Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй

Квентин с удовольствием смотрел на Эскевара. Вид у Короля был суровый и изможденный, но шел он пружинистым шагом и с высоко поднятой головой. Корона окружала его голову кольцом из огненно-красного золота. Недавняя болезнь придала ему решительный вид.

Королевская чета остановилась возле Квентина, прежде чем перейти к своим креслам.

– Я рад видеть тебя в безопасности под моей крышей, сын мой. – Король положил руки на плечи Квентина. – Мне жаль, что ты так неудачно упал с коня.

– Для меня большая честь сидеть за столом с вами, мой лорд. Мы уже достаточно поговорили о моих с Толи испытаниях. А рука… Ну что рука? Заживет.

– Вот и пусть заживает, Квентин, – сказала Алинея. Она улыбнулась так тепло, что все почувствовали себя желанными на этом пиру.

– Зайди ко мне сегодня вечером, посидим, поговорим, – сказал Эскевар. Квентин собирался что-то ответить, но тут вмешалась Алинея.

– Милорд, ты забыл, что у молодых людей есть более приятные занятия, чем сидеть в покоях в такой хороший летний вечер.

– И то верно! – Эскевар рассмеялся. – Действительно забыл. Мы еще найдем время для разговора. Наслаждайтесь вечером, мои юные друзья. Увидимся завтра.

Они двинулись дальше, а Брия наклонилась к Квентину и прошептала:

– Я правильно опасалась, что твоя первая ночь после возвращения пройдет в плену у моего отца. – Зеленые глаза смотрели на него грустно и с надеждой. – Никогда больше не уходи. На земле нет лучше места, чем здесь с тобой. Только я думаю, у Дарвина есть на тебя свои планы этой ночью, даже если Эскевар тебя освободил. Мой дорогой, прости меня. Я эгоистичная женщина. Я хотела бы, чтобы ты всегда был только для меня. Но уж по саду мы точно погуляем! Я так скучала по тебе.

И они действительно погуляли. Сделали круг, потом еще один, и еще. Вскоре Квентин потерял из виду Толи и Эсме, составивших им компанию. Воздух был мягким и теплым и наполненным ароматом цветов, чудесно светившихся в лунном свете.

Они говорили о разной чепухе, смеялись над своими шутками, непонятными другим людям, но вскоре замолчали. Очарование летней ночи настроило их почему-то на грустный лад.

– Тебе было очень плохо? – внезапно спросила Брия. Квентин задумался, не сразу сообразив, что она имеет в виду.

– Ты про плен? Да. Надеюсь, больше никогда этого не переживу.

– Есть ведь и другой плен, не менее ужасный.

– Какой?

– Неведение. Когда любимый человек далеко, а ты не можешь быть с ним, когда не знаешь, что с ним может случиться... Я ведь очень на тебя настроена. И сразу поняла, что случилось нечто ужасное.

Они долго шли, не разговаривая. Брия тяжело вздохнула, и Квентин пробормотал:

– По-моему, ты думаешь о чем-то более серьезном, любовь моя. Что тебя беспокоит? Расскажи.

– Мне стыдно сознаться, но я думаю о том, что скоро будет война.

– Кто тебе сказал?

– Никто. Никто и не должен был говорить. Я просто знаю. Вы вернулись, и невозможно не заметить мрачного вида Тейдо, а Ронсар рассылает гонцов. Ты же не будешь отрицать очевидного.

– Да, война, скорее всего, будет, – согласился Квентин.

– Это и так ясно. Но я не хочу, чтобы ты опять уходил. Ты ранен. Ты можешь остаться здесь со мной.

– Ты же понимаешь, это невозможно.

– Да, понимаю. Женщины в моей семье всегда отправляли своих мужчин в бой, некоторые даже сопровождали их. Вот почему мне так стыдно: мне ведь нет до этого дела. Я хочу только, чтобы ты был в безопасности.

– Ах, Брия! Как мало я тебя знаю. Ты обладаешь железной волей и духом, который не боится ничего под небесами, я не сомневаюсь, что ты можешь спустить на воду тысячу кораблей и отправить в бой целые легионы; но дрожишь при мысли, что уйдет один-единственный солдат.

– Да, ты действительно мало меня знаешь, если думаешь, что ты для меня просто один из воинов. – В голосе ее Квентин с удивлением уловил обиду и боль.

Он уже готов был предпринять еще одну попытку успокоить ее, когда их окликнул Дарвин.

