Сиротинушка казанская (СИ) - Номен Квинтус

Владимир Николаевич Коковцов, за финансами следящий более чем внимательно (и за казенными, и за теми, откуда казна наполниться может) при встрече поинтересовался у Саши:

— Александр Алексеевич, вот вы, я вижу, на постройку и оборудование мест отдыха для простых рабочих очень немалые средства истратили, которые, как мне кажется, в ваших отчетах о прибылях обозначены не были, а, следовательно, с них и налоги в казну не уплачены.

— В чем-то вы абсолютно правы: ни одной копейки из средств, на подобное строительство истраченных, в отчетах о доходах не фигурирует. И не может фигурировать, поскольку средства сии вовсе не из доходов компании уходили. Точнее из доходов, но не нынешних, а будущих, причем не самых скорых: средства на строительства все эти взяты в кредит у тех, кто и заводы все наши оплачивал. Причем кредит вовсе беспроцентный.

— Не бывает таких: банкиры-то не ради благотворительности…

— Ради выгоды, вы правы. Но тут дело-то простое: мы кредиты все не деньгами возвращаем, а готовой продукцией, которую там, за границей, в розницу продают куда как дороже. А мы расплачиваемся практически по себестоимости, и выгоду они получают от того, что у нас оплата рабочих меньше чем в иных местах, и продукция дешевле выходит. А если мы рабочему бесплатный отдых предоставляем… чтобы такой получить, рабочий должен работать куда как лучше, но за ту же зарплату. И работая лучше, он может и вдвое больше товара дать, то есть товар вдвое дешевле станет — а в магазинах-то зарубежных он по той же цене пойдет! Так что нам даже просто деньги дать для обустройства всех этих санаториев и домов отдыха — и то выгодно оказывается.

— Ну… ладно. А вам-то со всего этого выгода какая?

— Нам? Думаю, на то, что сейчас на Балканах творится, вы внимание обратили. А когда все с османами разберутся, то у Европы только один общий враг останется, и угадайте, кто это будет? Но у нас уже есть заводы, которые армии и автомобилей в достатке дать могут, и оружие, и пищу солдатам, и обмундирование. Могут, но пока они просто долги отдают. Но если вдруг что…

— Вы… вы мне это всерьез говорите?

— Владимир Николаевич, вы, я смотрю, в кабинете своем несколько… засиделись. Возьмите пару дней отпуска, я вам по заводам компании провезу, сами посмотрите, что там люди сделать могут И — сколько. Ну а затем у нас, надеюсь, разговоры уже иначе идти будут.

— Вы предлагаете мне лететь на вашем самолете?

— Ну… вообще-то летать — это страшно. Но не страшно потому что страшно, а потому что страшно интересно. Рискните, да и для работы вашей это будет весьма полезно. К тому же там, в небе, мы сможем поговорить и о иных вещах, ведь там нас никто чужой точно не услышит. Кроме, разве, что господа нашего — но он-то точно Россию бережет…

— Вы так думаете?

— Иной причины, почему Держава наша до сих пор цела, я просто не вижу. Ну что, я к вам завтра утром заеду?

Глава 23

Основной эффект от «массового жилищного строительства» в компании выразился в том, что рабочие со всех «чужих» предприятий стали всеми силами стремиться устроиться на работу на заводы и фабрики Розанова. И комплектовать персонал этих заводов и фабрик стало немного проще. То есть проще, но пока что именно немного: маловато в стране было достаточно квалифицированных рабочих. Зато и малоквалифицированные изо всех сил старались свою квалификацию повысить, и мужики своих детей просто запинывали в школы и фабричные училища, причем еще и следили, чтобы дети там ваньку не валяли. И чтобы балду не пинали, а для этого детишек своих воспитывали… довольно жесткими методами.

