"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Шаман Иван

— С рукой или ногой как раз проще, — ответил Зимин. — Там как раз есть за что зацепиться, есть основа для действий, а тут нет. Возможно, пару лет назад был бы еще шанс, но теперь — увы.

— Убедился? — криво усмехнулся Шелагин.

— Пока нет. То, что Иннокентий Петрович не знает, как это можно восстановить, еще не значит, что этого не знает никто. Возможно, он посоветует кого-нибудь, специализирующегося на этом вопросе?

Зимин оскорбился.

— Илья, я вам вполне определенно говорю, что никто из практикующих ныне целителей не в состоянии что-то там исправить. Мне очень жаль, но увы.

Зимин развел рукамии, показывая свое огорчение.

— И я очень сомневаюсь, что с таким справлялись даже целители Древних. Я с вами совершенно откровенен, невзирая ни на какие гильдейские правила. Что-то исправить конкретно сейчас уже невозможно.

«Он прав. Поэтому блоки не рекомендовали держать долго. Твой, к примеру, мешал развиваться твоей внутренней магической структуре, и, если бы у тебя не было меня, ты бы рисковал после его снятия остаться вообще без магии.»

Разговор с Зиминым не порадовал ровным счетом ничем, а Песец еще и от себя добавил замечаний, полных пессимизма. Теперь я не был не уверен, что смогу что-то сделать даже с полным набором уровней по целительству, изучив от корки до корки доставшиеся от Живетьевой записи. Да и не заметил я в них при беглом просмотре ничего про устранение последствий использования блоков. Про сами блоки было, в том числе и про то, чем они опасны, а вот исправление результатов использования не описывалось.

Глава 31

От Зимина мы ушли, вернулись в машину, Шелагин скомандовал ехать и поставил защиту от прослушивания.

— Убедился? — спросил он.

— Не то чтобы окончательно… — признал я. — Только в том, что возможностей Зимина на это не хватит.

«И не только Зимина, — проворчал Песец. — Я же говорил, такие блоки долго держать нельзя — повреждение будет необратимым.»

«Остальное-то мы обратили?»

«Что остальное? Если бы тебе магию перекрыли полностью, не факт, что ее бы удалось вернуть. А блок на либидо, он больше психологический, чем физиологический, понял?»

«Не особо, но надеюсь, разберусь.»

— Илья, ты мой сын, хочешь ты этого или нет, поэтому твой долг — стать следующим после меня князем.

Долг получался каким-то безальтернативным. А ведь я уже и без того много сделал на благо княжества, даже не считая вскрытия заговора. Он, конечно, и меня касался в том числе, но в первую очередь был направлен на захват власти.

— Будет лучше, если вы получите не столь проблемного наследника и воспитаете его с детства.

— Необязательно лучше. Николая воспитывали с детства именно как будущего князя. Отец даже намекал, что, во избежание проблем, мне следовало сразу отказаться в пользу младшего брата. Думаешь, из него получился бы хороший князь?

— Кто знает? Притворяться он научился лучше всяких похвал. А умение это делать — неотъемлемая часть воспитания любого князя. У меня это получается недостаточно хорошо, если Греков так легко меня вскрыл.

— Легко он вскрыл, потому что опасался, что ты вотрешься мне в доверие, и принялся рыть конкретно под тебя. Если бы не происшествие на дороге, мы бы не встретились, и никто не стал бы тобой интересоваться. И никогда не узнали бы, что ты — Шелагин.

— Строго говоря, я — Песцов, что меня полностью устраивает.

— Возможно, но у княжеского рода больше преимуществ. Как Шелагин, ты получишь куда больше возможностей.

Возможностей у меня и без того сейчас было столько, что я в них захлебывался, не успевая всё переварить. Куда уж мне больше? И без того только и мечтаешь, что о передышке, которую мне Шелагины дадут вряд ли.

Я вздохнул, опять вспомнив, сколько нужно сделать. Причем в данном случае от принадлежности к Шелагиным был скорее вред, чем польза.

— Илья, кажется, ты мне не доверяешь, несмотря на то, что я обещал не выдавать твои секреты.