– Вот ты где! Я был уверен, что найду тебя здесь. Это единственное место, где влюбленные могут побыть наедине. Понимаю, что тебе хотелось бы отложить предстоящее испытание, но чем скорее мы с ним покончим, тем скорее начнется твое исцеление.

– Ты прав, Дарвин, хотя меня вовсе не радует назначенное тобой лечение. Пойдем. – Он повернулся к Брие, чтобы попрощаться.

– Я пойду с тобой. Надо же за вами кому-то приглядывать, и лучше женщины с этим никто не справится. А то Дарвин еще сломает тебе не ту руку!

– Эй! Речь все-таки о моей руке! – воскликнул Квентин в притворном ужасе. – Вторую руку я ему не отдам!

Брия рассмеялась, Квентин стиснул челюсти, и все трое двинулись прочь.

Глава двадцать седьмая

– Квентин, спишь? – Толи как всегда бесшумно подошел к высокой кровати, на которой лежал хозяин. Квентин открыл глаза.

– Нет, просто отдыхаю. – Оба посмотрели на перевязанную заново руку, укрепленную костяными шинами и забинтованную. Рука покоилась на перевязи цвета лесной зелени, подходящей к его плащу, и была уложена на груди. – Что, уже пора?

– Да. Совет собирается. Хочешь, чтобы я пошел вместо тебя?

– Нет, мне уже лучше. Вместе пойдем. Все прибыли? – Квентин свесил ноги через край кровати. Толи помог ему встать.

– Владык равнин еще нет, но они точно опоздают. Далеко все-таки. Но Эскевар считает, что лучше не откладывать ради них начало. Остальные уже здесь или скоро прибудут. Радд, Дилг, Бенниот и Финчер, Вертин, Амеронис и Луполлен. Я их еще вчера видел.

– Этого хватит, чтобы одобрить любое решение Короля, хотя о чем тут спорить?

– Зря ты так уверен. Менсандор долго жил в мире, и люди привыкли. Наверняка будут такие, кто захочет избежать войны любой ценой.

– Тогда наша задача убедить их, что это невозможно. – Он с грустью посмотрел на друга. – Толи, ты знаешь, я не люблю войну. Но я достаточно повидал, чтобы понимать: война неизбежна. У нас нет выбора, если эта земля хочет оставаться свободной.

Они прошли от апартаментов Квентина к круглому залу заседаний совета в северной башне. Путь лежал через обнесенный стеной двор, где король иногда ждал, пока его сановники обдумывали важные вопросы. Двор был чистым и свежим, а солнце стояло прямо над головой.

Когда они вошли в зал, Тейдо и Ронсар, обсуждавшие что-то с другими, помахали им.

– А, Квентин! Похоже, Дарвин поиздевался над тобой, как мог. Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Он хотел уложить меня в постель с помощью своего зелья, но я отказался. Время – это хорошее лекарство.

– Ты знаешь лорда Вертина? – Тейдо представил человека, стоящего с ними.

– Он может рассказать на Совете пару интересных историй, – добавил Ронсар.

– Ваши земли лежат к югу отсюда, верно? – спросил Квентин.

– Да. Сразу за Пелгрином, выше Перша. – Мужчина тепло улыбнулся, и Квентин заметил, что у него не хватает зуба в нижней челюсти, но это лишь подчеркивало в его обветренном лице черты опытного воина.

– Сэр, если не возражаете, я хотел бы знать, как вам удалось так скоро доехать до Аскелона? Посланцу нужно не меньше двух дней, чтобы добраться до вас.

– Обычно так и бывает. Но я уже ехал сюда, когда встретил гонца. Я как раз рассказывал об этом Тейдо и Ронсару.

Квентину незачем было спрашивать, что побудило лорда Вертина отправиться в путь, но он поспел как раз вовремя. Они еще немного поговорили, но тут паж пригласил их войти и занять свои места.

В башне они поднялись по спиральной лестнице на верхний этаж. Бойницы отбрасывали тусклый свет в узкий проход, ведущий в большую круглую комнату с натертыми полами. Широко распахнутые ставни пропускали достаточно солнечного света, чтобы создавать впечатление открытости и воздушности, хотя сама башня стояла на скале и имела в толщину шестнадцать футов.

В центре залы расположились по кругу кресла для каждого члена совета. Но вдоль стен стояли другие, и Квентин задумался, для кого они предназначены. Над каждым креслом были установлены знамена с девизами и гербами. Часть кресел была уже занята. За плечами хозяев стояли пажи и оруженосцы. Члены совета переговаривались друг с другом, в зале стоял легкий гул.