А еще эффект проявился в том, что желающих пойти в армию послужить три-четыре года стало столько, что традиционный уже «рекрутский набор» пришлось вовсе отменить: для комплектации армии и добровольцев хватало. Правда, пока что только солдат, но и «младший командный состав» в армии из этих солдат формировался постепенно, а офицеров стране вроде бы хватало. А народ в армию стремился по очень простой причине: в армии начали солдатиков уже всерьез учить работе с разными машинами, так как машин этих стало уже довольно много — а человек, с машинами работать умеющий, и после демобилизации мог очень неплохо устроиться. Ведь когда в армии уже насчитывается более шестидесяти тысяч одних автомобилей, то там требуется иметь и втрое больше водителей, а еще и механиков разных, способных автомобили обслуживать. А уж насчет мотоциклов, которые уже почти в каждой роте появились, а часто и не по одному, и говорить не приходится — но тут армия уже относительно «подготовленных» новобранцев к этому делу привлекала: ведь молодежь много где уже и с мотокосилками у себя в деревне работу освоила, и мототелеги уже редкостью невиданной на селе не считались. Конечно, не каждому «водителю телеги» было легко пересесть на мотоцикл, и уж далеко не каждому можно было доверить ремонт таких агрегатов — но и медведя можно научить на велосипеде кататься…

И в армии «медведей» и обучали, причем не только солдат. К большому удивлению Валерия Кимовича «моторизация» армии заметно изменила и командный состав, по крайней мере в сухопутных войсках. Вроде и не очень заметно такие изменения шли, но если ежедневно за ними не следить, а рассмотреть изменения сразу за четыре года, то они просто в глаза бросались. А причину Саша, замеченную картину обдумав, понял: офицеры, технику уже как-то освоившие, стаи довольно быстр подниматься по служебной лестнице, частично «замещая» на более высоких должностях тех, кто с техникой не дружил, а частично «подталкивая вверх» по этой лестнице своих командиров. И на верхних ступеньках этой лестницы началась настоящая толкучка — так что офицеры более грамотные просто сталкивали с нее «ретроградов».

Неизбежный, если вдуматься, процесс — но Валерия Кимовича он удивлял не потому, что он уж больно быстро шел, а тому, что «сталкивались» со служебной лестницы те, кто раньше имел «высоких покровителей». И ведь покровители-то такие остались — они, в основной своей массе, сидели так высоко и крепко, что их сталкивать ни у кого даже мысли не возникало. Но они почему-то довольно заметно усилия по «проталкиванию» наверх своих протеже сократили.

То есть тоже было понятно, почему: многие их этих покровителей стали замечать, что от «покровительства» и протеже может стать крайне неприятно, да и самому покровителю прилететь может крайне неслабо. А Петербурге долго обсуждали историю в капитаном первого ранга Солдатенковым, который требовал от чилийцев в документах на продажу крейсеров указать вдвое завышенную цену. То есть о том, что он это требовал, люди узнали только после того, как тот пропал бесследно, а внимание на это обратили потому, что вскоре после пропажи капитана жена его срочно «пожертвовала» все свое состояние полиции.

В «прошлой жизни» Валерий Кимович фамилию персонажа запомнил лишь потому, что у него в школе одноклассник такую же носил, и в старших классах, когда кто-то из парней где-то вычитал об этой истории, парня постоянно этим подкалывали. А в «прошлой истории» крейсера в результате достались японцам (как, впрочем, и в этой), но в «прошлой» они потопили несколько кораблей уже русских, а в этой достались Тихоокеанскому флоту в качестве трофеев. Однако тот факт, что дамочка буквально все свои деньги полиции передала «безвозмездно», людей насторожил: Николай, который раньше спорить с Алексеем Александровичем явно опасался, устроил Великому Князю такой скандал, что тот более чем на полгода прервал свои «традиционные» развлечения и даже, по слухам, передал в казну украшения, приобретенные им для своей французской любовницы…

Да и желающих «протежироваться» резко стало поменьше, а многие, кто уже таким образом довольно до высоких ступенек военной карьерной лестницы добрался, внезапно — и главным образом «по семейным обстоятельствам» — выходили в отставку. Что тоже освобождало места для офицеров действительно грамотных. Правда, все это происходило большей часть. в армии сухопутной, на флоте наоборот развал и бардак только увеличивался — но Сашу это вообще не волновало: Россия-то — держава сухопутная, в ближайшем времени она и без сильного флота временно перебиться сможет, ну а затем, конечно, придется все руководство флота менять почти поголовно. Вот только на кого, было вообще непонятно…