— Я слишком многим рискую, и есть люди, которые от меня зависят, — пояснил я. — Я не исключаю, что рано или поздно вы захотите меня использовать. Я это проходил, мне не понравилось. А возможностей у княжеской семьи, как вы сами сказали, гораздо больше, чем у обычной.

— Илья, да как тебе втолковать, что ты сейчас один из нас? — рявкнул он. — Мы должны действовать сообща. И мне все равно, будут у меня еще дети или нет: ты — мой сын, я всегда буду на твоей стороне и не предам. Пойми, ты не вывезешь все в одиночку, и мы без тебя не вывезем. Поэтому говори, что тебе нужно, и мы будем думать, как это получить.

— Мне нужен постоянный доступ на Полигон.

— У нас закреплен за семьей зал, которым никто, кроме нас, не имеет права пользоваться, я внесу твое имя в допуск.

— Мне нужен постоянный проход на Изнанку. То есть теоретически я могу проходить так, что вы об этом не узнаете, но если есть возможность пройти без ухищрений и с дядей, то почему не воспользоваться?

— С Олегом Васильевичем? Брось, Илья, он не боец.

— Мне его уровня достаточно, я же не рискую понапрасну.

Собственно, мне просто нужно добраться до базы и зарядить в достаточной степени, чтобы попасть внутрь.

— Здесь я не очень за, — Шелагин вздохнул. — Илья, ты серьезно рискуешь, отправляясь на Изнанку только в компании Олега Васильевича, даже при учете твоей машины. Она может выйти из строя. И что тогда?

Говорить, что на этот случай вожу с собой в ней еще одну, я, разумеется, не стал.

— Но мне нужно ездить по Изнанке без посторонних.

— Я для тебя посторонний? — обиделся он.

— Вы — нет, но есть секреты, которые я не хотел бы выдавать никому.

— В том числе заклинание, которым ты чистил землю после взрыва?

— Это как раз не такой уж секрет.

Шелагин оживился.

— Если ты меня ему научишь, то мы справимся с расчисткой участка куда быстрее, — неожиданно предложил он. — Я знаю одно близкое, но после него придется дополнительно выравнивать землю, а в твоем все в комплексе.

— То есть вы не считаете это пустой работой?

— Ты уверен, что справишься. На чем-то же твоя уверенность зиждется, — ответил он. — Я тебе доверяю в этом вопросе полностью. Так что насчет заклинания?

— Можно попробовать, — согласился я. — Но оно не боевое: слишком долгая подготовка.

— Мы и не торопимся. Тебе кирпичи Древних еще нужны или этих хватит? Можно проехаться по другим магазинам. Я вчера отметил для себя еще два крупных.

Я подумал и согласился. Замок был не так уж и плох с точки зрения планировки и защиты стен, но, если удастся найти что-то менее привлекающее внимание, я буду только рад. Опять же, Песец вчера выражал недовольство по поводу наполненности контейнеров для парка, и еще хотелось найти что-то интересное из контейнеров для перевозок. Хотя бы посмотреть, что оттуда может выпасть.

Оба магазина оказались чуть меньше того, где я вчера набрал контейнеров для стройки. В одном магазине все предметы были свалены в той же манере: по принципу красивой сочетаемости разных предметов. А вот в другом они располагались по группам, определяемым местом раскопок. Более того, к каждому предмету прилагалось описание: вес, размер и в каком месте был извлечен.

Строительных ни в том, ни в другом магазине не оказалось. Парковых Песец, скривив морду, выбрал еще два и с глубокой грусть в голосе сказал, что теперь точно должно хватить. А вот контейнеры для перевозок нашлись: в первом мы взяли один, а во втором — целых три. Во втором можно было бы и больше взять, но я не был уверен, что и в этих что-то есть, потому что Песец сказал, что, судя по количеству, вскрыли склад, на которых контейнеры могли стоять пустыми. Или пункт выдачи, на котором они стояли заполненными. Взаимоисключающие варианты.

Там же обнаружились контейнеры с автомобилями, сложенные в высокую пирамиду. Я бы прошел мимо, но Песец обратил мое внимание и напомнил, что Шелагин обещал мне всяческую помощь и поддержку.