял. Подлый злодей самым бессердечным образом использовал нас. — Он вскинулся и развернулся к министру внутренних дел. — Так ты говоришь, он сидит? За нападение и избиение?

— Драка, — напомнил Кноблаух. — Не забудьте о драке.

— Не забуду, не беспокойтесь. И на кого напал этот Берли? Кого избил?

Министр сверился с бумагой, его губы бесшумно шевелились.

— Жертвой жестокого и злобного нападения стал достойный гражданин по имени Энгелберт Стиффлбим.

— Мы же не знаем этого человека, не так ли? — неуверенно спросил Рудольф.

— Прошу прощения у Вашего Величества, — смиренно проговорил Базальгетт, — но вам этот человек известен, даже хорошо известен. Он пекарь, владелец кафе «Гранд Империал» на Старой площади. Вы предоставили ему королевский ордер на поставку штруделя к королевскому столу.

— А-а, пекарь, божественно выпекающий штрудель! — воскликнул Рудольф. — Чего вы все говорите загадками?! Конечно! Мы знаем герра Стиффлбима, отлично знаем его штрудель и очень ценим его кофе. Этот человек — настоящий ангел духовки.

— Это так, сир, — потеплевшим голосом согласился Базальгетт.

— Господин Кноблаух, нам необходимо как можно скорее получить немного Великого Имперского штруделя от Стиффлбима! Позаботьтесь об этом.

Министр низко поклонился.

— Будет сделано, сир.

— Так он пострадал, Ваше Величество? Я имею в виду пекаря — он сильно пострадал во время нападения? — спросил Базальгетт. — Было бы очень обидно, если бы побои помешали ему выполнять свои обязанности.

Рудольф II посмотрел на своего министра. Министр явно ожидал вопроса.

— Тяжесть травм герра Стиффлбима не уточняется, сир. — Он заглянул в свои записи. — Могу сказать только, что герр Арностови, пользующийся некоторой известностью и хорошей репутацией в городе — застал этого Берли на месте преступления и вызвал стражу. — Он еще раз заглянул в записи и добавил: — — Графа и его людей задержали у нижних ворот, они пытались бежать из города, чтобы избежать наказания за свои преступления.

— Люди? — переспросил император. — Так с ним были люди?

— Так, сир. С Берли было четверо мужчин.

— Это уже банда, — пробормотал император. Он подумал и гневно выпрямился на троне. — Мы не будем терпеть такого безобразия! Нас обманули, наша добрая воля подверглась издевательствам…

— Наше доверие обмануто, — подсказал Базальгетт.

— Именно! Наше императорское доверие попрано злым и лживым преступником, — голос Рудольфа набирал силу. — Отвратительное преступление совершено против ценного и уважаемого члена нашего сообщества и друга двора. Этот варварский акт не останется без внимания. — Он поднял длинный палец. — Преступление будет наказано.

— Мудрое решение, сир, — подтвердил Базальгетт, довольный тем, что о его участии как-то забылось.

Его императорское величество откинулся на троне. В общем, утренняя работа прошла удачно. Пожалуй, до конца дня со служебными обязанностями покончено. Заметив, что больше к этому вопросу обращаться не собираются, лорд Верховный Алхимик попросил разрешения вернуться к своим экспериментам.

— Да, да, можете идти. Мы вам благодарны, — сказал ему Рудольф, затем оглянулся на своего министра. — Что еще, Кноблаух?

Министр помахал в воздухе документом, с которым пришел.

— Каково будет решение Вашего Величества?

— Решение? Какое еще решение? — Рудольф поднялся с трона и направился к двери.

— Ну как же, Ваше Величество? Мировой судья Рихтер требует ответа. Что мне ему передать?

— Передайте мировому судье Рихтеру, что негодяй Берли может оставаться в тюрьме, пока не сгниет.

ГЛАВА 7. Тупик только кажется тупиком

Вильгельмина быстро сошла с ухабистой дороги в тень. Она отметила место, где начинался длинный подъем. Не поднимаясь, она двинулась вперед, перепрыгнула заполненную водой канаву, продралась через живую изгородь из ежевики и боярышника к ячменному полю на другой стороне.

С каждой пройденной милей росло ощущение, что за ней следят с тех самых пор, как утром она покинула таверну «Лиса и гуси». Здесь, на виду Черной Хмари, это впечатление усилилось настолько, что не обращать на него внимания было уже нельзя. Пристроившись в нише живой изгороди, она решила понаблюдать за дорогой, чтобы выяснить, наконец, кого она так интересует.

День был сухой, немного ветреный, и у нее оставалось достаточно времени до активизации лей-линии — портал на вершине холма заработает не раньше заката. А до этого момента лучше переждать в укрытии, посидеть и подумать. Нестабильность лей-линий — это сущий кошмар! Обычная реальность становилась непредсказуемой, да и самим поверенным линиям уже нельзя доверять. С каждой неудачной попыткой надежда на встречу с Китом и Касс уменьшалась.

После того как она покинула Дамаск, простой прыжок в Прагу неожиданно превратился в серию случайных перемещений. И каждый прыжок вел в неизвестность. К Праге она так и не приблизилась, но по крайней мере это место она знала. Только этот факт и удерживал ее от отчаяния.

Насколько проще было бы с теневой лампой, — подумала она. — А теперь как в старые добрые времена. Забавно, как быстро она привыкла к маленькому прибору. Без лампы попасть туда, куда нужно, все равно что стрелять по движущейся мишени и попасть прямо в яблочко… с завязанными глазами.

Она все еще горевала об утрате такой нужной штуковины, когда на дороге послышались голоса. Мина осторожно выглянула. Трое шли к подножию холма. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы узнать людей: длинные черные плащи и угрожающий вид троицы не оставляли сомнений. А даже если бы она и сомневалась, здоровенный первобытный кот при них рассеял все сомнения.